Королевство для тебя... Часть 1

Глава 1 Скучаете? Тогда мы идем к вам!

В один из душных летних вечеров, когда четверо друзей коротали время в гостях у одного из них, случилось то, что положило начало этой удивительной истории. И, как обычно, причиной послужила банальная скука. Ибо лишь заскучав, человек готов не только совершать безумства, но и сам на время становиться безумцем ради достижения своей цели.
Четверо друзей... Кстати, о них! Едва ли можно найти в королевстве Смарагд более колоритную компанию: красавец шатен, рыжеволосый самоуверенного вида мужчина, щуплый, молчаливый маг и девушка, чей холодный и отрешённый вид навевал мысли о бездушности и гордости.

Трое из них, скреплённые узами детской дружбы, знали друг друга уже не один год и пережили немало испытаний, которые не только не разъединили их, а, наоборот, сблизили. Даже несмотря на то, что между шатеном и девушкой незримой стеной стояли их некогда близкие отношения.
Итак, в один из невыносимо душных вечеров друзья собрались в особняке виконта Дэстини[1], маркиза Лемонда[2], который слыл одним из самых завидных женихов Хандельштадта и одновременно самым отъявленным мерзавцем.

Столь неоднозначное мнение общественности о его персоне Наполеону Дэстини льстило. «Я такой, какой есть, – говорил он друзьям, – и меняться не собираюсь».  
Этот статный рыжеволосый, зеленоглазый мужчина красавцем не был. Резко очерченные черты лица, твердая линия подбородка и россыпь веснушек, более приличествующая девице, нежели мужчине, который с годами приобрёл репутацию жёсткого дельца с мёртвой хваткой. Таким был Наполеон Дэстини-Лемонд. Друзья звали его попросту Нап.
Быть допущенным в этот узкий круг друзей означало заслужить доверие не только самого виконта, но и его близких. Именно так случилось с магом по имени Оноре.

С первой их встречи Наполеон взялся опекать юношу. Для остальных он объяснял это нереализованной потребностью заботиться о ком-то. Сам же, в глубине души, знал: это нечто большее, чему нет пока объяснения. А раз так, значит, надо принять, как есть. Со временем он во всём разберётся. А пока щуплый и слабый на вид маг жил в доме виконта на правах родственника или брата.
На вид юноше было лет двадцать, может, чуть больше. Тонкие черты юного, женственного лица никак не сочетались с серыми, недоверчиво смотрящими на мир льдистыми глазами.
Оноре был крайне неразговорчив, о себе говорил мало и неохотно, а большую часть времени проводил за чтением, предпочитая общество книг любому иному. К тому же Оноре был магом. В Смарагде к таким относились настороженно.

Двое старых друзей Наполеона не были уверены в том, что смогли хоть немного понять эту Ледышку (так они про себя называли Оноре за его холодность и замкнутость). Но они хорошо знали виконта и понимали: если Нап решил, значит, так и будет. К тому же, как заметила единственная девушка в их компании, с появлением Оноре характер Наполеона стал спокойнее, уравновешеннее.
Теодора Фойерштайн[3], близкий и давний друг Наполеона, отличалась от прочих созданий женского пола внешней холодностью и замкнутостью. Эти качества нередко отпугивали редких ухажёров, пытавшихся добиться внимания несговорчивой леди. Взгляд серебристо-голубых глаз тяжело смотрел на собеседника, на нежных, чуть пухлых губах редко появлялась улыбка, а пустой болтовне Теодора предпочитала тишину.
Однако за суровостью и язвительностью этой дамы скрывалось куда больше тепла, чем кто-либо мог предположить. Знал об этом и Джейкоб Эдройт[4], попросту Джек, заядлый путешественник и ловелас, завоевавший когда-то сердце дамы Фойерштайн, но не сумевший его удержать.

О том, что между этими двумя не всё так просто, говорила напряжённая поза девушки. В то время как маг Оноре с удобством расположился в кресле с очередной книгой в руках, молодые люди, о которых только что шла речь, устроились на небольшом диванчике прямо напротив мага. Теодора постаралась сесть как можно ближе к подлокотнику, демонстративно отвернувшись от своего спутника. Она была сердита и тщетно пыталась скрыть это от друзей.
Сегодня днём Джейкоб Эдройт предложил бывшей невесте возобновить отношения. Конечно же, она ответила отказом. После его похождений согласиться на подобное?! Ни за что на свете! В ответ на отказ она получила обаятельную улыбку и предложение поразмыслить, не слишком ли бурно девушка отреагировала на его слова.

Гневная отповедь нисколько не расстроила маркиза. Он попросту не верил в её заверения об угасшем чувстве и решил, что не повторит прошлой ошибки и обязательно добьётся расположения Теодоры.

– Прекратишь ты, наконец, или нет? Достал!
Наполеон Дэстини взвился со своего кресла, выхватил из рук Джека книгу, которую тот машинально перелистывал, и швырнул прочь.
Этот взрыв эмоций заставил всех посмотреть на хозяина особняка.

Оноре перевернул страницу и равнодушно заметил:

– Тебе не мешало бы успокоиться. Зачем ты нас позвал, если рычишь на каждого, кто не так на тебя взглянет?

– Так значит, я недостаточно гостеприимен?

Наполеон остановился напротив мага, заложил руки за спину и прищурился. Человек, малознакомый с особенностями дружбы этой четвёрки, глядя на грозный вид виконта Дэстини, решил бы, что сейчас произойдёт крупная ссора. Однако Оноре был спокоен. А сам Наполеон просто имитировал раздражение, желая расшевелить притихших друзей, вот и прицепился к первому, что попалось на глаза.

– Ну, хорошо. Что ты предлагаешь?

Оноре вздохнул и отложил книгу. Он так надеялся дочитать её, осталось с десяток листов. Но изнывающий от безделья Наполеон – событие похуже грозы после засухи.

– Тебя все раздражают в такие тихие дни. Почитать не предлагаю, не поможет, – поджал губы Оноре и равнодушно заметил: – Может, сыграем во что? Например, в покер.

– А давайте! – оживился Джек идеей обставить Наполеона.

Теодора Фойерштайн быстро взглянула на мага, на что тот пожал плечами. Покер – это первое, что пришло ему в голову.