Кошки не плачут

Глава 14

Хрипловатый, завораживающий голос Мэтти Хикс ворвался в мои уши раньше, чем глаза обрели способность видеть. Я знала эту песню. Она нравилась Рэй, а все, что нравилось Рэй, вынуждена была слушать и я.

Не гуляй по снам моим,

Ты – незваный гость.

Гладит ветер черный дым

Шелковых волос...

Ливень душу наполняет.

Ты уходишь прочь...

Кошкой черною гуляет

По карнизу ночь.

И любовью я смиряю

В сердце своем злость.

Приходи – и погуляем,

Мой незваный гость...

Песня смолкла, сменившись негромким бормотанием смутно знакомого голоса, потом зазвучала другая композиция, и я поняла, что где-то включено радио. Еще не открывая глаз, я медленно перекатилась на бок и попробовала шевельнуть рукой. Получилось ее даже поднять – хотя спина отчаянно протестовала. Было странное чувство то ли похмелья, то ли не до конца прошедшего опьянения – лежа на боку с согнутыми в коленях ногами, я не могла избавиться от ощущения «болтанки». Я не двигалась и в то же время будто куда-то падала, причем так стремительно, что тошнота подступала к горлу. Ах, да – и было жутко холодно.

Я все же заставила себя открыть глаза. Пару минут я привыкала к полумраку, пытаясь понять, где нахожусь.

Это было явно подвальное помещение, довольно просторное и даже не слишком обшарпанное. Ровно посередине его разделяла решетка, по одну сторону которой оказалась я. Лежала я, как выяснилось, на голом каменном полу, оттого так и замерзла. Куртку я оставила на аллее в парке, а тонкая шерстяная водолазка не спасала от промозглого холода. Высоко над моей головой в стене было прорублено крошечное окошко, сквозь которое пробивался лунный свет и неровным кругом ложился на пол рядом со мной. За гранью круга, в густой и какой-то вязкой темноте, похоже, был еще кто-то – кто-то, напуганный настолько, что забился в угол. Туда я взглянула лишь мельком – мое внимание привлекла компания, разместившаяся по другую сторону решетки.

Прямо напротив клетки, в которой я очнулась, в большом кресле вальяжно развалился Линн Зейн собственной персоной. Белые волосы неряшливо падали на виски, впрочем, ничуть не умаляя мрачной красоты вампира. Черная шелковая рубашка, застегнутая лишь на одну пуговицу, и такие же черные брюки контрастно оттеняли белизну этих волос и аристократическую бледность кожи. Лиловые глаза светились в полумраке.

За его спиной, скрестив руки на груди, застыл Эжен – лицо непроницаемое, как у статуи, но губы сжаты так плотно, что совсем побелели. По бокам от него стояли навытяжку мои знакомцы из парка – длинноволосый и коротышка, как я их про себя окрестила. Девчонки с ними не было – ее вообще уже не было на этом свете. Моими стараниями. Черт, да мне, кажется, понравилось убивать!

– С возвращением в сознание, милое дитя, – насмешливо поприветствовал меня Линн.

– Лучше б я в него не возвращалась, – буркнула я, кое-как приподнимаясь на локтях. Боль в спине нарастала, накатывая, точно прилив. Я скрипнула зубами. Потом взгляд мой метнулся к Эжену, и я непроизвольно коснулась шеи пониже уха. Пальцы ощутили небольшую припухлость, которая болела, но совсем чуть-чуть.

– Пришлось тебя вырубить, – пояснил Линн обманчиво любезным голосом. – Если бы Эльф этого не сделал, ты бы еще кого-нибудь покалечила, и мои мальчики вынуждены бы были защищаться, а нам ты нужна живой и невредимой.

– Ну, одну клыкастую я точно успела уложить, – хмыкнула я, на что коротышка за плечом Эжена дернулся и прошипел, сверля меня ненавидящим взглядом:

– Ты убила ее, тварь, убила Ташу! Она была моей сестрой!

– Соболезную. Могу поспособствовать вашей скорейшей встрече на небесах, – я широко улыбнулась, надеясь, что голос мой не дрожит от едва сдерживаемой злости. – Если, конечно, существуют вампирские небеса.

– Сука! – коротышка бы прыгнул на меня, не ухвати его за шиворот рука Эжена. Впрочем, между нами все равно оставалась решетка, и я сильно сомневалась, что вампиру под силу разогнуть прутья. По крайней мере, этому вампиру. Что-то подсказывало мне, что он еще молод и далеко не так силен, как Линн или тот же Эжен. О Люцие вообще молчу.

Из темного угла донесся громкий шорох, я оглянулась, так нервно, что это развеселило Линна. Он улыбнулся, обнажая клыки:

– Да, Шеба, тебя ждет большой сюрприз. Ты хотела помешать охоте крошки Лолита, но сама стала добычей. Это так забавно, не правда ли?

– О чем ты? – спросила я тихо, стараясь сесть прямее. Судорога напряжения свела все тело.

– Я о том, моя девочка, что теперь нам не нужно выслеживать жертву, ибо у нас есть ты. В небе стоит полная луна, Лолит голоден и опасен, а ты такая теплая и беззащитная... Такого зрелища я не могу пропустить. Насколько я знаю, вы с Лолитом друзья, и тем веселее выйдет забава – я с удовольствием посмотрю, как один друг прикончит другого. Он осушит тебя до последней капли крови, Шеба, ибо никто не в силах противиться темному зову, жажде, иссушающей тело вампира. О, я вижу, ты побледнела. Это хорошо. Но ты не волнуйся – быть может, крошка Лолит не станет сразу кидаться на тебя и рвать клыками. Он может немного с тобой поиграть. Ведь в кровавой охоте всегда есть место для секса, – и он премерзко хихикнул. – А наш Лолит так невинен, так чист. О да, он наверняка захочет сперва с тобой позабавиться.