Корпорация

Яблоки

Яблоки

— Шеф, я прислала расписание на понедельник. В десять утра у тебя…

Красивая чертовка! Грудь, бедра, ноги стройные. И руки… пальцы длинные, суставов почти не видно.

— Ладно, я посмотрю. На сегодня ничего срочного?

— Остался час до конца работы, у тебя в расписании пусто.

Как бы она меня на «ты» не назвала при посторонних. Нет, не назовет — знает, когда надо изображать дистанцию.

— Мне надо посидеть, подумать.

— Ничего не хочешь? Чай, кофе?

— Нет, голова немного гудит, сделай мне массаж.

Подошла, разминает шею, пальцы мягкие, ловкие. Хорошо у нее получается. Вот только ногтями царапается.

— Ногти у тебя длинные.

— Царапаю? Я завтра состригу.

И пахнет она хорошо. Духи приятные, с какой-то свежестью.

— У тебя духи приятные.

— Я знаю, что тебе нравится. Я на работе только ими душусь.

— А по вечерам?

— А по вечерам я тебя не вижу. Я сегодня в обед вышла на аллейку, еще август, а листья начали желтеть. Лето какое-то необычное в этот раз. Так хочется в парке вечером погулять.

— Так погуляй, какие проблемы.

— Одной как-то глупо гулять. Хочешь я закрою дверь?

Ничего не хочется. Все обрыдло, но ведь ей так не скажешь. Да не смотри на меня так! Не то настроение, уйди, но без обиды.

— Не надо, мне правда надо подумать.

— А Мария сегодня дома?

Придется поддержать разговор. За удовольствия надо платить.

— Она всегда дома.

— Хоть бы она в театр сходила, или на концерт. Сегодня с Большой земли интересная группа приезжает.

— Ей это не интересно.

— Я за все лето ни разу в зону отдыха не съездила. Там говорят мостки построили, теперь можно нырять. А я не то что нырять, ни разу даже не искупалась за лето.

— А что отпуск не взяла? Я бы тебя отпустил.

Не поняла намек, что хочу от нее отдохнуть? Похоже, что девушка начинает грузить меня своими проблемами.

— Я знаю, но ты тоже не ходил в отпуск.

— Ладно, иди домой. Ты мне больше не нужна. И прикрой дверь поплотнее. Я поработаю.

Что со мной происходит? Пропали всякие желания. И мечты. Все могу, все доступно, а ничего не хочется. Что она говорила про группу, про концерт какой-то? А может в самом деле сходить? Сходить с Марией вдвоем, раньше я музыку любил. Взял телефон.

— Как ты, не скучаешь?

— Привет, дорогой. Какое скучаю! Собрала яблоки, варю компот, твой любимый, яблоки и чернослив. Еще блинчики с курицей приготовила и твой любимый соус из клюквы. Когда приедешь?

— Сегодня какой-то концерт, группа с Большой земли, не знаю какая, но говорят интересно. Не хочешь пойти?

— Сегодня не хочется. Если хочешь, сам сходи. Я могу компот и блинчики с шофером переслать, поешь, и иди.

Блинчики, компот… Это единственное, что мы можем обсуждать дома. Она не понимает, что я поздно возвращаюсь с работы потому, что нам не о чем разговаривать.

— Думаешь, что говоришь? Я, один, на концерт. На меня все пальцем показывать будут.

— Вот и не говори глупости. Я тебя жду, скатерть нашу любимую постирала, пока ты едешь, успею погладить.

— Хорошо, через полчаса я выезжаю.

Нет, это все не то. Блинчики, компот… Мне другое надо, а не блинчики с компотом… Беру телефон.

— Иден, привет! У меня просьба.

— Привет Марио! Внимательно тебя слушаю.

— Пошли своих ребят узнать телефон Ольги на Большой земле.

— Никого посылать не надо, я тебе сейчас пришлю и телефон, и адрес. Мы контролируем всех уехавших.

— А где она живет?

— В двух часах езды на нашем паровозе. Далеко она не уехала.

— Что-нибудь знаешь про нее?

— Знаю только, что два месяца назад она была жива.

Даже не спросил, зачем мне ее телефон. А в самом деле — зачем? Звонить не буду — опять скажет, что устала, голова болит, занята, или уже спать легла… Но надо что-то делать. Надо что-то делать. Снова беру телефон.

— Мария, дорогая, у нас аврал, срочная командировка, мне надо сегодня вечером улетать. Пришли мне с шофером ужин и еще корзинку яблок — погрызу в дороге.

— Что за срочность? Завтра суббота, что случилось?

— Прости, потом объясню. Тут и правда аврал, ко мне сейчас люди придут. Сделаешь?

— А когда вернешься?

— Думаю, что в воскресенье вечером. Не волнуйся, все будет нормально. Целую.

И что дальше? Оседлать паровоз и ехать? И она не откроет дверь, скажет, что я ей не нужен. Пусть скажет, обязательно пусть это скажет. Еще раз я хочу это услышать. Услышать, какими словами она это скажет. И тогда может отпустит, вытащу из сердца эту чертову занозу. С шофером нельзя, поеду сам — дорога пустая, доеду быстро. А яблоки оставлю у двери. Она все поймет. И записку оставлю с телефоном. Вот так и сделаю. Даже звонить в дверь не буду, поставлю корзину и уеду. Она утром откроет дверь, увидит, и все поймет. И обязательно позвонит. Скажет, наверное, что мои яблоки не пахнут. А я скажу, потому, что они сухие, их обязательно надо вынести на дождь. Надо просто дождаться дождя, вынести их на улицу, и они сразу начнут пахнуть. Черт, но где эта корзина? На улице никого. Давай, давай… ага, наконец-то.

— Шеф, Мария сказала, что блинчики надо есть прямо сейчас, пока теплые.

— Я понял, иди.

Сколько тут кнопок на руле! Надо было спросить, как включаются фары. Впрочем, все понятно. Поехали! Шоссе отличное, машина бесшумная. Сколько уже на спидометре? Надо прибавить, тогда успею за час. Она только с работы придет… а может она из дома работает? Мне все равно, поставлю корзину и поеду назад. Вот так, командировка отменилась, блинчики съел, все отлично. Надо было блинчики с собой взять, в животе бурчит. Ладно, это мелочи. Можно даже еще быстрее. А кто там сзади? Черт, это же охрана!

Остановился, взял телефон.

— Кто вас просил за мной ехать? Засунь инструкцию себе в задницу! Завтра будешь стоять в будке, охранять промзону по новой инструкции. Я ее лично напишу. Вот так-то лучше.