Королевское дело

Глава 18 Мышиная луна

На следующее утро из города вышла длинная процессия. Горожане с удивлением наблюдали за этим необычным шествием. А необычного было много. Мадам Жозепина никогда не покидала город, обо всем что происходит за пределами города, она получала сведения от гонцов. Ей этого было достаточно. Мыши в основном жили в городе, и особых известий из окрестностей не получали. Теперь ей хотелось получше рассмотреть реку, понять как измениться жизнь города из-за нее. А изменения неизбежны. К ним надо быть готовыми.

Так как мадам Жозепина была неопытной путешественницей, то она решила, что лучше присмотреться к тому как приспособилась к этому Пилая. Лучше мастера рассмотрели конструкцию паланкина, и теперь за один день должны были не только сделать похожее, но и красивее и лучше. Мастера подошли ответственно к тому, что создавали. Они поговорили с Пилаей, с носильщиками, посоветовались с господином Боронселем и Максом.

Пилая с удовольствие пошла бы пешком обратно, но она была связана обязанностями соблюдать статус важной персоны. Единственно чем она себя успокаивала, что теперь не надо так торопится, и поэтому не будет такой тряски. Когда она увидела, что создали мастера, то с искренним восторгом оценила усовершенствования конструкции. В результате паланкин мадам Жозепины сплели из молодых веток бамбука. Мы не будем описывать красоту узоров и украшений, а расскажем как была продумана конструкция. Чтобы уменьшить укачивания, была сделана дополнительная подвеска. Когда носильщики шли по неровной дороге, такая конструкция позволяла пассажиру не чувствовать эти неровности. Менять насильщиков можно было незаметно находу, за счет дополнительных ручек. Форму решили сделать округлую, так внутри стало свободнее. Так же паланкин на остановках переделывался в шатер, что позволяло в нем отдыхать и спать.

Пилая расхваливала паланкин как могла, а про себя думала, что вот и началось соперничество между двумя берегами. Теперь всегда будут стремиться показать, что кто-то достойнее и лучше. Она посмотрела на своих мышат, и почему то ей захотелось пожурить серых и белых мышей, что хвастаться нехорошо, что каждый хорош по-своему. Но она понимала, что ни мышата, ни взрослые мыши ее не послушаются.

Паланкин мадам Жозепины несли впереди. Она сидела на мягких подушках в одной руке у нее был веер, а другой она махала горожанам. За ней несли Пилаю. Потом шли дети и доктор Джорри. Команда построилась по двое, и при полном параде в фуражках шли, улыбаясь. Наконец горожане их хорошо рассмотрели, теперь они казались очень бравыми мышами, а не страшными разбойниками, которые ворвались в город. За ними шел Джорри и Пигарик, который по прежнему был приставлен за ним наблюдать. Доверие так сложно завоевать и так легко потерять. За ними шли многочисленные помощники, которые несли мешки, тюки и везли тачки. В них были запасы еды и все необходимое для похода, а также подарки для гостей. 

Отправившись ранним утром, с небольшими остановками на два привала, к позднему вечеру наши путешественники дошли до реки.

Внимательный читатель помнит, что мышиная планета формой напоминает мордочку с длинным носом, который образует гора Питая. Мышиная луна вращается вокруг Мышиной планеты так же как Луна вращается вокруг Земли. И так же тень планеты заслоняет ее то частично, то полностью. В эту ночь Мышиная луна была убывающей. Тень носа планеты, как будто откусила кусок и большой писыр без восьмой части висит в небе. Затем нос планеты разделит Мышиную луну на два кусочка, которые, убывая, исчезнут совсем. А когда  Мышиная луна прибывает, то она выглядит как наш месяц. 

- И вот Большая мышь добралась наконец до Лунного писыра, она стала грызть его. Но даже для Большой мыши писыр был огромным, поэтому за ночь она смогла съесть только кусочек. Днем Мышиное солнце слепило мышь и она пряталась, чтобы вернуться на следующую ночь и продолжить кушать вкусный писыр. Но когда в одну из ночей Большая мышь откусила кусок, то от оставшегося писыра отвалилось два  кусочка. Большая мышь была очень сытая и решила, что доест на следующую ночь. Но на следующую ночь кусочков не оказалось, они стали маленькими и спрятались. Большая мышь рассердилась и пошла по небу искать пропавшие кусочки. Немного переждав, Лунные кусочки писыра  перестали прятаться и вернулись на место. Они прижались друг другу и опять стали расти. Лунный писыр может расти сам, если успел спрятать свои маленькие кусочки. Так же и новый писыр получается, если остался недоеденный кусочек, то из него делают новую головку писыра. А когда Лунный писыр вырастал опять большим и круглым, он становился ярким и  Большая мышь возвращалась, чтоб снова его съесть.

- Какая интересная сказка!- улыбнулась мадам Жозепина.

- Это наша любимая сказка, когда мы не хотим спать, мими ее рассказывает.

- А раз сказку рассказали, то мышатам пора спать! Скажите всем спокойной ночи.

Мими под шум отговорок повела детей. Они попросили спать на Паромаксе в каюте. Волны укачивают лучше. Мими конечно согласилась, на корабле спать ей тоже представлялось лучшим решением, чем устраиваться на ночлег на берегу.

Мадам Жозепина со своей свитой не согласились идти на корабль, они разбили лагерь на берегу. Вся команда поднялась на борт. Джонни решили закрыть в трюме в одной из небольших коморок для груза. Его вели под наблюдением множества глаз, побаивались, что он сбежит. Но Джонни шел спокойно он выискивал на берегу Билли, думал что тот сам к нему подойдет, когда увидит , что все вернулись. Но на его удивление Билли не было. Когда команда потащила его на пирс, Джонни начал нервничать и звать Билли. На команда  быстро затащила его на корабль и засунула в трюм, откуда ничего не услышишь.

А Билли просто спал. Он был очень замкнутый, не умел сходиться с другими. За всю жизнь он разговаривал только с Джонни, да и то это были короткие фразы. В основном он слушал болтовню Джонни и его постоянные насмешки и указания. С охраной корабля он то же не разговаривал. Подходил к ним молча стоял какое-то время. Те замолкали и с опаской смотрели на громилу, ждали когда тот уйдет. Билли уходил. Он сделал себе   лежак подальше ото всех и почти все время находился там. От скуки слонялся по берегу, но далеко не уходил, всегда держал Паромакс на виду. А как только вечерело, он ложился спать, своим крепким непробудным сном. Ничего не способно было его разбудить, кроме лучей мышиного солнца.