Королева нежити, которая мстит жениху

Пепел с привкусом жасмина

Возвращение с бала оказалось более утомительным, чем сам бал. Луиза ступала по скрипучим ступеням старого особняка, проклиная всё: узкие корсеты, светские улыбки и умников, чьи яды действовали недостаточно быстро. На полпути к своим покоям она услышала знакомый спор — как раз из комнаты у библиотеки, где обитали Теон и Селин.

— …ты не понимаешь, что теряешь себя, — раздражённо бросил Теон.

— Если бы я потеряла себя, ты бы не разговаривал со мной. Ты бы убегал, как все остальные, — холодно ответила Селин. Голос её звучал ровно, почти равнодушно — и оттого ещё страшнее.

— Я не убегаю. Я… пытаюсь понять, что с тобой происходит.

— А я пытаюсь понять, почему тебя это волнует, — тихо добавила она. — Ты не мой партнёр. И не мой друг.

Луиза беззвучно открыла дверь и без стука вошла.
— Ой, извините, а я думала, здесь тайное совещание, а не попытка эмоционального удушения, — заметила она, снимая перчатки.

Теон отпрянул в сторону, будто его поймали на краже. Селин не пошевелилась. Только чуть склонила голову — знак, что услышала.

— Надеюсь, у тебя есть повод мешать наш медленный, трагический распад, Луиза, — сказала она с лёгкой усмешкой.

— О, ещё какой. Помните второго принца? Раздолбая с лицом эльфа и манерами уличного жонглёра?

— Жан-Мари, — мрачно уточнил Теон. — Тот, кто однажды пытался говорить с павлином, думая, что это посол из соседнего королевства.

— Он. Сегодня кто-то пытался его отравить. Артефакт спас — но ненадолго. Он вряд ли выживет до конца недели, если мы его не вытащим. А если выживет — он наш должник.

В комнате повисла тишина. Селин села, сцепив пальцы на коленях, в позе, которая всегда предшествовала принятию решений.

— Это может быть ключ. Если старший принц в заговоре, то младший — его противовес. Даже если никто не воспринимает его всерьёз.

— Именно потому никто и не думает его устранять, — добавила Луиза. — Но, похоже, кто-то всё же начал.

— Нет, — резко сказал Теон. — Мы не можем ему доверять. Этот человек непредсказуем. Он легкомыслен. Он… он не способен взять на себя ответственность.

— А ты считаешь, что я способна? — Селин посмотрела на него в упор.

Он замолчал.

— Жан-Мари был рядом, когда я ещё училась в столице. Он не идиот, Теон. Он просто притворяется. Люди расслабляются, когда рядом тот, кого считают шутом. Это старейшая маска в истории. И, похоже, он играет её дольше, чем ты живёшь.

— Даже если так… ты правда хочешь связаться с королевской семьёй? Снова? Ты только вырвалась из этого ада.

— Хочу, — просто ответила она. — Потому что я хочу дожить до конца всей этой истории. И я хочу, чтобы ты был рядом, когда всё закончится.

Это было не признание. Но Теон сжал кулаки и опустил глаза. Этого оказалось достаточно, чтобы Луиза вздохнула.

— Значит, план такой: вы с Теоном делаете вид, что не можете договориться, а я снова спасаю всех с помощью корсета, яда и хорошей памяти?

— Именно, — Селин кивнула. — Завтра ты поедешь к нему. Если он выживет — мы начнём строить альянс.

— А если нет?

— Тогда у нас останется еще один повод для мести, — ответила она с ледяным спокойствием.

Луиза впервые за долгое время почувствовала — в этой комнате не три человека. В ней — трое выживших. Она бросила взгляд на Теона, который был явно разочарован. Но внутри Луиза согласилась с выводами Селин — один тот факт, что Жан-Мари дожил до 18-летнего возраста уже говорит о том, что он был неглуп. Все остальные братья и сестры — всего у короля было шестеро детей от трех разных женщин — умерли намного раньше. Конечно, все их смерти официально считались естественными, но, когда в правящей семье умирает столько людей, не может не возникнуть вопросов. Особенно с учетом того, что все началось с момента, когда Арделан получил статус наследного принца.

Луиза бросила взгляд на Селин — было заметно, что последняя «оживала» только когда речь заходила о деле. Наверное, именно это так сильно смущало Теона, но не графиню. Как близкая подруга она прекрасно знала, что Селин и до своей смерти была именно таким человеком — ее мало интересовало что-либо кроме работы. Казалось, она уперлась в одну цель и шла к ней, не замечая ничего вокруг. Такими же были и ее отношения с Жореном — она смотрела только на него, только вот лицом к лицу лица не увидать.

Селин почувствовала руку Луизы на своем плече — она показалась настолько горячей, что девушка вздрогнула.

— Я отправлюсь во дворец утром, но мне понадобится твоя помощь.

— Я не могу подходить к замку, на нем древняя и сложная магия.

— Да, я знаю, что через барьер пройти невозможно, но все же будь неподалеку. Проблемы могут начаться и после того, как я вытащу принца из замка.

— Ты уже решила, как именно забрать его оттуда?

— Нет, но ты же знаешь: импровизация — всегда была моей самой сильной стороной.

Теон осознал, что эти две женщины к нему не прислушаются, но сам факт взаимодействия со вторым принцем все еще казался ему крайне неприятным. Жан-Мари был отталкивающей личностью, когда дело доходило до священников. Он буквально их ненавидел, но никто не знал, почему.

— Я пойду, займусь чем-нибудь более полезным, чем попытка приделать пятое колесо.

Теон осекся позднее, чем договорил фразу. Эта раздражительность была для него совершенно несвойственной — он смутился, когда увидел, как на него посмотрели Селин и Луиза. Потупив голову, священник покинул комнату.