Королева Карибского моря

Глава 14

Под вечер охранник принес ужин – одно ведро, полное объедков, и второе с пресной водой, попахивающей водорослями. Из этого ведра каждому из заключенных было велено сделать по четыре глотка – так Толстый Сантьяго заботился о том, чтобы его товар раньше времени не погиб от обезвоживания.

В вот ведро с объедками охранник просто поставил на пол – и вышел за дверь.

Заключенные ринулись к ведру, и в момент всё расхватали, я даже глазами моргнуть не успела. Правда, Хаук, героически повоевавший за ужин с другими рабами при помощи кулаков, принес почти целую маисовую лепешку, разломил ее надвое, и половину протянул мне.

- Держи, Марио, - усмехнувшись, проговорил он. – И в следующий раз будь порасторопнее, а то останешься без ужина.

- Что, зауважал пацана после того, как он вывалил на тебя кучу дерьма? – усмехнулся чернокожий Мануэль, грызя свой трофей – половину куриной ноги со следами чужих зубов.

- Старые боги моего народа велели уважать слабых, которые не боятся дать отпор сильному! – с пафосом произнес блондин. – А я уважаю старых богов, вот тебе и весь мой ответ.

- Не поспоришь, - пожал плечами Вэй, выловивший в ведре треть жареной рыбины, и с удовольствием уплетавший свой трофей.

Однако я заметила, что еда досталась не всем. Особенно жалко было старика, у которого разбилась его глиняная трубка – он сидел в углу камеры, обняв колени, и на его лице я заметила блеснувшую слезу.

Конечно, моя порция была совсем небольшой, однако я разломила свой кусок лепешки, подошла к старику и протянула ему еду. Луч заходящего солнца, проникший в камеру через крохотное окно, отразился в удивленных глазах старика.

- Это... мне?

- Да, - кивнула я. – Поешь. У нас впереди трудные времена, и каждому понадобятся силы.

- Спасибо, парень, - шмыгнул носом расчувствовавшийся старик, принимая мой подарок. – И ты это... Шляпу свою не снимай. Хорошая у тебя шляпа. Спать ляжешь, а проснешься – нет ее, стащили. Тут это за̀просто.

- Спасибо за совет, дедушка, - улыбнулась я.

- Меня Хуаном зовут, - беззубо улыбнулся старик. – Ты это... обращайся если что. Кроме советов у меня нет ничего, но, если что, хоть ими поделюсь.

- Обязательно, - улыбнулась я.

- Тебе-то что за дело до других? – хмыкнул длинноволосый брюнет, весь покрытый сложным орнаментом из татуировок.

- Люди должны помогать друг другу, - ответила я.

- Здесь нет людей, - сплюнул на пол брюнет. – Только рабы, которые признаю̀т лишь один закон: каждый сам за себя.

- Люди всегда остаются людьми, если только сами не решают перестать быть ими, - отрезала я. – А добро возвращается к тому, кто его сделал - как и зло, причиненное другому.

- Чушь собачья, - фыркнул брюнет. – Я с двенадцати лет в море, и точно знаю: помогать нужно только своим. Чужие за добро как раз и заплатят злом, помяни мое слово.

- Говори что хочешь, живи как знаешь, умник, - усмехнулась я. – Сегодня чужой человек поделился со мной своей лепешкой, а я отдала ее часть тому, кто в ней нуждается больше. Если все станут так жить, этот мир станет чуточку лучше.

- Ага, надейся на это, - фыркнул татуированный. – Скоро надсмотрщики на плантациях Кубы объяснят тебе своими плетьми что такое добро и сострадание к нуждающимся.

Я не стала продолжать бесполезный спор, вернувшись на свое место рядом с Хауком, который уже храпел, отвернувшись к каменной стене.

И призадумалась.

Умирать под палящим солнцем как-то не хотелось. Да и не факт, что я доплыву до Кубы в тесном трюме невольничьего корабля – судя по рассказам сокамерников, существовала неиллюзорная возможность умереть прямо там от ужасных условий содержания рабов...

И что оставалось делать?

Бежать?

Куда?

Без денег, связей и документов выжить в этом мире было просто нереально – впрочем, при их отсутствии во все времена это дело, мягко говоря, непростое...

Тем не менее, покоряться судьбе я не собиралась.

Поев, мои сокамерники все как один заснули почти сразу – видимо, сработали биологические часы, сломавшиеся у человечества с изобретением электричества. Раньше ж как было? Стемнело – пора отправляться спать. Рассвело – настало время просыпаться. Это с появлением лампы накаливания всё изменилось, но до ее изобретения было еще более двух столетий...

Тем не менее, слабый свет заходящего солнца еще просачивался в замочную скважину толстой двери, и я, встав с деревянной лежанки, направилась к ней, осторожно ступая между людьми, устроившимися спать прямо на полу.

Достигнув своей цели, я присела на корточки, достала из волос железную шпильку, слегка согнула ее, воткнув в щель между камнями, после чего принялась ковыряться ею в замочной скважине, анализируя насколько сложным будет процесс...

Взломщик из меня, конечно, так себе, но и замо̀к оказался довольно примитивным. Я вставила в замочную скважину заточку, которую конфисковала у Хаука, слегка надавила на нее в направлении открывания, после чего шпилькой принялась ковыряться в замкѐ...

Признаться, этот процесс я видела только в компьютерной игре – но с простейшим замко̀м он сработал! В нем что-то щелкнуло, повинуясь движению моей кисти, заточка провернулась в замкѐ – и дверь приоткрылась...

- Забавно, - прозвучал рядом со мной голос Хаука. – Осталось лишь понять, что ты будешь теперь делать со своей свободой.

Дорогие мои читательницы и читатели!

С удовольствием представляю вам замечательную книгу автора нашего литмоба Полины Ром "Побег из рая"!

https://litnet.com/shrt/zumo