Королева подмирья

Глава 1

Мэй казалось, она падает в кромешной тьме целую вечность. Внутри врат ревела магия, била рваными потоками синего света, а под ногами ничего, пропасть. Дышать становилось труднее, будто сжимали грудь кузнечными тисками. Стоит признать, сигануть в разлом – далеко не лучшая идея, но в глубине души, Мэй верила, что Табалор не даст им разбиться. Внезапно воздух вокруг стал плотнее. Табалор вытянул руку и падение из стремительного превратилось в спокойное. Медленно их начало затягивать в воздушную воронку. От напряжения раны Табалора закровили сильнее. Демон тратил последние силы на то, чтоб удержать Мэй между мирами, пока она не достигнет подмирья.

Грис и Гнес первыми коснулись каменного уступа. Табалор приземлился следом, продолжая удерживать вокруг Мэй защитный вихрь. Убедившись, что она в порядке, демон убрал чары. Мэй посмотрела на врата, ковали точно не дворфы. Она бы не удивилась, узнав, что их создали из магической паутины. Местами просматривались прорехи в рисунке, как будто кто-то поднёс тлеющую головешку и ткнул наугад.

Мэй подняла руки и посмотрела на порезы чуть выше запястья. Внутри каменной глыбы, на которой она стояла, что-то бухнуло. Врата задрожали и рунный рисунок в самой середине начал активно расползаться.

– Табалор! – забеспокоилась Мэй. – Что мне делать?

Её руки дрожали, сердце колотилось, как сумасшедшее и катастрофически не хватало воздуха. Она пыталась не поддаваться панике, но у неё не получалось. Особенно, если учесть количество голодных монстров, отчаянно карабкающихся наверх. Если хоть один решит подкрепиться перед дорогой, Мэй окажется в очень затруднительном положении.

– Печать! – демон указал на стёртый временем, едва заметный рисунок древней руны под вратами на камне. – Наполни его своей кровью.

– Ты уверен? – нервно кусая ногти, спросила Мэй.

– Не знаю, – тяжело выдохнул он. – Просто, попробуй.

Он протянул Мэй нож. Она приняла его и, замешкавшись на долю секунды, полоснула по ладони. Когда алые капли коснулись камня, руна вспыхнула и врата взорвались синим светом! Древняя магия ударила в Мэй. Она закричала от боли, пронзившей тело, как будто сквозь него пропустили раскалённое железо.

В голове возникли воспоминания, не Мэй, чужие. Война. Реки крови и огонь. Повсюду мертвецы: люди, драконы, демоны. Обезображенные и раненные, они продолжали бросаться друг на друга, а потом вспышка – яркая, ослепляющая, и следом тьма, такая густая, что не видно, кто рядом. Время будто бы застыло. Новая картинка: человек заключает договор с драконом. Вместе, с помощью тёмных магов, они открываю проход в дикие пустынны земли нижнего мира, куда отправляют демонов. Потом запирают врата двумя печатями. Воспоминания пропали также внезапно, как и начались. Мэй обмякла, заваливаясь на сторону, но не рухнула на пол только потому, что сильная рука Табалора подхватила и прижала к себе.

– Они закрываются! – воскликнул Грис, указывая на врата.

Рисунок мерцал, выстраивая повреждённые участки, и ревущая над ними магия, постепенно утихла.

– У нас получилось, – с трудом произнесла Мэй.

– У тебя, – поправил Табалор и, положив её аккуратно на каменную плиту, свалился рядом.

Гнес и Грис тут же подскочили к нему.

– Ваше высочество, – начал тормошить Табалора Гнес, – очнитесь!

Грис сел рядом и осторожно уложил голову Табалора себе на колени.

– Ваше высочество, – тихо позвал дрогнувшим голосом Грис, – откройте глаза, умоляю.

В замке Орсона, когда Мэй накормила демонов собственной кровью, Табалор сказал, что они связаны и теперь он может чувствовать её боль. Получается, когда в Мэй ударила магия, демону тоже досталось? А может он, вообще, принял на себя большую часть и теперь умирает из-за Мэй? Нет. Она не позволит. Если её кровь возвращала к жизни драконов, значит и с демонами сработает! Она с трудом поднялась и склонилась над Табалором. Положила, испачканную кровью ладонь ему на щёку, тело демона не засветилось, как это было с Равэном и Лоркном. Табалор по-прежнему лежал неподвижно, раскинув ноги, руки, а его грудь почти не поднималась на вдохе.

– Ты не можешь умереть, – Мэй ударила демона по плечу. – Слышишь? И кому теперь продать жилет, чтоб вернуть потраченные деньги? От тебя одни убытки, – всхлипнула она.

В этот момент земля дрогнула, и разлом начал сходиться. Всё ещё карабкающиеся наверх твари, взвыли. Пришлось заткнуть уши, чтоб не оглохнуть.

– Их сейчас расплющит! – перекрикивая шум, прокричала Мэй. – Почему они не прыгают вниз?

– Мозгов не хватает, чтобы подумать, – ответил Гнес, также оглушённый нечеловеческим визгом, хрустом костей и грохотом падающих камней.

Мэй понимала, что нужно убираться, как можно скорее, пока их самих не снесло с уступа, но бросить Табалора она не могла. Сдвинуть с места тоже, слишком большой и тяжёлый. А что, если попробовать его накормить, как тогда? Осторожно она приподняла верхнюю губу Табалора, обнажив зубы. Приложила к ним свою кровоточащую ладонь и почти сразу появилось покалывание. Потом возникло ощущение, что из Мэй высасывают силы, закружилась голова, затошнило, а потом Грис резко отбросил её в сторону.

– С ума сошла! – наорал. – Ты же себя убьёшь.

– Если это его спасёт, я не против, – произнесла заплетающимся языком Мэй и потеряла сознание.