Корона и Система: Путь Короля

Глава 16: Первое Заседание и Хрупкие Устои

Утро первого заседания Регентского Совета выдалось серым и промозглым, словно сама погода отражала неуверенное состояние Элдории. В Малом Зале Совета, смежном с Тронным, за круглым столом из темного дерева собрались пять человек, на чьи плечи легла тяжесть управления королевством. Атмосфера была формальной, но напряженной.

Роланд присутствовал на заседании, сидя чуть поодаль на высоком стуле, рядом с матерью. Он был здесь не как полноправный член Совета (его возраст этого не позволял), а как Наследник Престола, чье мнение Совет был обязан учитывать и чье будущее он должен был оберегать. Это была удобная позиция – она позволяла ему наблюдать, слушать и влиять, не неся прямой ответственности за непопулярные решения.

Канцлер Гален, председательствовавший на Совете, открыл заседание. Его голос был ровным, но в нем чувствовалась сталь.
«Леди, Лорды, Капитан. Наша первая задача – определить неотложные приоритеты. Его Величество Король Роланд,» – он снова сделал едва заметное ударение на титуле, – «перед смертью своего августейшего отца выразил обеспокоенность тремя ключевыми областями: состоянием казны, безопасностью границ и доверием народа к Короне. Предлагаю обсудить эти вопросы в указанном порядке.»

Первым пунктом была казна. Гален кратко изложил удручающее положение дел – долги, невыплаченное жалование, скудные резервы. Затем он упомянул о «финансовых несоответствиях», обнаруженных в порту герцога Армана.
«Эти документы требуют тщательного расследования,» – заключил он. – «Но чтобы избежать обвинений в предвзятости, я предлагаю инициировать полную аудиторскую проверку всех крупных землевладельцев и держателей королевских лицензий, начав с тех, чья лояльность Короне не вызывает сомнений, дабы показать пример.»
Это была идея Роланда, поданная через Галена. Она позволяла начать процесс, не провоцируя немедленной конфронтации с Арманом, но создавая прецедент.
Лорд Элмсворт одобрительно кивнул. «Закон един для всех. Прозрачность в финансовых делах укрепит доверие к Совету.»
Леди Мирабель добавила: «И, возможно, наполнит казну. Мои южные соседи давно жалуются на непрозрачность сборов в северных портах.» Ее [Анализ] показывал >[Состояние: Заинтересованность, Расчет. Мысль: "Ослабление северных баронов выгодно Югу…"].
Решение было принято единогласно: начать комплексный аудит. Галену было поручено сформировать комиссию из доверенных казначеев и юристов.

Вторым пунктом были границы. Капитан Ригар доложил о продолжающейся активности Тиргарда на западе и о фактическом бездействии барона Валмара на севере перед лицом участившихся набегов орков.
«Люди Валмара сидят в его крепости, пока горят деревни,» – мрачно констатировал Ригар. – «Нам нужно подкрепление на северном участке, и командовать им должен человек, верный Короне, а не только своему сюзерену.»
«Отправка войск на север может быть истолкована бароном Валмаром как недоверие и спровоцировать его,» – осторожно заметил Лорд Элмсворт.
«А бездействие спровоцирует орков сжечь еще полдюжины деревень и, возможно, подтолкнет выживших к бунту против лорда, который их не защищает,» – парировала Леди Мирабель.
Королева Элиара, следуя заранее оговоренному с Роландом плану, предложила компромисс: «Возможно, стоит послать небольшой, но элитный отряд под предлогом ‘обучения местных ополченцев’ и ‘содействия’ барону Валмару в патрулировании? И одновременно направить вежливое, но твердое послание в Тиргард, выражающее нашу обеспокоенность их активностью у наших границ?»
Роланд видел, как Ригар и Гален одобрительно кивнули. План позволял усилить присутствие Короны на севере, не объявляя войну Валмару, и одновременно попытаться сдержать Тиргард дипломатически. Решение было принято. Ригару выделили скудные средства на оснащение отряда из столичных ветеранов.

Третий пункт – доверие народа. Здесь слово взяла Королева Элиара. Она говорила о страданиях простых людей от неурожаев и бандитизма, о необходимости показать, что новая власть заботится о них.
«Я предлагаю немедленно распределить часть зерна из королевских амбаров в наиболее пострадавшие провинции,» – сказала она. – «А также, Лорд Элмсворт, возможно, стоит пересмотреть дела тех, кто сидит в темницах за мелкие долги или незначительные проступки? Акт милосердия в начале нового правления будет воспринят благосклонно.»
Лорд Элмсворт, как хранитель закона, поддержал идею амнистии по мелким делам. Распределение зерна вызвало больше споров (Гален беспокоился о скудных запасах), но в итоге было решено выделить минимально возможное количество для наиболее нуждающихся регионов.

Заседание подходило к концу. Были приняты первые конкретные решения. Они были осторожными, половинчатыми, но это было движение вперед. Роланд, наблюдавший за дебатами, отметил про себя сильные и слабые стороны каждого члена Совета. Гален был эффективным администратором, но боялся риска. Ригар был прямолинеен и предан, но мыслил категориями войны. Мать была хорошим дипломатом и обладала интуицией. Элмсворт был столпом закона, но консервативен. Мирабель была прагматична, умна и явно играла в свою игру, поддерживая Совет, пока это было выгодно ей и Югу. Управлять таким Советом будет непросто.

Когда члены Совета расходились, Канцлер Гален подошел к Роланду.
«Ваше Величество проявили сегодня мудрость, достойную правителя,» – тихо сказал он. – «Ваши… предложения были весьма своевременны.» Он понимал, кто на самом деле направлял дискуссию.
«Я лишь учусь, Лорд Канцлер,» – скромно ответил Роланд. – «И полагаюсь на опыт и преданность моего Совета.»

Вернувшись в свои покои, Роланд почувствовал не удовлетворение, а лишь груз ответственности. Он заглянул в системные логи – никаких новых квестов или сообщений. Видимо, Система считала управление государством через Совет его текущей основной задачей.

Он подошел к столу, собираясь продолжить изучение трактата по экономике. И заметил это. На полированной поверхности стола, рядом с его восковой табличкой, лежало одно-единственное перо. Длинное, иссиня-черное, с жестким стержнем. Перо ворона.