Кошки не плачут

Глава 15

– После тебя, Дарг, – ухмыльнулся длинноволосый, пропуская товарища вперед. «Ага, значит, Дарг – это убитый горем брат убитой мною вампирши», – позволила я себе мысленный каламбур. Правда, веселье покинуло меня, когда Дарг двинулся к решетке с такой зверской рожей, что, будь на моем месте девушка слабонервная, точно упала бы в обморок.

– К стене! – рявкнул он, настороженно следя за каждым моим движением.

– Ты не сказал «пожалуйста», – с укором ответила я.

Его белое лицо исказила гримаса ярости.

– Я сказал, отойди!

– Нервный какой. – Пожав плечами, я с делано равнодушным видом поднялась и отступила в глубину клетки. Необходимость стоять перед вампирами в полуголом виде, да еще и без привычного оружия, страшно раздражала. Из многочисленных царапин на теле – следов от когтей Лолли – сочилась кровь и тонкими ручейками струилась по коже. Так я и стояла – жалкая, окровавленная, в лохмотьях одежды – наблюдая, как Дарг отпирает замок. Фокси таращился на меня из-за его спины. Эльф смотрел только на Лолли, и лицо его было печально.

Наконец, дверь со скрипом распахнулась, пропуская вампиров в клетку. Дарг, а за ним и Фокси, медленно двинулись ко мне, Эжен скользнул к скорчившемуся у стены Лолли. Я стояла все так же неподвижно, с обманчивым спокойствием глядя на приближающихся кровососов, но все мышцы напряглись – тело готовилось к драке. С оружием или без, Дикая Кошка сумеет за себя постоять. Вот только мальчики, кажется, не воспринимали меня всерьез как противника. Что ж, мне это только на руку.

– Без фокусов, крошка, – предупредил Фокси, как-то нервно улыбаясь.

– Да пусть только дернется. С радостью вырву ей сердце, – кровожадно пообещал Дарг. – Жаль, хозяин не даст нам немного поиграть с ней перед тем, как бросит зомби. После них от этого сладкого тела ничего не останется.

– Кишки останутся, – подумав, серьезно заметил тот.

Меня слегка замутило. Они что, специально?

Дарг усмехнулся и протянул ко мне когтистую лапу. Вот это он зря.

Резким движением я вскинула руку ему навстречу, так, что ладони наши соприкоснулись, и рывком заломила его пальцы назад. Вампир отпрянул с отчаянным воплем, воздел перед собой руку с торчащими под неестественным углом пальцами и затряс ими, словно они могли вернуться в прежнее положение. Ха-ха.

Вообще-то, несмотря на кажущуюся простоту, прием этот не так легко осуществить. Далеко не у всех получается с первого рывка сломать или хотя бы вывернуть противнику пальцы. Тут нужна сила и правильное ее приложение. У меня была сила, хороший наставник и время, чтобы отработать подобные приемы. Те из завсегдатаев «Кусаки», что давно меня знали, избегали вот так тянуться ко мне руками, чтобы сграбастать за плечо. С Даргом мы никогда прежде не дрались. Тем хуже для него.

Впрочем, на вампирах любые раны заживают быстрее, чем на собаках. Старые, особенно истинные, кровососы восстанавливаются в считанные минуты – ну, или часы, в зависимости от серьезности травмы; у молодых на это уходит несколько дней. И эту ночь Даргу точно придется ходить со сломанными пальцами.

Мой удар его, конечно, не остановил, но с рукой, выведенной из строя, он был менее опасен. Тут Фокси кинулся на меня, словно намереваясь сбить с ног, и получил ребром ладони под подбородок. Парень выпучил глаза и сполз по стене, хватая воздух руками. Кажется, удар у меня вышел даже лучше, чем я рассчитывала – вампир откусил кончик собственного языка. Кровь пузырилась у парня на губах и стекала по подбородку. Поделом. А язык завтра-послезавтра отрастет, как хвост у ящерицы. Арк говорил, таким ударом умеючи можно вообще убить на месте, так что будем считать, что Фокси легко отделался.

Сидя на полу, поганец все-таки попытался достать меня ногой, чем отвлек мое внимание. Боковым зрением я успела заметить метнувшуюся ко мне тень, но поздно среагировала. Дарг налетел на меня со спины, точно хищный зверь, толкнул, а когда я впечаталось плечом в стену, залепил мне пощечину, едва не оторвавшую мою непутевую голову. Когти его прошлись по щеке раскаленным металлом, вспарывая кожу и плоть, и кровь теплой волной хлынула по моей шее на грудь. Не успела я проморгаться, как вампир ухватил меня здоровой рукой за запястье и вывернул так, что кости жалобно затрещали.

Вот это было по-настоящему больно. Я бы сказала, адски больно. И я заорала. Что паршиво, дергаться в таком положении бессмысленно – каждое, самое малейшее, движение причиняет ужасную боль. Дарг держал мою руку вывернутой за спину, и я не могла ничего поделать. Стоило мне шевельнуться, и он выкручивал мое запястье еще больше, а это уже было выше моих сил. Невольные слезы хлынули у меня из глаз – слезы боли, а не страха. Закусив губу, я просто сдавленно мычала. Эту схватку я проиграла.

– З-зараза! – с чувством бросил Фокси, поднимаясь. Из-за откушенного языка эта фраза у него получилась как «Ш-шараша». Это звучало смешно, но мне было не до смеха.

Фокси опасливо обошел меня сбоку, глядя со смесью ненависти и восхищения. Дарг чуть ослабил хватку и толкнул меня в спину:

– Пошла!

– Не думал, что девчонка-человечишка может так драться, – заметил Фокси, уже вышедший из клетки. – Таша тоже была хороша, но она – вампир и долго училась.

– Эта девчонка – сестра Рыжего Демона, ты не знал? – проворчал из-за моей спины Дарг. Я дернулась, но тут же взвыла от пронзившей руку боли.