Королева выжженной земли 2. Закон Огненной пустоши

Глава 16

Вообще жуть конечно, когда на тебя несется эдакая двухметровая тварь. Вроде и человек с виду, но раззявленная пасть с неестественно длинными зубами, неживые глаза, как у протухшей трески, и когти длиной с треть моей руки доказывали обратное. Мне уже приходилось лицом к лицу биться с разной нечистью, но преимущественно при помощи огнестрельного оружия. На расстоянии оно тоже страшно конечно, но меньше... А когда у тебя в руке только нож, пусть даже суперзамечательный, это, конечно, жутковато...

Наверно.

Странно...

Вроде бы и должна я бояться при виде такого чудовища - а не было его, того самого естественного чувства, порожденного инстинктом самосохранения.

Лишь слово «страх» всплыло в голове, типа, положено так, ты ж человек, бойся, мол.

Но это было лишь слово.

Набор букв, не сопровождающийся никакими ощущениями...

Такого со мной никогда еще не было!

Даже при выполнении сложнейшего трюка, когда я усилием воли отключала эмоции – всё равно оставались они.

Подавленные.

Словно прижатые тяжелыми булыжниками моей воли, которые – я это знала – после трюка точно вырвутся на волю и проявят себя слегка трясущимися пальцами, порожденными отсроченным адреналиновым штормом...

А сейчас – ничего.

Только слово «страх», болтающееся в голове, словно навоз в проруби - неприятный, нелогичный и ненужный... Который я мысленно выкинула из себя вместе со смачным плевком под ноги – и ринулась навстречу мутанту, уже занесшему свою лапищу для страшного удара когтями, похожими на короткие кривые сабли!

Но я уже всё рассчитала, как в каскадерском трюке – опасном, но выполнимом, если не запороть его по собственной глупости. И когда мут ударил, я с разбегу нырнула вперед ногами под его смертоносный прыжок, проехалась на пятой точке по полу примерно с полметра, и, пока ехала, просто рубанула «Бритвой» по ноге твари, оказавшейся в дециметре от моего лица...

Страж форта улетел куда-то мне за спину, ударив когтями по тому месту, где, как он рассчитывал, я должна была стоять, ожидая лютой смерти – аж скрежет пошел по бетонному полу...

А следом раздался нечеловеческий рёв!

Я резко вскочила поворотом, крутанувшись, словно юла – так быстрее, чем подниматься обычным способом, да и с линии атаки уходишь заодно на случай, если противник решит повторить свой бросок...

Но нет, прыгнуть столь эффектно у мутанта больше не получилось бы. Ибо скакать с одной ногой, как минимум, несподручно. Моя «Бритва» просто отрубила нижнюю конечность мута выше колена, которая сейчас валялась в паре метров от него, дергаясь, брызгая кровью из разреза, и извиваясь, словно половинка червя, разрубленного лопатой...

Однако мут не оставил идею уничтожить меня. Несмотря на то, что из обрубка его ноги хлестала черная кровь, он на трех конечностях бросился в мою сторону, стуча когтями по полу и явно намереваясь вцепиться в меня зубами!

...Очень давно в юности проходила я курс самообороны от агрессивных собак. Тогда я еще знала, что такое страх, и потому очень трудно далось мне освоение навыка что делать, когда на тебя кидается крупное животное, рыча и исходя слюнями, тягучими нитями свисающими из пасти. Но мой тогда еще живой папа был настойчив, и я тренировалась до тех пор, пока инструктор-кинолог не сказал отцу:

- Что ж, дружище, теперь у твоей дочки появился шанс отбиться от атакующей собаки. Если, конечно, девочка не испугается.

Навык этот я тренировала давно, но, к счастью, тело его помнило. И когда мут, оттолкнувшись от пола оставшимися тремя конечностями, бросился на меня, я встретила его пинком, словно изо всех сил по футбольному мячу била! Правда, промахнулась немного. Целилась в грудь, как если б оборонялась от собаки, а попала точно в кадык...

Впрочем, так даже лучше получилось.

Голова мутанта мотнулась назад. Он по-жабьи шлепнулся на пол, перевернулся на спину, схватился за поврежденное горло... и захрипел, захлебываясь кровью. Ибо не рассчитал, и его длинные когти вскрыли ему шею в нескольких местах, жутко разорвав ее на темно-красные лоскуты...

Страж форта бился в агонии, извиваясь на полу – но мне уже было не до него, так как я видела, что в остальных гробах шевелятся другие мутанты, отчего крышки прозрачных саркофагов начинают медленно подниматься. И понятно было, что против нескольких стражей я со своим ножом ничего не смогу сделать. Ну, может, завалю одного, пока остальные будут рвать меня своими зубами и полосовать когтями...

Но внезапно случилось неожиданное.

Раздался громкий треск, и я увидела, как оживающих мутантов опутали толстые изломанные молнии. Яркие настолько, что я рефлекторно зажмурилась – и всё равно видела их даже сквозь плотно сжатые веки, настолько они были ослепительными.

Я уронила «Бритву» и спрятала лицо в ладони... Но, наверно, еще с полминуты жуткий треск, раздающийся со всех сторон, бил мне в уши – а потом моих ноздрей коснулась отвратительная вонь паленого мяса...

К счастью, я вовремя зажмурилась, и зрение восстановилось быстро. Открыв глаза, я увидела, что вместо ужасных мутантов в почерневших от копоти гробах лежат скрюченные, спекшиеся в единую массу, дымящиеся черные останки, лишь отдаленно похожие на людей.

Вонь вокруг стояла ужасная. Я выдернула из пола «Бритву», клинок которой на две трети своей длины вошел в бетон, прикрыла рот и нос рукавом толстовки, и бросилась к пульту управления, где меня встретил улыбающийся Эрик.

- Ты бесподобно дралась! – проговорил он. – Подарила нам несколько лишних секунд, за которые удалось решить проблему.

Я вдохнула – сюда концентрированная жуткая вонь еще не достигла - и спросила на выдохе: