Королева нежити, которая мстит жениху

Без сна

Детский смех резво раскраивал пространство огромной полупустой деревянной комнаты. Девочка со светло-голубыми волосами и глазами цвета моря хохотала настолько заразительно, что у всех остальных не было выбора — даже самый угрюмый мальчик сдержанно улыбался и качал головой.

— Как только мы закончим обучение в приюте, я точно-точно стану самой лучшей некроманткой и буду защищать вас всех, а Жорен мне поможет!

Она обернулась на мальчика, чтобы взять его за руку. Тот лучезарно улыбнулся и кивнул. Хотя Жорен и Селин были одного возраста, они росли с разным темпом, из-за чего девочка была значительно выше. Впрочем, настоящими друзьями их делало то, что Селин и Жорен познакомились еще до того, как девочка попала в приют после смерти родителей.

— Ага, — отозвался он тихо, но с горячей уверенностью. — Только ты сначала научись вызывать хоть одного скелета, а не только пугать пыль с книжных полок.

Здесь все вокруг засмеялись с новой силой и утвердительно покачали головами. Жорен взглянул на Селин и не увидел в ней и тени обиды, даже ее рука, державшая его, нисколько не дрогнула. Он знал, что его бы такое точно задело, так почему она так уверенно держит голову?

— Эй! — Селин весело толкнула его плечом. — У меня, между прочим, талант! Просто… он ещё не проснулся.

— Наверное, он тоже боится тебя. — Мальчик с загорелым лицом — Гала, старший из всех — хихикнул, запуская в неё подушкой.

В комнате тут же поднялась суматоха. Одеяла, перья, шорох старых досок под ногами. Девочка по имени Тинетта упала с кровати, не переставая хохотать, а кто-то пытался натянуть простыню на голову Жорена, превратив его в «первого призрака, подчинённого Селин». Она изо всех сил делала серьёзное лицо, воздевая руки, будто в ней уже была сила древних некромантов.

— Восстань из могилы! — кричала она. — Покорись своей хозяйке!

Жорен, не удержавшись, прыснул со смеху, уронив на себя простыню окончательно.

Это было их маленькое царство — деревянная комната, пахнущая пылью, мылом и старым воском. Плоский свет от масляных ламп отражался в чистых детских глазах. Даже в бедности приюта, в вечных обязанностях, изнурительных уроках, в скрипе кроватей и затхлых тряпках всегда находилось место радости. И они — все шестеро — были не просто детьми. Они были друг другу миром.

Селин села на пол, поджав ноги. Её локти упирались в колени, подбородок покоился на ладонях. Она наблюдала за Жореном — тонким, задумчивым, немного рассеянным. Он всегда был таким. Молчаливым, но внимательным. Когда кто-то плакал — он не пытался утешать словами. Он просто садился рядом и ждал, пока боль пройдёт. И дело не только в том, что он не находил слов — просто и сам успокаивался именно от этого, так что думал, что подобное поможет и другим.

Она поймала его взгляд — и он улыбнулся ей. С той самой открытой, наивной, беззащитной искренностью, от которой щемило сердце.

— Мы ведь правда всегда будем вместе? — спросила она внезапно.

Он кивнул. Без тени сомнения.

— Всегда.

Селин очнулась от этого видения, будто ударившись лбом о поверхность воды. Став нежитью, она уже не могла спать и видеть сны, но, когда она погружалась слишком глубоко в себя, то находила там отрывки своей прошлой жизни. Они словно ждали ее, пытаясь показать что-то. Внутри сжалось нечто, как от потери. Комната вновь наполнилась реальностью — холодной, чужой, живой. Ткань простыней, огонь свечей, усталый стон половиц. Всё это — настоящее. Но...

Она села на кровати, прижав ладони к вискам.

Он действительно так смотрел на меня. Он действительно говорил: "всегда".

И всё же, где-то между "всегда" и этим миром прошла черта, которую уже не сотрёшь. Что-то вырвало его из тех тихих вечеров и вернуло к ней в лице предателя.

Но где был тот, первый Жорен? Где он исчез?

Селин не знала.

Но знала, что часть её всё ещё ждёт ответа. И всё ещё помнит, как они смеялись в старой деревянной комнате — дети, которым казалось, что смерть всегда будет только игрой.