Королевство Красного Дракона

Глава 3. Письмо.

Пять лет спустя.

Красные пески. Пустынный питомник.

Солнце в пустыне было безжалостным.

Некогда светлая кожа маркизы Ред потемнела, как и у остальных работников Питомника. Волосы стали жёсткими, а руки больше не напоминали руки благородной аристократки.

Пять лет среди песков и жарких ветров не прошли бесследно.

Наивная и нежная Вайолет утонула и затерялась где-то среди Красных песков. Маркиза Ред погибла в пустыне, куда её отправили для укрощения драка.

— Найт, отдохни, дружок, — тихо проговорила Ви, похлопав по чёрной, как уголь, шкуре своего драка.

Их крепкая дружба выковалась не сразу, но теперь Найт был ей вернее любого союзника из прошлого.

Теперь Ви Ред была охотницей, одной из самых юных и одновременно сильнейшей в Пустынном питомнике.

Серое платье и спрятанные под платком волосы позволяли бывшей маркизе слиться с толпой неблагородных магов - изгнанников, поколениями выживавших лишь за счет добытых в пещерах яиц диких драков.

Ви привыкла к этому миру, где день раскаляет песок до предела, а ночь превращает его в ледяное стекло. Здесь не спасала ни магия, ни артефакты.

Если охотник не успевал спрятаться до захода солнца, шансов выжить не оставалось. Песчаные бури превращали мелкий красный песок в оружие, способное убить незащищенного мага за считанные мгновения.

В столице аристократы заключали союзы, чтобы укрепить свое положение. В пустыне был только один союзник: драк. Без ящера охотнику в песках не выжить.

Жизнь в лагере “дикарей” была устроена весьма непривычно: вещи, пища и дома были общими, а правила, принятые в королевстве, здесь игнорировались, потому что не имели значения.

Вначале Вайолет не понимала, почему маги не стремятся иметь что-то личное. Но после года жизни среди “дикарей” и нескольких вылазок в Красные пески осознала, что другой уклад здесь не сработает.

Охотники уходили и не возвращались, а их вещи раздавали тем, кто выжил или только прибыл в пустыню из Большого мира.

“Большой мир” - так охотники называли всё, что лежало за пределами пустыни.

В Красных песках существовал свой закрытый мир, далекий от привычного уклада. Только тот, кто побывал глубоко в пустыне, мог понять, почему прожить ещё один день казалось важнее, чем фальшивые правила, придуманные аристократами.

Лишь став охотницей и побывав на краю, Ви Ред поняла, что значит по-настоящему жить.

***

Вайолет.

Каменная комната бывшей маркизы была такой же, как у остальных охотников: жёсткая кровать, накрытая тонким пледом, защитный артефакт, не пропускающий холод, и небольшой стол со стулом.

При Песчаной Академии были и более комфортные условия, но, став охотником, я сама перебралась в их лагерь.

Другие маги просто не могли понять, как после десяти часов в пустыне грязная и пыльная, я могла упасть на жесткую койку и отключиться до утра. Как маркиза, привыкшая носить чопорные и красивые платья, могла натянуть на себя наряд, который едва скрывал её формы.

После нескольких осуждающих взглядов от недавно прибывших в Академию профессоров, я собрала немногие вещи и оставила прошлую жизнь пылиться в хранилище.

Все платья и приличные наряды были заперты на складе при Академии - на случай, если однажды всё же придётся навестить Большой мир.

В чём я уже сомневалась.

Даже спустя годы, в Королевских хрониках периодически всплывали сплетни о какой-то рыжей любовнице Маркуса, и, конечно же, имя Вайолет Ред не уставали связывать с незнакомой девушкой.

Дядя Герри наверняка знал, что я не покидала пределов пустыни, в то время как Маркуса и его якобы похожую фаворитку видели в другой части королевства. Но всё так же настоятельно, виконт рекомендовал не привлекать внимания и даже не думать о том, чтобы вернуться.

Первое время слухи злили, но потом я перестала читать письма от дяди и Королевские хроники, которые слала Джорджиана.

Перестала после того, как к бумажному портрету виконтесса приложила записку.

“Мне жаль, дорогая, но этого следовало ожидать. Надеюсь, это окончательно убедит тебя, что в столице тебе не место,” — написала Джорджиана.

На первой странице Королевских хроник, был магический портрет строгого наследника - герцога Реймонда Найта - и его будущей невесты Селии Брит.

Кинув хронику в корзину для отходов, я молча натянула серый платок.

Прошло уже достаточно много времени, и, если боль от предательства и осталась, она колола где-то слишком глубоко.

Нам с Дэмианом предстояла очередная охота, и оплакивать мечты Вайолет Ред попросту не было времени. Как, впрочем, не было и самой Вайолет.

Спустя несколько лет воспоминания о столичной жизни казались каким-то сном, а скучная жизнь аристократки - ненастоящей.

Зато жизнь в пустыне заставляла кровь бежать быстрее, и именно здесь я умерла, чтобы, наконец, ощутить себя по-настоящему живой.

Пустыня стала домом, чужие маги - семьей, а я стала охотницей.

После очередной охоты, сдав добычу, я направилась к портальщику.

Короткая записка, воткнутая в дверь “пещеры”, сообщала, что пришло внеочередное письмо, и в этот раз придётся его распечатать.

— Виред, вам не только хроники, ещё письмо, — прозвучал голос мага-портальщика.

Кивнув, я забрала напоминание о прошлой жизни и направилась в свою комнату.

Под тусклым светом артефакта я вскрыла конверт, игнорируя Королевский сборник сплетен. Если бы не красная отметка, обозначающая, что послание срочное и важное, конверт отправился бы в стопку к остальным.

За пять лет таких писем от дяди скопилось немало. Он писал почти каждый месяц: извинялся, рассказывал сплетни и слухи, а также обязательно просил не возвращаться.

После помолвки Реймонда и принцессы Селии, о которой любезно сообщила Джорджиана, я перестала читать письма. Складывала все конверты в стопку и отправляла на склад к остальным напоминаниям о теперь уже чужой жизни.