Королевская академия. Тайна свитка

17

Мир вокруг нас словно затянулся дымкой, и мы оказались на «той» стороне реальности. Здесь не было ничего необычного, кроме серости.

Понятно. Меня вытянули на ту сторону.

Способности такие же, как и у меня.

— Папа? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул.

— Дочка, — он произнес это слово с особой сладостью, словно пробуя его на вкус, — давно я не называл тебя так. Давай обойдёмся без упреков и лишних слов, хорошо? Мне нужно сказать тебе важные вещи, и я надеюсь, что мы сможем понять друг друга. А теперь, прошу.

Он провёл рукой по лезвию, убирая его от моей шеи. Капелька крови скатилась по моей коже, капнув на платье.

— Так себе приветствие, папа, — усмехнулась я, — не переживай, я оплакала тебя много лет назад.

— Пошли, — он подтолкнул меня к выходу с теневого балкона, — присядем. У нас есть много времени, здесь всё идёт иначе, и ты уже была здесь, не так ли, Златослава?

— Была, всё застыло, — уныло произнесла я, присаживаясь на ветхий диванчик.

— Любопытство или способности? — отец посмотрел мне в глаза.

Моё сердце сжалось. Во взгляде, который я увидела в его глазах, больше не было тепла и любви к дочери. Только холодный расчёт и вера в свою непобедимость.

- Способности, но я только учусь, ещё и первого курса не закончила, — попыталась я слабо улыбнуться.

- Неважно, важно, что мы теперь снова вместе, моя дочь, мое детище, мое сокровище, он зловеще улыбнулся,- а вместе сможем вернуть мир к прежнему состоянию, — его взгляд блеснул, он вскочил с кресла и встал у окна, глядя вдаль.

— Знаешь ли ты, дочь, как произошёл раскол мира?

- Раскол? Я удивилась, ведь все говорили, что тёмные всегда существовали отдельно и нападали, пытаясь завладеть нашим миром.

— Видишь? — он провёл рукой по воздуху, — здесь всё мертво уже несколько тысяч лет. И как ты думаешь, — он улыбнулся, — что стало с теми, кто сюда попал, а уйти не смог?

— Чудовища…

— Именно, дочь, ты всегда была смышлёной. Здесь живут тёмные, но они такие же, как и мы: работа, дети, семья. Но мир погибает, становится больше чудовищ и меньше ресурсов, ваш мир вытягивает из нашего всё.

— Ты умер?

— Да.

— Это мёртвый мир, отец?

— Верно, дочь, тёмный, мёртвый, пустой. Он покрутил в руке пустой бокал, который появился из ниоткуда. — Мне показали.

— Кто?

— Такие же тёмные, — он усмехнулся, — умирать больно, дочь, но ещё больнее не жить, а существовать. Этот мир застрял, понимаешь? Они не могут обратно, и не могут дальше идти, тут есть что-то, что держит нас всех.

— Что же?

— Свиток легенд. Я его позаимствовал, и всё, что я хотел, исполнялось. Кровь предков Кэрос долго помогала и приносила плоды, пока меня не нашёл инквизитор его величества.Ты его знаешь как Тень. Он поморщился. Я думал, это конец, а нет, только начало. Ребёнок со способностями отца, хотя у нашего рода, о да, ты же вступила уже, — он улыбнулся уголками губ, — передаётся только мужчинам. А ты уникум, и возможно даже сильнее меня. Вместе мы сможем разорвать грань, и миры объединятся. Артийцы и Земляне похожы правда? но ты, дитя двух миров, самое сильное существо между двумя мирами. Мое лучшее творение.

— Зачем? Почему я должна тебе помогать? — я поднялась на ноги, не веря в абсурдность ситуации.

Он жестом заткнул мне рот.

— Слушай и не перебивай. Затем, что ты моя дочь, и благодаря МНЕ ты появилась на свет. Ясно? Ты принесешь мне свиток, ЯСНО? Ты сделаешь ВСЕ что я скажу. Потому что Я ТВОЙ ОТЕЦ. Ты моя плоть и кровь. Живая плоть и кровь.

Я стояла молча, сверля взглядом существо, называвшееся моим отцом.

— Прости дочь, я погорячился, — он мягко приобнял меня за плечи и подвёл к выходу на балкон, — тебя ищут, — его руки холодили мои плечи, я держалась, чтобы не задрожать.

Вальтер Морес медленно наклонился, будто хотел поцеловать в щёку свою единственную дочь, прошептал:

— Мальчишка и девчонка оборотни, тебе дороги, — я кожей чувствовала, как воздух начал вибрировать, грань истончилась, вокруг послышались голоса, он мягко поставил меня на пол и продолжил, — выбирай, — короткая усмешка, по спине побежали мурашки, — Кэрос нужны для ритуала, либо капля крови, либо их жизнь. Выбирай, дочь, хотя у тебя уже нет выбора с самого рождения, ну а пока, он оскалился,-поздравляю с помолвкой.

Его губы коснулись моей щеки, кожу обдало могильным холодом.

— Ты не сможешь никому рассказать, дочь, а если смоешься они умрут. Умрут все, кто тебе дорог.Я сломаю тебя и заставлю быть рядом.

Он сделал шаг к перилам балкона, поклонился и словно растворился в воздухе.

Слезы заструились по моим щекам. Я оказалась в ловушке, как хищник в клетке.

Вокруг звучала приятная музыка, раздавались разговоры, смех и веселье. Но мне хотелось оказаться как можно дальше от всего этого.

Однако вместо того чтобы сбежать, я взяла себя в руки, вытерла слезы и отправилась в уборную. Во мне словно что-то сломалось, разбилось. Чувство безысходности подстёгивало все бросить и просто сбежать.
В зеркале я увидела красивую,молодую девушку с высокой прической и в шикарном платье. Я сделала пас рукой, и макияж вернулся на место, в воздухе запахло магией, нажала на камень на браслете, и прическа поправилась так, будто еще только что закончили.

- Какая встреча! — прозвучало за спиной. — Разве ты не должна улыбаться? — это была дочь короля Элиссия Гиссенбург.

Я обернулась и оказалась почти нос к носу с этой рыжей гарпией. Ее глаза победно блестели.

- Сейчас я не настроена с тобой разговаривать, — сказала я, открывая дверную ручку.

- Я победила, он мой! — воскликнула она в след, пытаясь меня догнать и наговорить гадостей.

- Твой? Он что, игрушка, Элис? Кот? Собака? Костюм? — я говорила четко, глядя в глаза этой мерзавке, которая постоянно выводила меня из себя. Я слегка улыбнулась, и улыбка выглядела поистине змеиной. — Да будет тебе известно, твой жених — мой парень. И даже если вы поженитесь, он все равно будет со мной. И что же скажут во дворце, милая, когда узнают, что супруг принцессы ей неверен и даже этого не скрывает?

Она открыла от удивления рот, а я продолжала:

— А я замуж не выйду, нарожаю кучу бастардов, Герда примет их в род Кэрос, и они будут иметь покровительство рода.

Меня изрядно несло. Еще немного и я дам волю магии и наконец накажу её.

— Злата, зачем ты это говоришь? — Ник подошел со спины Эл, и его глаза метали и искрили молнии. — Нельзя говорить такие вещи там, где есть стены и уши, — продолжил он. — Я разочарован.

— Разочарован? — я сделала шаг назад и посмотрела на парочку. — Защищаешь ее? Пожалуйста.

Я знала, что должна сделать, от обиды слезы подступили к глазам, я сильнее сжала скули и с поистине, большим хладнокровием произнесла:

— Будьте счастливы, лорд Николас Кэрос, со своей невестой, любите друг друга, цените, не теряйте это чувство, — я усмехнулась, глядя в потрясенные и злые глаза мужчины, которого люблю, сделала реверанс, развернулась на каблуках и медленно и гордо ушла.

Все к лучшему. Они не пострадают. Даже эта дурочка. Я защищу всех, кто мне дорог. Ценой собственного сердца, разума, чувств.

Я нашла Люка рядом с его родителями и вела себя как истинная влюблённая, насколько позволяли приличия.

— Я рада, что вы нашли друг друга, — произнесла его мама, чьё имя я, к сожалению, не запомнила.

Люк наклонился ко мне и прошептал на ухо, заставив меня слегка смутиться и залиться румянцем:
— Откуда кровь на твоём платье, Злата?

Он с тревогой в глазах посмотрел на меня.

— Слегка поцарапала кожу, ничего страшного, — попыталась я мило улыбнуться.

Он прищурился, и в его голубых глазах, затянутых большим чёрным зрачком, полыхнул огонь. Это было красиво и завораживающе.

— Ладно, — улыбнулся он так красиво, что я мягко вложила свою руку в его ладонь.

— Ещё один танец, милая и прекрасная невеста? — предложил он.

— Разве что только один, — стрельнула я глазами, и, кажется, Люк заметил мой трюк, но с удовольствием включился в игру.

— Ты превосходно двигаешься, — мягко вёл он меня в танце, то останавливаясь, то замедляясь в соответствии с ритмом.

— Мне приятно танцевать с тобой, — сказала я. — Я занималась бальными танцами с четырёх лет, отец отвел меня. Поэтому любые танцы запоминаю с первого повтора.

— Вальтер был хорошим отцом? — тихо спросил мой спутник.

— Самым лучшим папой в мире. Там его звали Владислав. Так что перед тобой Морес Златослава Владиславовна, — засмеялась я, чтобы снять нервное напряжение. — Мне двадцать один год от рождения, я мастер спорта по бальным танцам и маг, который прыгает во времени.

Я шутливо отвесила поклон.

— Я не знал, что ты из другого мира, — улыбнулся он. — Но я догадывался.

— Как?

— Имя необычное, словно золото сверкает на солнце, и тебе оно подходит, безусловно. Волосы цвета пшеницы, глаза как золото. Точнее, нет, Злата, — он поцеловал меня в щёку и шепнул на ухо, — ты солнце, которое согревает все сердца, до которых дотрагивается.

— Спасибо, — сжала я его руку в знак благодарности. — Мне очень приятно. Пойдём домой?

— Приличия, — скривился он. — Пока король не уйдёт, нельзя покидать праздник. Мы должны попрощаться с нашими родственниками, и если мы уйдём вдвоём, то будут сплетни.

— Какие? Что ты совратил свою невесту прямо на помолвке? — съехидничала я.

— Именно, — шутливо улыбнулся он. — Но ведь нас не волнуют сплетни?

— Нисколечко, — улыбнулась я, и мы, под локоть, пошли прощаться с родственниками с обеих сторон.

Моресов сторонились, но старые знакомые всё равно подходили, и лёд постепенно тронулся. Я слегка обняла бабушку и дедушку. Дядя беседовал с какой-то милой дамой, повернул голову, кивнул девушке и подошёл к нам.

— Злата, вот направление на практику, — сказал он. — Ты берешь с собой троих людей. Подумай хорошо кого, завтра утром жду фамилии у себя на столе. И помнишь о чём договаривались? Туда и обратно. Неделя не больше.

— Я поняла, Влад, — мягко обняла я его. — Всё будет хорошо.

— Твоя тревога в глазах говорит об обратном, но спишем на волнительный день, — улыбнулся он. — О, король ушёл, так что я домой.

Мы попрощались и с родителями Люка.

— Хочешь я тебе кое-что покажу? — спросила я у парня, который шёл со мной под руку.

— Хочу, а что?

— Закрой глаза, — сказала я.

— Уже, — сказал он шепотом. — И что я должен увидеть? Шкодливая улыбка очаровывала.

Я держала его за руку, очертания дворца расплылись, и мы очутились в лесу недалеко от академии. Здесь я часто практиковала магию прыжков в мире, в котором нахожусь. Луна медленно поднималась, стоя на горе, лес расстилался как на ладони. А в конце него стояла великая академия всего королевства.

— Открывай, — шепнула я.

Он открыл.

— Это невероятно, я никогда не прыгал во пространстве. Это нечто. — Он резко обнял меня, и мы так и стояли обнявшись. Друзья. Он поддержка, он опора.

Люк думал о том, что, возможно, сердце девушки напротив всё-таки дрогнуло, и первый шаг сделан.

Злата думала об отце.

Так и стояли мы в безмолвной поддержке. Она, ища спасения, он — любви.