Королева Шабаша

Глава 1

      Я прижалась лбом к холодному окну автомобиля. Снаружи шёл дождь, и потоки воды быстро стекали по стеклу, размывая картинку, оставляя лишь темноватые жёлто-оранжевые пятна осенних деревьев. Настроение у меня было примерно такое же, как и у погоды — унылое. Я бы даже поплакала с ней за компанию, если бы уже не устала. О сегодняшней бессонной ночи, полной слёз, напоминали только всё ещё припухшие глаза, синяки под которыми я хорошо замаскировала консилером. Просто не хотела, чтобы мачеха радовалась моим страданиям, ей и так хватило.
      Машина скакнула на очередной кочке и совершенно неожиданно выехала на гладкую, явно новую, дорогу. Я отлипла от стекла и чуть наклонилась в бок, чтобы выглянуть в лобовое окно, где быстро-быстро работали дворники. Мы ехали по неприметной дороге, окруженной по бокам хвойными деревьями, отчего оранжевые пятна стали холодными зелеными, разметки на дороге не было, только табличка, которую я чудом успела прочесть: «Частная собственность!».
      — Подъезжаем, — сообщил водитель, кинув на меня взгляд через зеркало заднего вида.
      В ответ я кивнула и вновь откинулась на сидении, прикрыв глаза. Очень хотелось открыть их и выяснить, что всё это сон: отец не брал в жёны ту мегеру, а я никого случайно не калечила. Меня передернуло от воспоминания того случая, когда из носа обидчика вдруг пошла кровь, а затем из глаз, ушей… Меня никто не обвинял, кроме мачехи и её отвратного сынка, но я и сама знала, что виновата. От этого было ещё обиднее слушать их нападки. При отце-то они вели себя сущими ангелами, а наедине…
      — Приехали, — объявил шофёр, останавливая машину.
      Мужчина выскочил под дождь, обошел автомобиль, на ходу раскрывая чёрный зонтик, и открыл мне дверь. Я вышла и прихватила свою «ручную кладь» — перламутровый рюкзак. Как оказалось, мы подъехали к большему серому особняку с чёрной крышей; он был похож на такие дома, которые показывают в фильмах ужасов: большой, старый и в нём водится всякое… Я поёжилась частично от своих мыслей, частично от ветра. И вот это «хорошая частная школа, где о тебе позаботятся»? Не удивлюсь, если узнаю, что мачеха наплела всякой чуши отцу, тот ей поверил, а на самом деле это место — психушка.
      Шофёр открыл дверь, ведущую в особняк, запуская меня внутрь. Дверь открылась на удивление беззвучно — я-то ожидала жутких скрипов. Нас встретила невысокая дама в длинном чёрном платье и с короткой стрижкой. Она приветливо улыбнулась мне:
      — Добро пожаловать в нашу школу!
      Школу. Как же, скорее, тюрьма для провинившихся подростков. Я не стала делать вид, что ужасно счастлива здесь находится, но всё же дружелюбно кивнула в ответ.
      — Идём, я провожу тебя в комнату, где ты будешь жить. Но сначала, — женщина выразительно посмотрела на грязные кроссовки, заставив меня стыдливо покраснеть.
      Мне выдали чёрные балетки, в которые я сразу же и переобулась. Мы поднялись на второй этаж и прошли почти в самый конец коридора, остановившись у одной из дверей.
      — Сейчас идут занятия и твоей соседки пока нет, так что познакомишься с ней чуть позже. Хочешь есть? — женщина тактично стояла в сторонке, пока я оглядывалась.
      — Да.
      — Что ж, тогда идём, покажу столовую, — улыбнулась она.
      Я оставила в комнате рюкзак, забрав с собой только телефон с наушниками, а затем спустилась за женщиной. Столовая оказалась довольно большой и светлой, только столы и стулья были матово-чёрными. Меня усадили и предложили крем-суп с брокколи. Выбирать не приходилось, так что я просто кивнула.
      — Ненавижу овощи, — вдруг раздалось у меня за спиной.
      Хорошо, что у меня есть самообладание, иначе уже взвизгнула и схватилась бы за сердце, да и подавилась бы наверняка. А так я лишь медленно обернулась, не переставая жевать хлеб. Рядом стояла худощавая женщина в чёрном платье до щиколоток с длинным рукавом, на ногах у неё были полусапожки на высоком каблуке и со шнуровкой, её каштановые волосы были уложены в высокую прическу, а на носу сидели круглые очки.
      — Я бы с радостью заменила тут всё на мясо, — сообщила она, выдвигая стул и изящно присаживаясь на него, — однако тут большинство — это растущие организмы, им витамины подавай, а меньшинство — старухи. Как удивительно! Им тоже нужны витамины! Впрочем, я в их числе, в числе старух.
      Незнакомка с отвращением поглядела на суп, который мне заботливо принесли, вытащила откуда-то серебряный портсигар с гравировкой и открыла его. Внутри оказались рядком уложенные тонкие сигареты, одна из которых лежала вверх тормашками.
      — Надеюсь ты не против, — женщина воткнула одну из сигарет в рот и прикурила от пальца, заставив меня практически уронить челюсть на грудь, — Marlboro. Мне они нравятся. Так что насчет тебя, дорогуша? Тебе сообщили, куда ты попала?
      — А-а-а… — только и смогла протянуть я, всё ещё впечатленная фокусом.
      — Школа-интернат, — начала женщина, — Школа-интернат для девочек. Для особенных девочек. Для ведьм.
      Я всё-таки подавилась. Воздухом.
      — Твоя мать не очень-то лестно отзывалась о тебе…
      — Она мне не мать! — рявкнула я, нахмурившись.
      — Да, да, мачеха, — кивнула женщина, затягиваясь и обдавая меня довольно приятным ментоловым дымом, — Вы с ней не ладите. Понятно. В любом случае, мне ведь удалось убедить её, что наша школа — лучшее место для такой, как ты. Что ж, Алиса, приятно было познакомиться, добро пожаловать в Школу Ведьм.
      — Постойте! — воскликнула я, глядя, как женщина удаляется, — Кто вы?
      — Директриса, — бросила она так, будто это вовсе не имело значения.
      Это точно не психушка? Очень похоже. Я поставила недоеденный суп на поднос и отнесла последний к столам, после чего по памяти дошла до своей комнаты. Там всё ещё было пусто, только два моих чемодана уже стояли здесь.
      Я присела на свою кровать, стоящую напротив другой, уже занятой. Всё, что я могла сказать о моей пока неизвестной соседке — она была не слишком-то аккуратной и, похоже, мрачной. Вся мебель была сделана из чёрного дерева, стены были белыми, а пол обычным паркетом. Однако, у кровати и стола, принадлежавшей моей соседки всё было облеплено разнообразными чёрными бумажками, будь то плакат формата А3 с изображением очень хмурой дамы или мелкие открытки с цитатами на латыни. Со вздохом я откинулась на кровать и прикрыла глаза, как показалось, лишь на секунду, однако бессонная ночь дала о себе знать.
      — Эй, новенькая, — мою ногу, свесившуюся с кровати, беззастенчиво пнули, — Половина шкафа твоя. Мои вешалки не трогать, мои вещи тоже. Вообще ничего моего не трогай, и мы поладим. Усекла?
      Сонно щурясь от света, я уставилась на девушку, стоящую надо мной. Высокая, худощавая, с прямыми чёрными волосами, аккуратным вздернутым носиком и холодными голубыми глазами, губы были накрашены чёрной помадой.
      — Рыжая, ты что, глухая? — обратилась она ко мне, поправляя чёрное платье.
      — Нет, — растерянно отозвалась я.
      — Класс. Так что? Ты услышала?
      — Да.
      — Славно, — девушка села на свою кровать, стягивая чёрные ботинки.
      Потянувшись, я встала и принялась разбирать вещи. Это занятие немного отвлекло меня от царящего вокруг меня безумия, которое началось с того самого момента… Момента, когда я заставила задиру из своей старой школы истекать кровью.
      — Привет! — в комнату, отвлекая меня от грустных воспоминаний, влетела невысокая стройная девушка со светлыми вьющимися волосами. Она сразу же заметила меня и заулыбалась:
      — Ты новенькая, да? Я Ева! Ты уже познакомилась со своей соседкой? Думаю, не особо, она у нас не очень-то разговорчивая! Ой, у тебя такие глаза красивые, зелёные! Прям, как у директрисы! Ты уже видела её? Кира, чего ты лежишь? Опять, наверное, вела себя отвратительно!
      — Привет, — только и смогла ответить я, так и сжимая в руках свой свитшот, который взяла ещё до того, как Ева вошла.
      — Блин, ты можешь прекратить тут орать? — поморщилась моя соседка, привстав на локтях.
      — Я не ору, Кира, — Ева показала язык и повернулась ко мне, — Как тебя зовут?
      — Алиса, — пробормотала я.
      — Какое имя красивое! И волосы у тебя изумительные! Рыженькие! Ой, как жалко, что мне уже Лору подселили! Только ей не говори! Она тоже милая, не хочу её обижать.
      — Стерва она, — лениво протянула Кира со своего места.
      — Ты тоже, — пожала плечами Ева, — Но дружу я с вами обеими, а вот Алисе туго придется. Бедняжка! Ничего, если что, можешь ко мне обращаться, от Киры помощи не дождешься! Я напротив живу, заходи в любое время!
      — В любое время, когда не будет Лоры, — иронично заметила Кира, — Она така-ая стерва… Даже для меня!
      — Н-да… В общем, обращайся! — Ева дружески похлопала меня по плечу и ушла.
      Остаток дня я провела, раскладывая вещи, а в кровать легла даже раньше отбоя, как и Кира. Соседка укуталась в чёрный плед и увлечённо читала книгу в чёрном переплете. Чёрный-чёрный-чёрный… Я поежилась, накрываясь одеялом и пялясь в потолок. Думала — не усну, но нет, уже через пять минут я провалилась в сон.
      Утро встретило меня туманом и мрачным хвойным лесом, отлично просматривающимся из нашего окна. Кира проявила очень хорошо замаскированную заботу, толкнув меня в бок и заставляя проснуться. Я благодарно улыбнулась и пошаркала к небольшой комнатке, где умещалась душевая, туалет и умывальник. Вода была только холодная, и я старалась побыстрее разделаться с утренними процедурами. Кира к тому времени уже надела то же чёрное платье с серебряной нашивкой в виде семиконечной звезды.
      — Эмблема школы, — заметила девушка. — Твоё вон висит. Обувь можно любую.
      Сама Кира предпочитала тяжелые кожаные ботинки, а я отдала первенство кедам, тоже чёрным, чтобы не портить общую картину. Платье пришлось впору, хотя боялась, что не подойдет, мне всегда казалось, что я слишком уж полная. Волосы просто завязала в высокий хвост и уставилась на Киру, закончившую подкрашивать губы.
      — Всё? Пошли, урок совместный, — соседка поморщилась и вышла, а я поспешила за ней.
      Кира закрыла дверь на ключ, протянув мне такой же и зашагала к лестнице. Людей в коридорах было немного, все девушки, ещё попадались женщины постарше, видимо, учителя. Мы спустились и прошли по коридору влево. Кира дернула одну из дверей и вошла, я за ней. Это оказался самый обыкновенный класс, только доска не привычно тёмно-зеленая, а чёрная, как и все столы, сама аудитория была выполнена в белых тонах. Все парты были одиночные. Я села на свободную первую у окна.
      По коридорам раздался какой-то гул, но судя по тому, как повели себя другие девушки — это был звонок на урок. В класс вошла женщина в чёрной узкой юбке и тёмно-синей свободной блузке, она прошла к учительскому столу и кисло улыбнулась:
      — Надеюсь, вы выспались лучше меня.
      — Ну-у, — протянула какая-то девушка, — Если не спали из-за мужчины…
      Я пораженно уставилась на говорившую: она что не понимает, что нельзя говорить такое учительнице? Последняя, впрочем, отреагировала совсем не так, как ожидалось:
      — Если бы мужчина! — фыркнула она, — Ладно, у нас тут общий урок для шестнадцатилеток. Если кто-то забыл, то скоро Самайн.
      Девушки одобрительно загалдели, а учительница открыла чёрный ежедневник и села на стол, совершенно не обращая внимание на всеобщую воодушевленность. Когда все немного притихли, она оторвала взгляд от ежедневника и подняла голову на нас:
      — Все всё знают, мы вам ещё в прошлый год все уши прожужжали, да и в начале учебного года, но почему-то им всё ещё кажется, что вы ничего не поняли. Я бы повторила, да лень, — учительница обвела скучающим взглядом класс, останавливаясь на мне. — Хотя у нас тут новенькая из шестнадцатилеток. И она ни черта не знает. И, похоже, до сих пор пребывает в твёрдой уверенности, что мы тут обычные и ничем не примечательные, кроме обилия чёрного цвета…
      Я удивленно глядела на учительницу. Вот интересно, а что я должна думать? Что они ведьмы? Ну конечно! Стул мой вдруг оторвался от пола, мне не удалось сдержать визг, а руками я впилась в неожиданно взлетевшую часть мебели, да так, что костяшки побелели. Учительница безэмоционально наблюдала за этим, другие же предвкушающе ухмылялись. Стул опустился прямо на учительский стол.
      — Итак, новенькая, Алиса, — учительница указала на меня, — Кто что предложит?
      — Давайте её в мышь превратим! — с восторгом предложила одна.
      — Банально, — ответила учительница, — Ещё?
      — Может на метле прокатим?
      — Несанкционированный полёт, да и вообще, кто доверит ей метлу? Дальше?
      — Может беса вызовем?
      — Несанкционированный призыв. Предложите что-нибудь законное.
      — Мысли почитаем?
      — Было.
      — Давайте фамильяра просто покажем.
    — Да! Мне нравится, — кивнула учительница, выглядывая за дверь и тихо насвистывая что-то.
      Из коридора послышались довольно странные звуки, будто по полу стучали когти, похоже на то, как Динга, наша собака, слонялась раньше по квартире. Слух меня не обманул практически ни на йоту — в аудиторию зашёл волк. Серый. Хотела было закричать, но заметила, что остальные сохраняют абсолютное спокойствие. Так это у них вместо собачки, а они меня напугать решили? Не выйдет! Я сложила руки на груди, хмуро уставившись на волка.
      — Алиса, это Фаргос, Фаргос, познакомься с новенькой, — насмешливо сказала учительница.
      — Привет, Алиса, — раздался чей-то приятный мужской голос.
      От такого я чуть не сверзилась со стула, что было бы болезненно, но всё же смогла удержаться и всего лишь удивленно оглянуться. Звук голоса был рядом, будто мне говорили в самое ухо.
      — В ответ так же положено здороваться, если ты не знала, — издевательски продолжил неизвестный.
      Почти со священным ужасом я осознавала, что голос не говорит в прямом смысле этого слова. Голос думает прямо мне в голову, ага! Моё перекошенное лицо повеселило всех, и учительница снизошла до пояснений:
      — С тобой говорит Фаргос. Он мой фамильяр. Я ведьма, как и остальные девочки и чем раньше ты это примешь, тем лучше для тебя и меньше хлопот для нас.
      Я чуть подрагивала на стуле от такого-то, но решила, что так действительно будет лучше, к тому же многое объяснит, а потому судорожно кивнула в ответ. Мой стул вернулся на место всё тем же путем.
      — Зови меня тётушкой Ташей, — ухмыльнулась учительница, — Я буду твоей наставницей и проводником в этот мир безумств. Дам тебе на осознание этот день, за который я как раз высплюсь, а завтра обсудим наши занятия и чёртов бал, на который мне придётся тебя собрать. Что же касается остальных, то вы можете разбредаться по своим наставницам и пудрить им головы, всего хорошего!
      Таша прихватила ежедневник и вышла, за ней последовал волк. Девушки тоже стали собираться и вставать со своих мест, чтобы покинуть помещение. Я мельком заметила Еву, которая ободряюще улыбнулась мне и побрела к двери за общей толпой. Некоторое время я всё так же сидела на месте, приводя мысли в порядок. Похоже, оскорбление мачехи — «ведьма» — можно считать пророчеством.



Рина Грин

Отредактировано: 31.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться