Кошки умирают в одиночестве

Глава VIII. Часть 2

Глава VIII. Часть 2

Том чувствовал, что его избегают. И косятся. И шепчутся за спиной. И даже показывают на него пальцем, когда думают, что он не видит. Это потихоньку начинало действовать ему на нервы.

Он хотел было выйти и прогуляться у озера, но у лестницы, ведущей наверх, молодой парень, нахмурившись, резковато сообщил, что было велено никого не выпускать, а его – в особенности. Том хотел возмутиться, но тут же понял бессмысленность этой затеи, махнул рукой и направился к себе в комнату.

Встреченные им по дороге люди опускали взгляды и старались проскользнуть мимо него как можно быстрее. Почувствовав внезапно нахлынувшее острое раздражение, Том по дороге к себе в комнату завернул в кабинет Старого Сэма и, без труда вскрыв его, через минуту вышел оттуда, держа в руках пузатую бутылку с вином, запримеченную им ранее.

В комнате Том, усевшись на пол и прислонившись спиной к кровати, попытался вытащить пробку из бутылки, что, однако, не увенчалось успехом. Совершенно выйдя из себя, юноша разбил горлышко о корпус кровати, облив рубиново-красной жидкостью пол и край постельного белья. В нос немедленно ударил резкий запах алкоголя, и он поморщился.

Достав с прикроватного столика свой стакан и, без малейшего смущения выплеснув воду оттуда прямо под кровать, налил туда же вина и залпом выпил. Первый же глоток алкоголя, словно кислота, слегка обжег горло, а затем и внутренности. Том немедленно снова наполнил стакан и тут же опорожнил.

Когда-то Том слышал от старших офицеров, что если нужно забыться, то следует выпить. Забыться ему сейчас хотелось больше всего. Сидя на полу в своей комнате в катакомбах группы сопротивления, он впервые в жизни пил алкоголь, что, впрочем, звучит не Бог весть как, учитывая его смехотворный возраст. Вдобавок, так как это был его первый раз, юноша был, конечно, не в курсе, что вино не пьют подобным образом. Хотя, в общем, даже если бы и нашелся человек, который бы ему это сказал, то Тому на это было бы откровенно плевать.

Там его и обнаружила Джия.

Том с удивлением обнаружил, что эта девочка с красивыми, чуть раскосыми глазами ступает тише прочих людей, и он со своим острым гепардовским слухом улавливает тончайшие вибрации звука ее шагов только лишь тогда, когда она уже достаточно близко. А, к примеру, шаги Анаис он слышит издалека.

Любопытная деталь, заставляющая задуматься. Особенно вкупе с ее явно хорошими навыками в обращении с огнестрельным оружием.

– Том, ты… как?

– Я-то? Превосходно, – коротко ответствовал юноша, не утруждая себя подъемом с пола и даже не взглянув на посетительницу.

Джия поглядела на валяющиеся тут и там осколки стекла и маленькую лужицу разлитого вина прямо на полу перед Томом.

– Слушай, я понимаю, то, через что вы сейчас проходите, это отстой.

– Понимаешь? – эхом переспросил Том, и у него вырвался горький смешок. – Минуточку, ты что, тоже высококлассный убийца с внедренными в тебя клетками диких животных? Как там, то бишь, доктор называл? О! Химера? Или, может быть, ты на грани смерти?

– На грани смерти? – нахмурилась Джия. – Что ты имеешь в виду?

– Ах, я и забыл, что ты не знаешь, – он снова налил себе вина и без промедления отпил его. – Мы, кстати сказать, умираем. Я и Джейсон. Потому что что-то еще непонятное было в ходе этого проклятого эксперимента. Ну, конечно, помимо прочего дерьма. Никто не знает почему, но мы стремительно растем. Или, вернее сказать, стареем? Чем дальше – тем быстрее, кажется. Короче, через парочку лет мы наверняка останемся лишь воспоминанием. А, может, и воспоминанием даже не останемся, кто ж тут разберет, в таком-то хаосе?

Глаза Джии расширились.

– Это… это правда?

– Ага, – с вымученной улыбкой произнес Том и поднял, наконец, на нее свои глаза, которые сейчас светились перламутровым блеском, словно от сдерживаемых слез; тут он моргнул, и это выражение вмиг пропало. – Сам удивлен. Живешь, значит, себе, никого не трогаешь, выполняешь данные тебе приказы, потому что тебя так учили и ты ничего другого, по сути, и не умеешь, а тут – на тебе! – ты есть враг человечества номер один. Одни люди тебя боятся. Другие хотят, судя по всему, казнить. Ты вдобавок и сам скоро можешь концы отбросить. Чудо, а не жизнь, правда ведь?

В голосе Тома зазвучали горькие нотки. Под действием алкоголя, как оказалось, гораздо легче выговориться. Ты уже не сдерживаешь себя, а просто говоришь все, что у тебя на уме. Все, что накопилось. Вопрос только, хорошо ли это или нет? Правда, сейчас его это не волновало.

Он налил себе очередную порцию вина. Может, покрепче чего надо было поискать? Виски, например. Хотя и так сойдет.

– А, может, и прав был Джейсон, – пробормотал Том, прикрыл глаза и, привалившись спиной к кровати, стал небольшими глотками прихлебывать напиток.

При упоминании имени Джейсона Джия встрепенулась.

– Кстати, Том, куда ушел Джейсон?

Том открыл глаза и мутными глазами взглянул на Джию.

– Зачем тебе Джейсон? Хочешь привести его обратно? Не стоит. Черт побери, дайте уже нам свободу поступать так, как мы считаем нужным. Мы оба, если честно, уже порядком достались выполнять чужие приказы.