Королева Карибского моря

Глава 17

Летние ночи в Мексике короче дня, и, хотя мы торопились как могли, на то, чтобы переодеться, рассесться по шлюпкам и отчалить от пристани ушло довольно много времени... К счастью, вместе с рассветом в бухту пришел утренний туман, в котором пиратские корабли утонули почти полностью – из ды̀мки, распространившейся над водой, торчали лишь мачты с обвисшими черными пиратскими флагами на верхушках...

- Скоро задует дневной бриз, который погонит туман с океана на город, и тогда с кораблей станет хорошо видно, кто к ним плывет, - проговорил старый Хуан.

- Давайте приложим все силы, чтобы успеть, - негромко проговорила я. Согласно воспоминаниям Анны, я была в курсе, что по воде звуки хорошо разносятся, потому предупредила всех чтобы они вели себя максимально тихо...

В тюрьме Толстого Сантьяго решили остаться лишь несколько заключенных, и то в основном лишь те, кто был болен. Остальные предпочли сбежать вместе со мной, потому сейчас в четырех шлюпках гребли восемь десятков моих бывших сокамерников. Пока всё шло согласно моему безумному плану, и мне очень хотелось надеяться, что и дальше судьба будет к нам милостива. Говорят, ей интересно наблюдать за отчаянными авантюристами, и сегодня ночью я собиралась показать ей очень нескучное шоу...

С трупа тощего пирата я сняла грязный красный камзол, который надела на себя. Не сказать, что он подошел мне идеально, но в целом на первое время сойдет. Кафтан, который я затрофеила в повозке убитых мною насильников, остался в тюремной камере – я подстелила его под бок, когда укладывалась спать, и банально о нем забыла во время начавшегося обстрела города. Сейчас же пиратский шмот мне пригодился, ибо утром на побережье было, мягко говоря, не жарко. Да и для маскировки сойдет если что, ибо плыли мы на самой первой шлюпке, пассажиров которой я постаралась принарядить так, чтобы они были максимально похожи на пиратов...

Постепенно перед нами начал вырастать высокий борт галеона, с которого беспечно свешивались три веревочных лестницы. Я уж подумала было, что всё может пройти как по маслу...

Но ошиблась.

- Стоять, суши весла! – раздалось сверху. – Какого дьявола вы тут делаете?

- Протри глаза, брат! – рявкнул Хаук, поднимая в обеих руках мешки, набитые пиратскими трофеями и выброшенными на берег водорослями для объема. – И принимай подарки от благодарных испанцев!

- Да ты шутник как я погляжу! – хохотнул свесившийся вниз с борта пират, силуэт которого был полуразмыт туманом. – Матео, ты что ли?

- А кто ж еще? – отозвался Хаук. И, не дожидаясь ответа, швырнул наверх оба мешка. – Лови! А мы сейчас подоспеем для дележки!

Тут нам пришлось поторопиться, ибо под награбленным тряпьем и медной посудой в мешках были водоросли, занимавшие примерно половину объема. И пока обман не раскрыли, нам нужно было как можно быстрее забраться на корабль...

К счастью, большинство беглых рабов были моряками, потому две шлюпки синхронно ударились о борт корабля, и из них наверх полезли грязные, оборванные люди, почуявшие запах свободы, за которую, возможно, сегодня придется заплатить собственной кровью...

Пожалуй, я была легче всех, потому и лезла первой по веревочной лестнице, зажав в зубах свою шпагу...

Что я чувствовала при этом?

Не знаю...

Но точно не страх!

Мне казалось, что я участвую в съемках какого-то фильма, и всё это происходит не со мной, а с некой актрисой, давно мечтавшей об этой роли... Ибо не просто было себе признаться, что вот сейчас, именно сейчас мне было по-настоящему интересно жить! Бороться за свою свободу и вести за собой людей, которые жаждут того же, что и я...

Увы, мой прежний мир не мог дать мне того адреналина, той безумной гонки событий, что происходила со мной здесь. И страшновато было признаться себе, что сейчас я живу во много раз интереснее, чем до этого. Именно живу, а не существую в режиме учеба-работа-опостылевший дом-сон-и снова всё это изо дня в день по замкнутому кругу, скуку и однообразие которого разбавляли лишь мои тренировки...

Но то, что ждало меня впереди, не имело ничего общего со спортом. Там, за приближающимся краем борта корабля, сейчас должно было начаться кровавое состязание, призом в котором станет моя собственная жизнь. А проигрыш будет означать смерть, причем не факт, что быструю и легкую, ибо вряд ли пираты сделают такой подарок убийце своих товарищей если мне не повезет попасть к ним в плен.

...Лестница закончилась, и я, перевалившись через борт, спрыгнула на палубу, нос к носу столкнувшись с весьма колоритным пиратом, словно сошедшим с афиши тематического фильма.

На его голове красовалась кожаная треугольная шляпа, под которой горел злостью единственный глаз – второй прикрывала кожаная повязка. Поверх грязной, когда-то белой рубахи пирата был надет синий камзол с оторванными рукавами, а на груди флибустьера болтался крупный амулет.

- Какого дохлого кита в мешках водоросли? - зарычал он. – И, парень, почему на тебе камзол Мачты?

Шпага в моих зубах пирата не смутила – видимо, это был обычный способ переноски оружия при подъеме по веревочной лестнице, чтобы оно не било по ногам и ни за что не цеплялось. Но когда я вместо того, чтоб заткнуть шпагу за пояс, взяла ее в руку, до ловца удачи начало что-то доходить...

Отпрыгнув назад, он ловко выдернул из-за пояса кривую саблю с согнутым кончиком клинка - то ли случайно, то ли для форсу пиратского, то ли для нанесения более рваных ран - и проорал:

- Кто ты такой, мать твою за форштевень?

...Современный фехтовальный спорт не предусматривает кинематографичных постукиваний клинка об клинок. Он построен на стремительных атаках в зоны, которые противник не успел прикрыть... и у пирата, выставившего саблю перед собой, их было несколько...