Королевство Акара 3. Выкуп за Волка

Глава 9.

 В прежние времена А’Кольнбыл известным местом: около ста лет назад селяне выудили из ямы, которую копали под очередной колодец, огромный слиток золота. По легенде поднять его не смогли впятером. Неудивительно, что вскоре вся округа наводнилась охотниками за золотом. За полгода холмы и берега ручьев были изрыты и просеяны старателями по три раза каждый, но золото не попадалось. Почему, как и откуда взялся этот слиток, никто так и не выяснил, те, кому он достался, давно убрались подальше от загребущих соседских рук, а раскопы облюбовали бывшие старатели и мелкая шушера, которым всё равно податься некуда. От столицы их отделяло всего полдня пути, но купцам почему-то не нравились откровенно бандитские рожи новых поселенцев, и они предпочитали воспользоваться другой дорогой. А’Кольнпостепенно опустел и зарос, только самые стойкие оптимисты всё ещё ковырялись в холмах в надежде отыскать сокровище, остальным новоприбывшие мешали. Татям тоже не с руки было просиживать штаны на пустом месте, пока коллеги снимали сливки с двух других подъездов, и теперь только пара ветхих развалюх напоминала об этой истории. При короле Аратуре, затянувшем гайки по самое не могу, дорога через деревушку постепенно ожила, но так и не стала популярной.

 Гуляльня, прилепившаяся к холму аккурат за поворотом, была крепким и добротным строением, но было это давно. Лет тридцать назад. Сейчас покосившиеся стены, почерневшие от времени и дождей брёвна и плохо заделанная крыша представляли собой жалкое зрелище. Ни один уважающий себя купец или знатный путешественник не остановился бы здесь напоить лошадей, а уж о том, чтобы остаться на ночь самому и мысли не возникало. Но на много километров в округе гуляльня виделась единственном местом, где подавали хотя бы относительно съедобный ужин, а смехотворно низкие цены делали её даже привлекательной.

– Да, нам именно сюда, - проворчал король, направляя своего коня к шаткой коновязи. – Вполне ожидаемо...

 Аврора промолчала. Картер был, мягко говоря, не в восторге от цели их поездки. Скандара он не переносил на генетическом уровне, а явная симпатия бывшего пирата к Авроре делала их непримиримыми врагами. Принцессу больше всего удивляло то, что на редкость уравновешенный для южанина Картер бешено ревновал к Скандару, но при этом оставался совершенно спокоен в отношении Кована, в которого Аврора была влюблена, как ей казалось, очень много лет назад. Впрочем, хрупкая и нежная Кайрина держала своего генерала на таком коротком поводке, что Кован ни на секунду не оставался без присмотра. В отношении Скана Картер переходил все границы, чем тать бессовестно пользовался, регулярно проверяя его на прочность потоком нежданных подарков, рекой текущих в Акара.

 Конвой из шести человек тоже не улучшил настроения. Картер понимал, почему Аратур не отпустил дочку из дворца без охраны, и даже одобрял это решение, но всё равно чувствовал себя обманутым. И хотя генерал Грун деликатно запретил телохранителям приближаться к Авроре и королю ближе, чем на десять шагов, оба чувствовали взгляд в спину и разговора опять не получилось.

 Спешившись, карелианец раздражённо передёрнул плечами, расправляя складки плаща. Аврора виновато вздохнула. Правы были Кайрина и Дункан. Зря попросила.

– Я сама с ним поговорю, ладно?

 Мужчина лишь поморщился в ответ:

– А со мной он и не будет разговаривать. Он почему-то меня не любит.

– Правда? Никогда бы не подумала.

 Внутри главный зал оказался значительно больше, чем ожидалось. Планировка не отличалась ничем особенным: слева от покосившейся входной двери скособочилась барная стойка с несколькими шаткими стульями и дверь на кухню; справа, вплотную к стене — четыре крепких стола, за которыми делался основной оборот заведения. Там играли в карты. Ругань, перемежаясь с одобрительными возгласами, перекрывала все остальные звуки.  Один стол оккупировали сонного вида коротышка и щуплый разодетый в бархат юнец, судя по всему, проигрывавший последние папочкины деньги. За вторым красный как помидор дородный генерал всматривался в свои карты, а шустрый партнёр с постоянно бегающими глазками подначивал его самыми едкими замечаниями. Третий стол разыгрывал партию «для отвода глаз» – обоих игроков Аврора прекрасно знала – а четвёртый стоял в режиме ожидания.

 Центр зала, как и водится, пересекали длинные обеденные столы, то там то сям скалившиеся подозрительными рожами, в дальнюю стену вгрызлась широкая лестница с поломанными ступенями – постояльцы неоднократно разбивали о них носы. Действительно, так себе заведение, ничего особенного, ничего примечательного. Уедешь утром отсюда, а к обеду и не вспомнишь, какое оно было.

– Вон он, - буркнул Картер, качнув головой в сторону одинокой фигуры за самым  дальним столом. Закутанный в серый плащ человек тяжело опирался локтями на столешницу, гипнотизируя пустую кружку перед собой. По каким признакам карелианец его узнал, девушка не знала, но поверила – карелианца капюшоном не обманешь – и двинулась туда. Их появление, казалось, никто не заметил, только толстый домашний жилох, местный аналог хомяка, развалившись на лавке, лениво приоткрыл один глаз. На самом деле новых «клиентов» уже оценили и даже узнали, проводив «капитанскую зазнобу» щербатыми ухмылками, отнюдь не улучшившими настроение Картеру. 

– Можно присесть? – тихо спросила Аврора, опираясь на столешницу.

 Серый капюшон сполз на спину, и знакомый грудной голос произнёс:

– Рад вам, миледи.

 Аврора улыбнулась. Скандар почти не изменился с их последней встречи. С Картером они были схожи разве что ростом – им обоим Аврора едва доходила до плеча. Крепкий широкоплечий король выделялся тёмно-рыжими волосами и яркими зелёными глазами. Рыжих на юге встречалось немало, но осанка и харизма карелианца не давали ему затеряться в толпе. А вот гибкий подвижный тать, способный за пару секунд раствориться в людском потоке, отпустил смоляные кудри, аккуратные усы и бородку, навевающие Авроре воспоминания о мушкетёрах. Вообще, облик и повадки Скандара наводили принцессу на мысль, что в его жилах течёт отнюдь не рабоче-крестьянская кровь, а горячая нелюбовь к правящему классу лишь подтверждали её догадки. Доказательств у неё, конечно, не было. Тать умел уйти от неприятного разговора, а копать в этом направлении самостоятельно девушке почему-то не хотелось.