Королева скалистого берега. Песнь валькирии.

Глава 15

- Есть ли кто против? – прокричал Тормод, когда все наконец угомонились.

- Нет! Нет конечно! Все за то, чтобы Лагерта стала королевой побережья! – раздались голоса.

Внезапно вперед шагнул чернобородый викинг из тех, что прибыли с Сигурдом на драккаре.

- Всё это хорошо, но очень странно, - проговорил он. – Тихая и скромная Лагерта внезапно победила в хольмганге опытного воина, а после совершила настоящее чудо, вернув из мрака смерти Агот вместе с ее плодом. Но уверен ли ты, старик, что именно валькирия вселилась в эту девушку, а не злобная ведьма-сейдкона, которая захотела получить власть над нашей общиной, чтобы привести ее к погибели? Ведь всем известно, что горные ведьмы питаются душами тех, кого они смогли столкнуть из Мидгарда, мира людей, в темную и холодную пропасть загробного Хельхейма.

Собравшиеся примолкли, начали переглядываться...

Память Лагерты вновь услужливо подсказала мне, что ведьм здесь, мягко говоря, не любят. И тех, кто подозревается в черной магии, подвергают страшным испытаниям, в результате которых несчастные преимущественно не выживают...

Но ситуацию разрешила одна из женщин, которая помогала мне принимать роды Агот в коровнике.

- Что за чушь ты несешь, Болли? – воскликнула она. – Ты теперь любого, кто честно победил твоего сводного брата Сигурда, будешь подозревать в колдовстве?

- Я сказал то, что думаю, и никто не властен заткнуть мне рот! – прорычал викинг.

Но тут подала голос вторая моя помощница:

- Эй, Болли, ты хоть немного думай прежде, чем говорить этим своим ртом! Все знают, что ведьмы-сейдконы не умеют плакать. А я своими глазами видела, как Лагерта рыдала в коровнике, когда тянула теленка из Агот. И после этого слезы катились по ее лицу, когда Тормод назвал ее спасительницей жизней, а Рауд прокричал ей славу. И это уже видели все!

- Точно! Я видел! И я! – один за другим раздались голоса.

- Все знают, что сильные ведьмы умеют отводить глаза людям, - заметно стушевавшись, пробормотал Болли.

- Похоже, кто-то из них отвел глаза тебе, если ты не увидел того, что видели все, - рассмеялся Рауд. – Думаю, что места для сомнений больше не осталось, и пора отпраздновать то, что на нашем скалистом берегу появилась новая дроттнинг, королева по имени Лагерта!

...К празднику подготовились быстро. Тут же из хвалграфиров, ям-схронов, прикрытых от собак тяжелыми деревянными крышками, были извлечены две оленьи туши, уже заранее насаженные на деревянные вертела. Развести костры для жителей фьорда оказалось делом недолгим, и уже совсем скоро над берегом поплыл запах жареного мяса...

Веселились люди по-простому. По мере того, как оленина поджаривалась, от нее отреза̀ли куски, и ели прямо не отходя от костров, запивая еду местным элем из меда, клюквы и брусники – ну и, разумеется, аквавитом, куда ж без него.

В результате к заходу солнца все были веселы, сыты и счастливы. Да и я, глядя на простые радости этих людей, немного оттаяла душой. В конце концов, глупо сожалеть о прошлой жизни, которую уже не вернуть. Гораздо разумнее сказать спасибо судьбе за возможность изнутри рассмотреть жизнь древних скандинавов, культура, оружие и история которых меня действительно интересовала.

Пришла мысль: а может, провидение специально забросила меня в эпоху, которая мне небезразлична? Тот случай, когда наши тайные желания оказываются услышанными кем-то – и исполненными? Викинги верили, что три богини-норны плетут нити человеческих судеб... И как знать, может быть нить моей судьбы, разорванная подлым ударом, была подхвачена одной из этих богинь, и связана вновь так, чтобы я могла прожить свою жизнь в мире, более подходящем для меня, нежели прежний...

А потом ночь мягко опустилась на скалистый фьорд.

Празднество закончилось. Люди потушили костры и потянулись в длинный дом.

Все устали, и я среди этих уставших была точно на первом месте, буквально валясь с ног. Не припомню, чтобы в моей жизни был еще один такой же насыщенный и нервный день.

Спать хотелось неимоверно.

Я добрела до своей каморки, буквально рухнула на матрац, набитый соломой - и немедленно богиня ночи Нотт унесла меня на своих черных крыльях куда-то далеко к звездам. Туда, где нет места человеческой зависти, жестокости и злобе, где царит лишь космос, одинаково равнодушный ко всем разбросанным по нему планетам-пылинкам, и к живым существам, населяющим эти планеты...