Королевский отбор. Наследница Твердыни Койннех

Глава 1.4

- Доброе утро, пусть Сияющая Аньеледда озарит светом ваш день,- проронила Алессия и сложила руки перед грудью.

Ньерр Леберт небрежно шевельнул рукой, а ньерриса Лайссари поманила подопечную к себе:

- Подойди-ка ближе, девочка. Одна из прислужниц Кестера жаловалась, что из твоих глаз на нее посмотрела сама Латиста. Чего, конечно, быть не может.

Алессия вздрогнула, но послушно подошла к ньеррисе. И спокойно, ровно проговорила:

- Я всего лишь сообщила Лорне, что почитаю Сияющую Аньеледду превыше других богов.

Вот только ньерриса Лайссари напрочь проигнорировала слова Алессии. Вместо этого она локтем толкнула супруга:

- Посмотри, может я чего-то не вижу?

Ньерр Леберт бросил на Алессию равнодушный взгляд:

- Обычный взгляд. Не забывай, что род Койннех ставил себя превыше всех, оттого и пугал людей ересью. Истинно верующий маг стыдится уворованного пламени и проводит жизнь в покаянии, девочка.

От его «девочка» Алессию передернуло. За последние четыре года никто не называл ее по имени. Только «девочка» или «ньерриса Койннех».

- Садись,- бросила раздраженно Лайссари.

Насыщенно-карие глаза ньеррисы Леберт пристально следили за каждым жестом Алессии. И, конечно, от Лайссари не укрылось то, что ньерриса Койннех постаралась отсесть от Кестера как можно дальше.

- Тебе неприятен мой сын?

Алессия скользнула взглядом по ньеррисе Лайссари, отметила, что в каштановой гриве прибавилось седины, а после перевела взгляд на Кестера:

- Молодому ньерру явно не легко дается завтрак.

Тело Кестера Леберта было пристегнуто к креслу ремнями. Кончики его пальцев посинели, на искривленных губах блестела слюна.

- Да,- по губам ньеррисы Леберт скользнула тень усмешки,- не легко.

Неприметные двери по углам парадной столовой открылись и слуги начали вносить блюда. Но Лайссари, вскинув руку, остановила привычную утреннюю рутину:

- Ньерриса Койннех будет трапезничать на полу. Поставьте тарелку на пол.

Пухлая рука, унизанная кольцами, указала на место подле ног ньерра Кестера.

На скулах Алессии разгорелся жаркий огонь:

- Не сметь. Что вы себе позволяете?

Она не кричала, ведь сиятельная ньерисса никогда не повышает голос. Шепот хозяйки Твердыни способен заглушить говор всех прочих ньерисс, но…

Звон монет затыкает слугам уши.

Налоги с городов, что стоят под защитой Твердыни Койннех, поступают прямиков в руки Лебертов. Из тех денег платят слугам.

Кто платит – тот и приказывает.

И под взглядом Лайссари Леберт слуги поставили на пол тарелку с утренней кашей, бокал свежевыжатого сока и что-то еще – ньерриса Алессия не стала рассматривать дальше.

Ошеломленная, она на какую-то секунду подумала, что еще не проснулась. Что это глупый бессмысленный кошмар, потому что…

Потому что это немыслимое оскорбление! Даже у собак на псарне есть подставки под миски.

Ньерр и ньерриса Койннех отдали свои жизни за то, чтобы не пропустить нандажью заразу вглубь страны. Чтобы защитить города и поселки. Чтобы люди не стали кормом для некромантских чудовищ.

Чтобы эти же самые люди сейчас встали на сторону недостойных опекунов.

- Приступай, если голодна,- по губам ньеррисы Леберт скользнула едкая усмешка.

Но она просчиталась. Она указала на тарелки и по запястью вниз соскользнул тонкий кожаный браслет.

Слишком дешевое украшение для той, что предпочитает золото и изумруды.

«Защита от драконьего пламени», Алессия узнала едва различимый рисунок на полоске кожи. «Одноразовый».

Подавив гнев, Алессия покачала головой:

- Не такими должны быть достойные опекуны. Сможете ли вы встать на защиту Твердыни? Сможете ли вы выжечь нандажью заразу, если подойдут они вновь к стенам Твердыни?

Ньерриса Койннех подняла руку и разожгла на пальцах пламя:

- Я – смогу. Но стану ли, вот в чем вопрос.

Встав, она медленно прошлась вдоль стола, столь же неспешно присела рядом с креслом ньерра Кестера и, подхватив тарелку с кашей, бросила ее на колени опекунше:

- Откушайте сами, я не голодна. Ньерр Леберт, ньерр Леберт-младший, мой почтение.

Развернувшись, она пошла прямо к стене. Стене, сквозь которую мог пройти только представитель рода Койннех. По крови ли, или же через брачный ритуал – неважно.

Важно лишь то, что сейчас во всем королевства одна лишь Алессия могла использовать это преимущество.