Кошки против магии

Глава 3

 Глава 3

 Белокурый ангел

Ее он заметил сразу. Невозможно было пройти мимо. Такое от нее исходило сияние, что Яков стоял и смотрел на нее как завороженный. Наблюдал украдкой с верхнего яруса. Он боялся, что девочка обернется и увидит, какой он безобразный. А пока он невидим, то красавица в безопасности.

Будущее не сулило Якову ничего хорошего. Он вырос в храме, но стал безбожником. Именно Бога он винил в том, что он такой. А кто же еще? Все говорят, что Господь велик и милосерден, тогда зачем он созидает не только таких ангелочков, как Грета, но и уродцев, подобных Якову? Почему одни – великие господа, едят на золоте и носят в карманах золотые часы, а у других нет и хлеба вдосталь?

Почему Господь был настолько скуп, что не дал Якову вообще ничего – ни внешности, ни родителей, братьев и сестер, ни титула, ни наследства.

Монахини не хотели отвечать на его богоборческие вопросы, и Яков стал пытаться найти на них ответы сам. Рылся в книгах с упорством, достойным лучшего применения. Но так ничего толком и не нашел. Лошади кушают овес и сено, Волга впадает в Каспийское море, а Яков Гилль – приземистый горбун.

А там и настало ему время пойти учиться. Естественно, по часовой части. Училище располагалось на улице первой роты Измайловского полка. До Невского оттуда было целый час пешего пути. Яков жалел пятачок на извозчика и в любую погоду шел пешком. И поторапливался, чтобы успеть к вечерней молитве и украдкой увидеть Грэту.

По мере того, как Яков осваивал ремесло, становилось ясно, что дорогу он выбрал правильную и мастером может стать выдающимся. Со временем. А ему хотелось прямо сейчас. И чтобы стать хозяином мастерской, чтобы трудились на него сотни мастеров и подмастерий, собирая из деталей, изготовленных в незнакомой Швейцарии, тысячи и тысячи новых часов.

Это были мечты, а пока все, чем Яков мог расположить к себе Грэту – это подарить ей часы. Роскошные,  с тремя крышками, на двадцать одном камне. Самые дорогие, за двести шестьдесят рублей.

В месяц Яков получал пятьдесят один рубль. Одиннадцать рублей уходило на еду, три с полтиной на комнату, и почти все оставшееся он откладывал на покупку подарка предмету своего обожания. А Грэта все эти годы и не подозревала о существовании Якова, до того он искусно прятался. Из хорошенькой пухленькой белокурой девочки она превратилась в ослепительную красавицу с лебединой шеей и точеной талией. Была скромна  и добра к людям. И даже иногда отважна, когда речь шла о спасении чего-нибудь живого. Весь приход судачил о том, что девушка бросилась в ноги лошадям, чтобы спасти маленького серого котенка перебегавшего проспект.

Выезд был богатый, принадлежал английскому посланнику. Отлично съезженная пара вороных гунтеров. Кучер натянул вожжи, лошади задрали головы и встали, как вкопанные. Это и спасло девушку и котенка. Если бы на этом месте оказался обычный извозчик «ванька», то девушке бы было не сдобровать.

Рядом с посланником сидели его супруга и сын Алекександр. Один юноша разглядел, что произошло. Родители его посчитали, что просто уступали дорогу царскому выезду. Они даже не прервали свою неспешную беседу.

Прошло уже четверть часа места, а из головы Александра все не выходила хрупкая белокурая девушка, судорожно прижимавшая к себе пушистого малыша.

Грэта перевела дух и рассмотрела спасенное животное. Дымчатая кошечка, дрожала от страха и холода. Ничем она особенно не примечательная, вот только глаза необычного ярко-оранжевого цвета, как солнышки. Кошечка зажмурила их и сразу открыла. На кошачьем языке это означает: «Я тебя люблю». Уже не котенок, а подросток, просто очень худая и маленькая. Как она решилась перебегать оживленный проспект и зачем, одному Богу известно. Грэта посадила ее за пазуху пальто и понесла домой. Кошечка пригрелась и замурчала.