Коронация. Игра против всех

21

Лерианн

Изумление и испуг Эль были такими искренними, что я почувствовал себя мерзавцем. Спрятал брошь в футляр и закрыл крышку. Только тогда Эль выдохнула с явным облегчением.

— О Светлые девы, теперь ты прежний! Эта брошь превращала тебя в… я даже не знаю… наверное, в дракона. Значит, служанка нашла артефакт именно после моего отъезда? Это ложь. Уверена, тот, кто послал эту особу, не друг нам. Клянусь Шандором[1], я никогда не видела этой брошки, и более того, не надела бы марлоэс! Всем известно, как строг этикет: для молодых девушек яркие камни, кроме сапфиров, табу.

— Знаю, дорогая. И тебе не обязательно было приносить клятву, я просто хотел уточнить.

Все мои мысли были заняты анализом того, что открылось. Эль говорит правду, значит, пока она крепко спала, кто-то вошел и приколол моей невесте на грудь этот тхаров артефакт. Кто мог это сделать на королевской половине и зачем — вот что меня мучило сейчас. Пожалуй, следует подвергнуть допросу прислугу.

А Эль продолжала беспокоиться:

— Ты не станешь сам носить эту брошь? Пожалуйста, не надо!

Я рассмеялся и заверил, что пока не планирую украшать себя женскими побрякушками. Только тогда Эльвия немного расслабилась и посмеялась вместе со мной. Опершись рукой на столик, невеста слегка задела пышный букет. Цветы закачали головками, на высоких пестиках засверкали искорки, похожие на огонь. Девушка бережно погладила яркие лепестки и улыбнулась мне.

— Кстати, спасибо за изысканные цветы, милый. Огненные лилии — такая редкость зимой!

Все очарование вечера разом померкло для меня.

— Любимая, когда ты получила эти цветы?

Красиво очерченная бровка взлетела в явном непонимании.

— Позавчера, а что?

— Я не отправлял тебе цветов. Прости, дорогая, но этот букет не от меня.

— Как? А кто же отправил? Они появились у нашего дома, и к цветам была приложена напечатанная карточка с моим именем.

Эль открыла стоящую поблизости шкатулку и, порывшись в ней, извлекла квадратик картона. Ничего особенного — простая карточка из лавки дорогого флориста.

— И никто не видел, как букет доставляли?

— Его нашли у дверей рано утром. Я не выясняла подробности, ведь была уверена, что цветы от тебя. Но поинтересуюсь обязательно.

— Кстати, изучи букет вместе с лордом энн’Филланди, возможно, на цветах какие-то посторонние чары. И мне бы не хотелось, чтобы ты держала что-то подобное у себя в комнате.

Эль встрепенулась, словно ее задели мои слова, но, с неприязнью оглядев букет, кивнула. А я вздохнул. Что-то много непонятных событий вокруг моей невесты. Мне это не нравится. Цветы от неизвестного поклонника, это нормально. Анонимный букет для моей красавицы не особенно меня беспокоил. Но в нервной обстановке междуцарствия любая странность грозит неприятными последствиями.

Забрать бы Эль сюда, но и со мной она пока не будет в безопасности. Мы заверили друг друга в том, что будем осторожны и бдительны, но спокойствия это не принесло. Желанное спокойствие, надеюсь, наступит, когда я по древнему праву королей назову Эль своею.

Распрощавшись с любимой, я еще долго стоял на террасе. Уставившись на запад, где от заката осталась на горизонте узкая багровая полоска, я обдумывал то, что услышал. Вновь извлек злосчастную брошку, пытаясь разобраться в магической вязи. Работа слишком тонкая, и я пожалел, что во время учебы не хватало терпения вникать во все эти узелки, перекрестья и прочие хитросплетения артефакторики. Мог ли опытный мэтр Арно, глава королевских ювелиров и гильдии артефакторов, не заметить каких-то свойств прокля́того камня? Пожалуй, завтра следует поговорить с мастером еще раз.

Направляясь в комнату, краем глаза я заметил тень, вдруг закрывшую звезды. Оглянулся. Небо было чистым. Показалось? Возможно, над крышей дворца пронесся патруль на быстрокрылых вердах? Не дракон же! По данным разведки Алагирр давно убрался из Кальвара. Какая досада, что Повелитель Иллирии не отвечает, было бы неплохо получить от него гарантии, что его внук больше нас не потревожит. Дракон способен натворить бед.

Дракон… Я и сам дракон, если верить старому Тиррену арк’Лейру.

Ну это «если верить», а я в этот вздор не верю!

И все же эта мысль не желала уходить. Неохотно я подошел к креслу, где привык читать. Снял с книжной полки увесистый том «Драконологии». Сел и перелистнул несколько страниц. Тут много рассуждений о том, как пробуждается зверь. Не чувствую в себе ни чужого голоса, ни первородной силы, и вообще ничего из того, о чем многословно нудит автор книги. Вот только регенерация, доставшаяся от матушки, чудесная — раны мгновенно затягиваются. И все же даже сильный боевой некромант не устоит в поединке против дракона. Наверное, не будь на мне тайной защиты, следовало бы страшиться магического поединка с Алагирром.

Вспомнив о наглом драконе, я разозлился на себя за то, что так и не поговорил о нем с Эль. Проклятая брошь сбила меня с толку. Впрочем, все к лучшему. Мысль, что завтра снова увижу любимую, хотя бы через экран маговизора, и обрадовала, и взбодрила. До полуночи еще полно времени — можно разобрать ведомости департамента общественного порядка. Я отложил фолиант и направился к выходу. Но остановился на полпути к двери, услышав отчаянный стук.

Кто это может быть в такой час? Да и ломиться в королевские апартаменты не принято. Вход сюда зачарован особым образом, и только узкий круг лиц может быть допущен внутрь.

Что там, бунт в столице или Джит объявил нам войну?

Открывая дверь, я мысленно готовился к чему-то судьбоносному. Но к тому, что на грудь мне бросится драконесса в соблазнительной ночной сорочке, я оказался не готов.

______________________

[1] «Клянусь Шандором!» — это формула нерушимой магической клятвы. Маг, упомянувший в клятве верховного бога Шандора, не может солгать и обязан выполнить данный обет, иначе в наказание лишится магии.