Короли могут все

Глава 1

Крупные снежные хлопья кружились за окном, мягко опускаясь на мостовые Ционтара. Словно кто-то невидимый там, на небесах, усердно взбивал гигантскую перину. Каждая снежинка, касаясь земли, вспыхивала крошечным фейерверком – синим, золотым, алым. Таким нехитрым способом маги-декораторы указывали путь к новогодним ярмаркам. Несмотря на сгущающиеся сумерки, улицы гудели жизнью: маги и немы спешили по домам, забегали в лавки, раскланивались, обмениваясь предпраздничными пожеланиями. «С Оборотом года!» – доносилось то тут, то там.

Я наблюдала за этой суетой, пальцы бессознательно теребили кольцо. Потускневший оникс, когда-то теплый от моей магии, теперь был просто холодным камнем. Холодной замочной скважиной для двери, захлопнутой внутри меня. В груди клубились противоречивые чувства. Умиротворение от мирного вечера... и горечь щемящего воспоминания. Резко отвела взгляд от кружащихся фейверков-снежинок. Три года. Всего три года. В носу защипало. Черный снег, оседающий на обугленных руинах Совета Магов; последний жалкий лагерь в Шепчущем Лесу… Грязные, оборванные тени самих себя. В тот год слово «Оборот» вызывало лишь содрогание. Если бы не успели… Если бы не он… Горло сжал спазм. Какао, слишком горячее, слишком большой глоток.

— Привет, Эл!

Звонкий голос Финна Гленмора развеял тягостные воспоминания. Я вздрогнула, оторвавшись от окна. Друзья ввалились в уютный кафетерий, похожие на пару оживших, радостных снеговиков – усыпанные снегом с ног до головы.

— Ребята! – я невольно улыбнулась их сияющим физиономиям. – Чистите друг друга скорее, а то устроите тут потоп!

Светловолосый Люций лишь усмехнулся и взмахнул рукой. Камень на его кольце-концентраторе вспыхнул рубиновым светом и погас. В одно мгновение от снежной сырости не осталось и следа. Сухие и довольные, они плюхнулись напротив.

— Филигранная бытовая магия, Люцик! – воскликнул Финн, стряхивая невидимые снежинки с рукава. – Вот чему учат в твоем распрекрасном университете! Теперь я по-настоящ... Ой!

Очередной толчок локтем Люция в бок прервал его. Финн скорчил рожу.

— Ай! И боевые искусства теперь в ходу? Силен!

«Словно и не было этих трех лет...», – снова промелькнуло у меня в голове. Та же легкость, те же шутки. Как будто не было той войны, тех потерь, той тяжести, что легла мне на плечи... и на сердце. Надо брать себя в руки, побольше беззаботности в голос:

— Как вы? Как родители?

— Воу, воу, подожди с расспросами, красотка! — подмигнул Финн. — Сама небось уже согрелась… — он заглянул в мою кружку, — …какао, а нас пытаешь на голодный холодный желудок!

— Хочу…, — Люций пробежал глазами меню, — …запеченую оленину, вполне в духе грядущего праздника и сытно. И может быть, вдарим по глинтвейну?

— Согласен. Тебе что-то взять, рыбка наша? Ты совсем отощала!

— Давай творожные лепешки, они тут совсем…

— Как у мамы Люцика! — хором продолжили парни.

Я рассмеялась вместе с ними.

— Это точно. И как же приятно съесть их целиком, не деля одну на троих, как во времена скитаний. Хотя опять же, голод — лучшая приправа.

— Не будем о грустном, сейчас ты можешь наесться ими вдоволь, — улыбнулся Люц. — Кстати, коль уж ты спрашивала о родителях, они весьма недовольны, что малышка Эйлис их совсем забыла. Говорят, что скоро забудут, как ты выглядишь!

Я вздохнула, отодвигая полупустую чашку.

— Да я вообще ни с кем не вижусь, честно говоря. Скачу как белка в колесе: учеба – работа, работа – учеба. Эта неделя выдалась особенно тяжкой. Но ничего. К лету, надеюсь, надену черную форму алхимика. Тогда устрою себе обширный тур по всем, кому задолжала, — судя по лицам ребят, они в это мало поверили. — Но вообще это все... это даже хорошо. Пока бегаешь, некогда копаться в прошлом. А я, кажется, последнее время стала слишком много рефлексировать. Не самая полезная привычка.

Финн фыркнул.

— Вот и надо оно тебе было, все эти университеты! Ладно Люцик – он в КОШКе девять лет благополучно ленился, а теперь проснулась запоздалая тяга к знаниям! – Он ловко увернулся от привычного толчка Люция, но тот все же достал его по плечу. – Ай! Но ты-то, Элис, другое дело! Умнейшая магичка столетия! Героиня войны! Надо было соглашаться, когда Лорик звал тебя в Совет! Или вообще... – он понизил голос до шепота, – пройти отбор самой. Зря скромничаешь.

Я нахмурилась.

— Во-первых, не Лорик, а Его Величество Лорик Старкрафт, мы все-таки здесь не одни, — я кивнула на соседние столики. — А во-вторых, не неси чушь, господин советник. Сам-то разве горел желанием попробовать силы в отборе правителей? Насколько я помню, ты открещивался как черт от ладана.

Финн звонко рассмеялся.

— Да кому нужен этот геморрой! Шучу, шучу, Элис! Мы свое дело тогда сделали. А ты... ты сделала больше всех. Это факт. Но вот быть королевским советником мне определённо нравится!

— Чистейшая правда! – горячо поддержал Люций. – Хотя, честно, думаю, ей в Совете было бы скучновато. Ошиваются там всякие, типа этой Вейн. Однако, раз уж выбрала целительство, то с твоим-то даром разрушать проклятия было бы идеально... – Он запнулся, увидев, как я невольно сжала руку с кольцом. – Но главное – чтобы дело нравилось! Что бы ты ни выбрала, птичка, мы за тебя.

«Да, да, вот только от того "дара" почти ничего не осталось», – горько подумала я, чувствуя привычную пустоту внутри. – Хорошо, хоть не вся магия ушла. Пользоваться магическими артефактами или варить зелья ещё получается. Правда иногда, в моменты паники или сильной боли, казалось, будто что-то дрожало внутри, будто крошечная искорка в кромешной тьме ещё не погасла. Да только это все глупости, фантомные боли, так сказать… Ради того, что мы спасли, пришлось отдать все. Нечего тревожить мальчиков моими проблемами, для любого магика потеря силы — это как потеря всех конечностей разом. А им и так хватает забот. Пусть думают, что я просто устала, чем жалеют и безрезультатно пытаются помочь.