Коса Эриды

Первый сон.

Первый сон. Кем была Кассандра?

Лиза спала неспокойно. Во сне постоянно летали огненные глаза, которые разбивались на множество осколков, раскидывая повсюду языки пламени. И раз за разом в сознании звучал крик. И чем больше Лиза его слышала, тем больше приходила уверенность, что кричит Яна. Девочка, которой она должна передать талисман.

Несколько раз Лиза буквально выплывала изо сна, но постоянно оказывалась не дома, а около непонятного здания, напоминающего школу. Или театр… Падал снег, засыпая всё вокруг снежным покрывалом. От театра-школы шёл нестерпимый жар, словно от раскалённой печи. И Лиза снова погружалась в темень и крик.

– Лиз… Лизунь… проснись! – Голос Веры донёсся словно издалека, буквально вытаскивая из темноты. – Просыпайся! Мы ждём тебя!

Девочка, с трудом разомкнув глаза, увидела перед собой обеспокоенное лицо подруги. Взгляд прошёлся по знакомому интерьеру: письменный стол с подвесной лампой на прищепке и плафоном в виде лягушки, полки, заставленные книгами, и огромный, почти с метр высотой, длинный раскидистый фикус.

– Я дома?!

– А где ещё? Тебя Игорёк через все дворы в телячьей шкуре тащил. Хорошо, что твой Холодец попался…

– Совсем ты его запугала, Вер! – Лиза откинула одеяло и села на кровати. – Подвела я вас! Не смогла талисман передать!

– Ну, тут не расстраивайся! Не всегда ребята, кому время подходит, передают с первого раза. Так что о тебе говорить. – Взгляд Веры метнулся на закрытую дверь. – А Гришка твой не такой уж и пугливый. Может, его действительно с недельку поквакать заставить? А то, сколько грожу, а с него как с гуся вода. Сидит сейчас с твоей мамой, чай пьёт!

– Гришка? Чай? – Лиза начала соображать, что на улице слишком светло. – Я сколько проспала?!

– Почти сутки! – Вера вновь посмотрела на дверь. – Может, расскажешь, что случилось? Если честно, мы с Игорем так и не поняли, что произошло! Да, и чтобы ты знала, тебя врач из школы осматривал. Мама твоя вызвала. Ну, и мы своего подослали. Успокоил чтобы.

– Успокоили это хорошо. А что случилось, и я не совсем поняла.  – Лиза запнулась и начала рассказывать, как создала кокон, а потом провалилась в непонятную дремоту. – Знаешь, самое странное, я к этому сну постоянно возвращалась и думаю… Нет, уверена, что во сне я смотрела глазами той девочки, Яны.

– Да-а… Знаешь, давай-ка с самого начала расскажи, что тебе причудилось. Со всеми подробностями.

Лиза ещё не успела закончить рассказывать, как Вера вскочила и в одно мгновение, вскинув руки в сторону кухни, выскочила в коридор. Уже оттуда девочка услышала:

– Извини, что заморозила родных! Это чтобы не прощаться! Вечером зайду, пока!

Лиза только тяжело вздохнула и, быстренько одевшись, вышла на кухню. Там действительно сидел Григорий Холодов и поедал печенюшки, изредка запивая их чаем. Мальчик посмотрел на вошедшую Лизу и застыл, не донеся очередное кондитерское изделие до рта. У него непроизвольно вырвался вопрос:

– А Вера где?

– А она тут была? – Схитрила девочка.

– А я даже и не заметила, как она ушла… – Мать обеспокоенно посмотрела на девочку. – Как чувствуешь себя, дочь?

– Выспавшейся. Извини, что напугала, мам. Просто так спать захотелось!

– Да, доктор тебя осмотрел. Сказал нарколепсия, в очень лёгкой форме. Даже лекарство выписал. А ты, Григорий, уходишь уже?

Мальчик действительно засобирался, бросая косые взгляды то на вставшую Лизу, то на часы на руке.

– Да, мне домой пора. Спасибо за чай!

Григорий ушёл, а Лиза пошла делать уроки. Благо, что домашнее задание мальчик оставил. Но чем больше сидела девочка над учебниками, тем больше мысленно возвращалась ко сну. Перед ней проплывали огненные глаза, а в ушах стоял крик. Да и задание по математике оказалось не из лёгких. Класс прошёл новую тему, которая совсем не хотела поддаваться самостоятельному изучению. Просидев почти час за разбором одной главы, девочка не выдержала и отложила учебник в сторону. Но дала себе обещание завтра подойти к учителю попросить объяснить тему.

Устные предметы поддались сразу и достаточно легко. Правда английский… Лиза, привыкшая читать на нём без усилий – слова переводились в голове сами, сегодня продиралась сквозь текст.

– Эх, и что со мной такое? И куда Вера убежала? – Подруга, к сожалению, сотовый не слышала или не отвечала специально, и Лиза, немного подумав, набрала номер Игоря. Хотя до этого ему звонила всего пару раз… По необходимости. К удивлению, тот трубку поднял сразу, словно ждал звонка. – Игорь, это Лиза! Извини, что беспокою, мне до Веры не дозвониться…

– Да, я в курсе. Тут, понимаешь, такое дело… В общем, все решили, что ты не захотела талисман отдавать, вот и придумала этот сон. И тебе пока в школу нельзя пока приходить. – Голос юноши прозвучал, как приговор. Лиза осознала, что готова расплакаться. – Ты Веру не вини, она честно сделала всё, что могла. Но тут у неё тоже… Неприятности, в общем. Я думаю, она позвонит, объяснит всё. Попозже.

– Да-а-а? Придумала, значит? – Лиза уже еле сдерживалась. – И что теперь? С талисманом?

– Когда найдут кому, ты его передашь. На территории школы, под присмотром.

– Хорошо! Позвоните, если понадоблюсь!

Лиза нажала кнопку отбоя и, бросив телефон на стол, разрыдалась. Слёзы текли сами, не переставая. Скатываясь струйками по щекам, они капали вниз, иногда попадая на женщину, сидевшую на пегасе. Постепенно слёзы стихли, но вслед за спокойствием пришла и слабость. Вновь начало клонить в сон.