Кошка генерала Теней. Восемь жизней до тебя

Глава 3. Город ветров и камня, и то, как я учусь ждать.

Он пробыл в переулке до полудня. Тени принесли отчёт: убийцы были наемниками, но они уже были мертвы — либо от его меча, либо от яда, вшитого в зубы. Следы вели в один из коммерческих кварталов. Ответа «кто» не было, лишь намёк на «почему» — политика, интриги, борьба за влияние в Совете Стихий.

Когда теневые стражи растворились, Кайрэн поднялся. Движения были осторожными, но уверенными — тело слушалось, рана затянулась под странной силой, исходившей от кошки. Он посмотрел на неё. Она сидела в двух шагах, вылизывая лапу, но её зелёные глаза были прикованы к нему, отслеживая каждое движение.

— Идти можешь? — спросил он, не ожидая ответа.

Она встала, потянулась и подошла к нему, потершись бочком о его сапог. Ответ был ясен.

До конюшни, где его ждал верный гнедой жеребец по имени Ураган, было недалеко. Он шёл не спеша, давая себе и своему невольному спутнику время осмотреться. Город просыпался. Из высоких домов-башен, где первый этаж был отдан под лавки с магическими артефактами или чайные с паровыми котлами, а верхние — под жилые покои, выходили люди. Их одежда была причудливой смесью эпох: камзолы и дублеты соседствовали с удобными кожаными куртками, длинные плащи — с прочными штанами из плотной ткани. Женщины носили как сложные причёски с кристаллическими шпильками, так и простые, собранные в хвост волосы. Повсюду мелькали посохи с гнездящимися в навершиях стихийными камнями и на поясах — не только мечи, но и странные устройства, похожие на компасы или небольшие проекторы. Магия витала в воздухе густым мёдом, перемешиваясь с запахом горячего металла и выпечки.

Ураган, почуяв хозяина, тихо заржал. Кайрэн провёл рукой по его шее, что-то тихо сказав на ухо. Затем обернулся к кошке. Она сидела, наблюдая за огромным зверем без тени страха.

— Боишься? — спросил он.

Она лишь склонила голову набок.

Кайрэн усмехнулся. Взяв поводья, он вскочил в седло одной рукой — движение, отточенное до автоматизма. Потом наклонился, протянув другую руку вниз, ладонью вверх.

— Ну же. Я не укушу.

Она секунду смотрела на его ладонь, потом прыгнула. Легко, точно, словно делала это всю жизнь. Её небольшие лапки впились в кожу перчатки, но когти не выпустила. В следующее мгновение он уже устроил её у себя на коленях, а затем, потянув край тяжёлого дорожного плаща, укутал её в его, и приподнял выше, почти на уровень груди,оставив лишь голову снаружи, чтобы та могла дышать и смотреть.

Это было странно и… безоговорочно правильно. Плотная ткань пахла конской сбруей, холодной сталью, дорожной пылью и его собственной, сдержанной магией теней. Но под всем этим — устойчиво, спокойно, как фундамент, — был его запах. Он не спрашивал, не уговаривал. Просто взял и дал укрытие.

И я не сопротивлялась. В этом тёплом коконе, прижатая к твердыне его грудных пластин, под мерный стук копыт, и спокойного сердца было безопасно.

Мы тронулись. Сначала шагом, затем плавной рысью. Снаружи мир за складками плаща медленно менялся. Узкие, тенистые улочки с домами, чьи балконы были увиты светящимися лианами, сменялись широкими, мощёными гладким камнем дорогами. По ним текли потоки жизни: пешие гвардейцы в латах со встроенными рунами силового поля, гружёные тюками магически усиленные вьючные яки, бесшумные повозки, чьи колёса даже не касались земли, а скользили в сантиметре над. А высоко над головой, едва не задевая шпили самых высоких башен, парили изящные воздушные платформы-гондолы, удерживаемые в небе огромными, мерцающими кристаллами Ветра.

— Это Аэралис — столица союза стихий Ветра и Камня, сердце королевства. — спокойно произнес Кайрэн.

Я дернула ухом и мяукнула для приличия. Я чувствовала магию этого места, всем своим существом, каждой шерстинкой. Ветер здесь не был хаотичным хищником; он был слугой, архитектором, дыханием города — он не рвал и не толкал, а поддерживал, ласково обтекал башни и наполнял паруса платформ. Камень под копытами Урагана не давил грубой массой — он держал, был прочным, незыблемым фундаментом всего сущего.

И Кайрэн держал меня так же. Крепко, но не сковывая. Он ехал молча, его взгляд скользил по городу, отмечая знакомые вехи, но я знала — он думает. Его магия, которую я теперь ощущала как продолжение его самого, была собранной, ровной, как поверхность глубочайшего озера, без лишних всплесков. Но рана, та глубокая рана, всё ещё напоминала о себе тупой, тянущей болью где-то в глубине. И я, пользуясь укрытием плаща, время от времени позволяла своему мурчанию проникать глубже — мягко, осторожно, почти незаметной струйкой целебной силы, не привлекая внимания снаружи.

Каждый раз, когда вибрация достигала очага боли, он едва заметно выдыхал — не со свистом, как в первую ночь, а тихо, будто выпуская напряжение, о котором даже не подозревал.

Он не говорил «спасибо». Ни разу. Он просто позволял это делать. И в этом молчаливом разрешении было больше доверия, чем в тысяче клятв.

— Дворец Генералов, или Цитадель Ветра, — отозвался его голос тихим шепотом .

И я метнула взгляд на него. Он явно что-то задумал.

Это сооружение оказался не просто зданием, а целым архитектурным симфонией. Он был высечен, казалось, из цельной горы серого, испещрённого прожилками лазурита камня. Но вместо грубых сколов — гладкие стены, вздымающиеся ввысь и прорезанные гигантскими витражами из магического стекла, которое меняло цвет в зависимости от времени дня. Внутри этих стен гуляли настоящие потоки воздуха — не сквозняки, а управляемые реки ветра, которые мягко подхватывали знамёна, шелестели страницами в открытых залах и даже аккуратно переносили лёгкие предметы с этажа на этаж. Всюду чувствовалась рука стихии Ветра, подчинённая и направленная.