Королева на месяц. Мы никогда не будем парой

Глава одиннадцатая, в которой теряют короля

Я с детства умела чувствовать магию и могла различать ее малейшие оттенки. И сейчас я знала, что этот человек был магом. Сильным магом. А теперь быть им перестал.

В палате было много людей без магии, но это было другое.

Этот раненый был как пустой сосуд, из которого до последней капли выкачали то, что прежде его наполняло.

— Можно ли как-то помочь ему? — спросила я у доктора, понизив голос.

Может быть, пациент и не слышал нас, но я не хотела рисковать. Наверняка ему показалось бы неприятным, что мы его обсуждали.

— Смотря что вы имеете в виду, мадемуазель. Если вы о его физическом состоянии, то уверяю вас, что мы делаем для этого всё возможное. Не знаю, восстановятся ли его зрение и слух, но остальные раны, я надеюсь, мы залечим.

— А его магия, сударь?

Врач сразу погрустнел.

— А вот в этом, увы, я разбираюсь куда меньше. Но я понимаю, о чём вы, мадемуазель. И боюсь, что ответ на этот вопрос будет отрицательным. Я уже приглашал к нему мага, и тот заявил, что если бы в нём осталась хоть частичка магии, то попробовать было бы можно. Но он опустошен полностью. Чудо уже то, что после такого он вообще остался жив. И попал в столицу. Вы же понимаете, что всех этих людей привезли сюда из самого Намюра. Это весьма большое расстояние. Обычно раненых размещали в селениях, которые находились поблизости с местом битвы. Поверьте, там у большинства из них не было бы ни малейшего шанса на выздоровление. Так что им повезло, что наш славный король отдал приказ позаботиться о каждом раненом солдате.

— Его величество проявил похвальную доброту, — согласилась я.

Доктор отвлекся на других раненых, я же вернулась ко кровати мага.

— Даже если вы не слышите меня, сударь, я всё равно немного посижу с вами, хорошо? — и я в самом деле села на краешек его кровати. — Если позволите, я буду изредка приходить к вам. Я могла бы приходить к вам хоть каждый день, но мои родные наверняка этого не одобрят. Они считают, что девушка из благородной семьи должна заниматься совсем другими делами — совершенно бесполезными, смею вас заверить! Да-да, чем бесполезнее дело, тем более благородным кажется оно в глазах столичного общества.

Я болтала всякую ерунду лишь для того, чтобы не молчать. Может быть, этот человек всё-таки слышал меня? Тогда он должен знать, что о нём не забыли, что о нём заботятся.

— И я уверена, что мы непременно отыщем вашу семью. Наверняка вы хотели бы сейчас оказаться дома, среди близких вам людей. И это обязательно случится. Только чуть позже. А пока вам нужно набраться сил и подняться на ноги. Может быть, вам всё-таки что-нибудь нужно? О, если бы вы могли сказать мне это! А хотите, в следующий раз я принесу вам чего-нибудь вкусного? Здесь, в госпитале, вас наверняка не балуют разнообразием. Ох, я совсем забыла! У меня же есть с собой шоколад!

Я достала из мешочка тонкую плитку шоколада и отломила от нее маленький кусочек.

— Не тратьте свое время, мадемуазель! — сказал всё тот же врач. — Езжайте домой, вы устали. А этот человек, увы, ничего не ест. Его уже пытались сегодня кормить, но пока безрезультатно.

Но я всё-таки решила попробовать и положила кусочек шоколада на потрескавшиеся губы раненого. И замерла, глядя на него.

Сначала ничего не случилось. И я с сожалением вынуждена была признать, что доктор прав.

Но уже когда я поднималась с кровати, я увидела, что губы мужчины чуть шевельнулись, и осколок шоколада оказался в его рту. Я испытала такой восторг, как будто бы увидела чудо.

И хотя во взгляде доктора по-прежнему был скептицизм, сама я решила, что завтра же утром непременно вернусь сюда и попробую предпринять что-то еще.

А всю дорогу домой я думала о том, нет ли каких-то особых средств для возращения человеку его магии. И решила поговорить об этом с папенькой — он читал куда больше книг по теории магии, чем я сама.

Приехала я как раз к ужину, но лучше бы я на него опоздала. Потому что когда я попыталась рассказать о том, чем занималась целый день, то натолкнулась на стену непонимания.

— Фи, Элли, не порть нам аппетит! — воскликнула Бланш.

— Элисон, тебе не следует больше ездить туда! — поддержала ее Бернадет.

И даже папенька сказал, что если я хочу помочь нашим воинам, то я могу найти для этого более подходящее занятие — например, писать приглашения для благотворительного бала.

Но куда больше меня огорчило другое — что на мой вопрос о возвращении магии отец дал однозначный ответ.

— Это решительно невозможно, дорогая! — вздохнул он. — Невозможно сделать магию из ничего. Чтобы возродить что-то, нужно иметь хоть малую частичку этого. Я понимаю, что тебе хочется помочь этому человеку, но если магия полностью покинула тело, то следует с этим смириться.

— А нельзя ли перенести немного магии из тела другого человека? Быть может, у этого мужчины есть братья или другие близкие родственники, которые имеют магию той же стихии.

Но отец только грустно улыбнулся.

— Конечно, нет, Элли! И хорошо, что это невозможно. Иначе в мире начался бы хаос. Ты только представь, что люди, не имеющие магии и не способные ею владеть, стали бы получать ее извне. Это могло бы привести к весьма печальным последствиям.