Королева Льда для Императора. Попаданка фигуристка

Глава 2. Привет от предков

Наконец, наша карета прибывает к небольшому поместью. Да, обслуживать такую махину, должны не менее двадцати слуг. Интересно будет посмотреть, насколько все плохо. Предчувствие подсказывает, что основная прислуга тут я, но будем разбираться со всем постепенно.

Выхожу из кареты и осматриваюсь. Память подсказывает куда нужно идти, поэтому аккуратно, держась за перила поднимаюсь в своих недоконьках по высокой лестнице. Мачеха и кучер смеются надо мной.

- Быстро иди в свою комнату, сними этот позор, приходит на кухню, - слышу в спину крик женщины, - подашь нам обед и приступишь к уборке.

Ага, сейчас. Уже бегу и спотыкаюсь, посмотрим, как она собирается меня заставить. Мысль о том, что могу дать отпор прерывается болезненным воспоминанием. На морозе почти полностью раздетую девушку секут по спине кнутом. Элиана потом не могла лежать неделю, простыни несколько дней были кровавыми.

Это не женщина, а садистка какая-то, неудивительно, что девочка грезила о деньгах, чтобы убежать отсюда.

Открываю тяжелые двери, сил хватает ели-ели. На помощь от маменьки рассчитывать не приходится.

- Ох, моя милая, на кого ты похожа, - слышу причитания, по направлению ко мне бежит седая женщина в возрасте, - что с тобой сделали эти ироды, моя хорошая! А я говорила, не надо тебе на эти фигуры ходить, ничего путного из того не выйдет.

Смотрю на женщину, она явно добра ко мне, пытаюсь раскопать в памяти настоящей Элианы кто она. Но воспоминания молчат, видно все хорошее девушка забрала с собой, остались лишь яркие негативные. Пару секунд думаю, а затем решаюсь спросить:

- А вы кто?

- Да не уж то головой стукнулась! Свою няньюшку забыла! – явно расстраивается женщина.

Оглядываюсь на дверь, не идет ли мачеха и шепчу в ответ:

- Именно, стукнулась и ничего теперь не помню.

Женщина смотрит грустно и сочувственно.

- Ладно, моя хорошая, пойдем, дойдем до твоей комнаты. Глядишь, со временем все вразумеет. Да сними ты эти скороходы свои, босиком быстрее дойдем.

Смотрю на коньки, пытаюсь понять, как снять эту конструкцию, но женщина меня опережает. Ловко садится, несмотря на свой возраст, нажимает какой-то элемент около щиколотки и деревянные колодки меня выпускают на свободу. Сердечно благодарю няньюшку Элианы и иду следом за ней в свою каморку.

Только так я могу назвать помещение, которое выделила мачеха мне для проживания. Выходит настоящая хозяйка этого поместья, а то, что это Элиана я не сомневалась, жила в подчердачном помещении, в сырой, холодной комнатке без личного отопления.

Осматриваю комнату. Помещение чистое, но мрачное, солнечного света не хватает из-за того, что окно залепило грязью снаружи, видно девушке самой не под силу было его отмыть. В центре стоит узенькая кровать с простеньким одеялом, с одного бока шкаф, где оказалось всего три платья. С другой стороны письменный стол. Вот он на удивление был завален книгами, причем не женской литературой, судя по картинкам на обложках, а учебниками или какими-то трудами. Прочесть надписи у меня пока не получилось.

Никакого ковра или занавесок для создания уюта в комнатке нет, сущий минимализм. Видно, мачеха постаралась, чтобы у девочки пропала тяга к прекрасному, желание уюта и тепла семьи.

- Элиана, ты правда ничего не помнишь? И меня не помнишь? – спрашивает няньюшка за моей спиной. Я успела уже забыть про эту добрую женщину.

- Нет, не помню, - честно отвечаю.

- Ой как плохо, если матушка узнает, тебя в светлый дом отправят, это самый простой способ для нее забрать твое наследство, - качает головой старушка.

- Что такое светлый дом? – спрашиваю, но сама уже знаю ответ, дурка по-нашему, дурдом, где лежат люди с психическими отклонениями.

- Страшное место, деточка, там люди воют волком, не узнают близких, - округляет глаза от страха моя просветительница.

- Тогда помоги мне, чтобы матушка ни о чем не узнала, - прошу я женщину.

- Сложно это, деточка, но давай попробуем, - соглашается старушка, - для начала запомни, меня зовут Меира.

Я киваю, запомнить будет не сложно, как у нас Мария.

- Меня наняла твоя матушка кормилицей, а затем я осталась при тебе няньюшкой, своей-то семьи у меня не было никогда. Ты мне как родная дочка, - по щеке женщины скатилась скупая слеза.

- Элиана, где ты пропадаешь! – услышали мы крик снизу, - Живо на кухню!

- Пошли, милая, по дороге расскажу, - торопит меня женщина.

Я надеваю туфли из грубой кожи, больше похожие на лапти, наскоро умываюсь холодной водой в тазу и тороплюсь вниз.

- Мачеха твоя, мадам Присцилла, всего год назад стала женой батюшки. Его ты тоже не помнишь? – смотрит на меня женщина.

Отрицательно мотаю головой.

- Месье Рудольф будто очарован ей был, делал все, что его молодая жена просила. Вон даже тебя согласился под чердак поселить. А потом сгинул, как и почему никто объяснить не может, видно жена постаралась. Так, а сейчас ты внизу увидишь двух дочек мадам, твоих сводных сестер Лею и Тамилу. Лею не бойся, она к тебе добра, а вот от Тамилы жди пакости, - напутствует меня женщина.