Королева. Я лишу тебя даже имени.

Глава 2

Я попробовала двинуться, но к своему ужасу поняла, что не могу. Я чувствовала своё тело, шершавость простыней, тяжесть руки мужчины, прохладу, царившую в комнате. Паника затопила меня огромной морской волной. Но я не могла ничего, даже промычать. Моё тело не принадлежало мне больше, отказываясь подчиняться.

Я даже не могла плакать, не то что двигаться или говорить. Да и мужчина рядом со мной, вероятно, тоже. Мы не могли ничего, только смотреть друг на друга с бесконечной тоской.

Самое страшное, что у нас даже дыхание не сбилось. Наши обнажённые тела стали железными клетками, в которых метались наши души. Холод ужаса сковал вначале пальцы моих ног и морозным узором медленно поднимался наверх. Я понимала, что всё это не просто так. И мужчина, смотрящий на меня, тоже. Молодой симпатичный блондин. В его глазах я прочитала обречённую грусть. Похоже, он знал меня и понимал, что оказался в постели с королевой, а также догадался, что последует за всем этим.

А потом вдруг послышались крики, шаги, грохот выламываемой двери, и в комнату ворвалась толпа людей.

— Смотри, брат, — послышался голос Якоба, младшего брата Теодора, — я говорил, но ты мне не верил. Я говорил тебе, что эта лживая тварь изменяет тебе. Да у неё с десяток любовников. Вот один из них, пожалуйста, удостоверься.

Рука принца сдёрнула одеяло, и холодом пахнуло на моё абсолютно голое тело. Мужчину, лежащего на мне, откинули, и я увидела Якоба с искажённым от ярости лицом, замахивающегося ножом.

Удар, и кровь обрызгала моё лицо. Я еле успела закрыть глаза, чувствуя, как капли, обжигающие капли крови стекали по моим щекам, как слёзы, которыми я не могла плакать. Несчастный мужчина забился в агонии и затих.

Я закричала и забилась в истерике внутри моего сердца, маленькой испуганной душой. Но этого никто не видел и не слышал. Для всех я неподвижно и равнодушно лежала в кровати со своим любовником. Пойманная на месте преступления и молчащая в знак признания своей вины.

Открыла я их, когда услышала тяжёлые шаги слева. Не в силах двинуть головой, я только посмотрела в ту сторону глазами.

Ко мне подошёл Теодор. Бледное, почти белое лицо, плотно сжатые губы. И чёрные глаза, с такой ненавистью смотревшие на меня, казалось, наносили по мне режущие удары.

«Не верь, Тео! Не верь глазам своим. Глаза лгут», — кричала я беззвучно.

И опять голос Якоба:

— Посмотри, брат, эта тварь даже не оправдывается. Поняла, что её поймали на горячем.

Теодор подошёл ко мне вплотную и со всей силы ударил меня по щеке так, что моя голова дёрнулась и повернулась к мёртвому мужчине с начавшими стекленеть глазами, уставившимися в потолок. Чёрная кровь медленно вытекала из уголка его рта. Прямо на ослепляющую своей белизной простыню. Такую же белую, как листок вестника после капельки моей крови.

Боль от пощёчины не могла затмить ту боль, что испытывало сердце. Моё маленькое бьющееся сердце, истекающее кровью, которое, как листок бумаги, разрывали на куски. Каждым словом, каждым движением. Он ударил меня. Меня ударили.

— А я, — выдавил из себя мой король, — я тебе верил.

— Не-е-е-ет, — кричала я беззвучно и отчаянно рыдала навзрыд, запертая в своём неподвижном теле. С душой, мечущейся, как в клетке.

«Тео, нет. Это всё ложь! Голая ложь! Тео, у меня не было мужчин кроме тебя. Тео, я беременна. Я ношу твоего ребёнка! Тео, пожалуйста, поверь мне. Я люблю тебя!»

Я рыдала во весь голос, но никто меня не слышал. На самом деле у моего тела даже дыхание не сбилось. Сейчас я могла смотреть только на мёртвого мужчину рядом, как будто отвернулась от стыда, не в силах смотреть в глаза мужу.

Я слышала, как мой любимый отступил от кровати и отдал приказ:

— Эту в тюрьму. Обрить наголо, как шлюху, — потом молчание, и он продолжил, выплёвывая из себя слова: — Начать бракоразводный процесс. Лишить титула, всего. Заклеймить лилией. После подписания развода – порка около позорного столба. Публично. Я тоже буду присутствовать.

Он наклонился надо мной и выдавил из себя:

— Я лишу тебя даже имени.

И потом громкие шаги, каждый из которых был молотком, заколачивающим гвозди в мой гроб. В мою жизнь. В моё будущее.