Королева Карибского моря

Глава 8

Анна-Мария

Хоть Анна и отдала мне бразды правления своим телом, я всё равно чувствовала себя ученицей, обучающейся вождению автомобиля, рядом с которой сидит инструктор, готовый в любой момент нажать на тормоз. Это тело с рождения принадлежало ей, и до сегодняшнего дня она прекрасно с ним управлялась. И то, что Анна дала мне его «покататься» было обусловлено лишь ее действительно тяжелым психологическим состоянием. Шутка ли – потерять маму, погибшую такой ужасной смертью... И почти сразу убить мерзавца, пытавшегося над ней надругаться. Пусть случайно, но тем не менее... И тут еще я в ее голову свалилась, между делом завалив еще двоих уродов. У кого хочешь психика пошатнется.

Тем не менее, сейчас я ее тело полностью ощущала как свое. Что ж, и на том спасибо.

Обшарив трупы, на одежде которых и правда не было карманов, я нашла кошель с тремя серебряными реалами и восемью медными мараведи, который Анна затрофеила, случайно убив грабителя пепелищ – и который у нее отобрали два других мерзавца. Помимо этого, на поясе одного из них висел второй кошель, поувесистее, в котором отыскались еще шесть реалов, одиннадцать мараведи и даже один золотой эскудильо, равный по стоимости восьми реалам. По меркам Новой Испании семнадцатого века это были деньги, на которые можно купить приличного коня с повозкой, набитой зерном, вяленым мясом и овощами, которыми целая семья запросто могла бы прокормиться в течение пары месяцев.

Мертвецов я закапывать не стала – было просто нечем, да и при наличии лопаты у меня сил бы не хватило вырыть могилу на двоих. Потому я просто откатила в кусты оба трупа, после чего забросала их ветками, срезанными кинжалом. Если не приглядываться, то с расстояния в несколько метров вроде не особо и видно... Вряд ли мертвых работорговцев станут искать с собаками, а в остальных случаях наткнуться на их тела можно было лишь чисто случайно.

Успокоив себя такими мыслями, я вернулась к повозке, и при помощи того же кинжала вскрыла несколько ящиков, а также вспорола пару мешков...

М-да...

Похоже, торговля рабами была не основным бизнесом мерзавцев, которых я убила. Скорее, они просто занимались контрабандой всего, что можно было выгодно продать. Согласно информации, которой располагала Анна, испанцы ввозили в Мексику текстиль, алкоголь, инструменты, оружие и другие товары, которые контрабандисты скупали и перевозили в другие районы континента, чтобы продать втридорога, обходя испанские торговые монополии.

В повозке я нашла несколько ящиков рома, разлитого в бутылки из мутного стекла, мешки с различной мужской одеждой и обувью, а также три десятка кремневых пистолетов. Большинство длинноствольных, но некоторые из них были довольно компактными, с короткими стволами и без какой-либо фигурной отделки – похоже, оружие профессиональных убийц, которое удобно носить скрытно под одеждой и не жалко потерять, или же выбросить после использования, чтобы с ним не прихватили местные правоохранители...

«Думаю, нам лучше всё это бросить здесь и бежать пока не поздно» - подала голос Анна из «зрительного зала». «Контрабандистам власти Новой Испании отрубают руки, и, как по мне, так лучше смерть».

«Со вторым согласна, - подумала я в ответ. – А насчет первого... Далеко мы убежим в рваном платье с двумя полными кошелями денег? Как я понимаю, одиноких девушек тут у вас принято насиловать, к тому же богатая нищенка однозначно вызовет подозрение».

«Увы, ты права, - нехотя согласилась Анна. – Мать с детства заставляла меня прятать под платок светлые волосы и говорила, что я очень красивая. Я знаю, что все мамы говорят такое своим дочерям, но, когда я подросла, на меня начали заглядываться многие мужчины».

«Интересно было бы посмотреть на себя в зеркало, - мысленно усмехнулась я. – В смысле, на нас».

«Я слышала о таком венецианском чуде, но, конечно, никогда не видела, - отозвалась Анна. – Даже за то, чтобы в него посмотреться, те, кто может его себе позволить, берут огромные деньги с других людей. Гораздо дешевле увидеть себя в озере, и для этого не нужно отдавать двадцать серебряных реалов».

Всё это мы обсуждали пока я расковыривала кинжалом сургучную пробку на бутылке с ромом. Когда же мне это удалось, я немедленно принялась промывать немного воспалившуюся рану на руке жидкостью, пахнущей спиртом и цветами.

«Больно же, что ты делаешь?! – мысленно воскликнула Анна, и даже попыталась отдернуть руку.

«Мы же договорились, что я управляю этим телом, - укоризненно заметила я. – Поверь, я всё делаю правильно. На, смотри».

И я приоткрыла перед Анной условный «ящик» с моими познаниями о медицине.

«Какой ужас! – воскликнула девушка, мгновенно ознакомившись с моими скромными познаниями по данному вопросу. – Маленькие зверюшки, невидимые глазу, отравляют мою кровь! Прости, в это сложно поверить, но я надеюсь ты знаешь, что делаешь – ведь тебе так же больно, как и мне, и ты не похожа на сумасшедшую. Так что я согласна терпеть!»

«Вот спасибо, - мысленно усмехнулась я.

Промыв рану ромом, я взяла в одном из мешков со шмотками относительно чистую рубаху, отрезала от нее полосу ткани и плотно перевязала руку. После чего, недолго думая, принялась подыскивать себе одежду по размеру.

«А теперь что ты делаешь? – ужаснулась Анна. – Неужто ты собралась переодеться в мужское платье? За это полагается пятьдесят плетей у позорного столба, и далеко не каждая женщина выдержит такое, ибо палачи бьют провинившихся плетками, сплетенными из тонких кожаных ремешков, которые просекают кожу до самого мяса».

«Я смотрю, любят тут у вас над людьми издеваться, - заметила я. – Но у нас других вариантов нет. По крайней мере, к парню с кинжалом и пистолетом вряд ли рискнут докопаться всякие мрази. А вот одинокой девушке, насколько я понимаю, в вашем мире выжить гораздо сложнее».

«Это правда, - вздохнула Анна. – Прости, больше не буду тебе мешать. Надеюсь, у нас всё получится».