Космическое путешествие

Глава 5

Я проснулся в своём номере, всё казалось каким-то нереальным, научно-фантастическим кошмаром. Хотел бы я, чтобы всё так и было, но, подойдя к окну, я увидел всё тот же марсианский город, что и ранее. Если так подумать, то я толком и не побывал снаружи. С того момента, когда я очнулся в медпункте, все мои перемещения ограничивались лишь этим зданием, нижними этажами, рестораном и самим медицинским пунктом, держу пари, он тоже расположен где-то неподалёку. Что мне теперь делать? Свыкнуться с мыслью, что все на Земле погибнут, а я выживу? У меня даже никого и не осталось на Земле… О чём мне жалеть? Но старейшины обманули их. Считаные часы остаются до смерти миллиардов, а они лишь надеются и ждут помощи со стороны. Да что там ждут, получается, что большая часть землян даже не подозревает, что все они умрут в ближайшее время. Интересно, какой сейчас день недели на Земле? Наверное, если выходной, то многие отдыхают дома, готовят, убирают. Кто-то гуляет со своими семьями… А если будний, то все работают, будь то офис или тяжёлый физический труд, бедняги не подозревают, что это их последний рабочий день. Сколько часов осталось Земле? Я не помню, что точно сказали старейшины, всё слишком туманно. Как мне теперь жить с этим, что я должен делать?
Дверь в номер открывается, заходит Лия. Что мне ей нужно сказать? Как теперь общаться после того раза? Надеюсь, швейцар не рассказал ей, что я принял её за проститутку?! Я сижу на кровати, не могу проронить ни слова.
— Ну и соня же ты. Десять часов проспал. — Она проходит мимо меня, остановившись у окна, оборачивается: — Что-нибудь помнишь?
— Д-да, разговор со старейшинами, я помню, они показали мне ядро, точнее, два ядра, они рассказали мне про Землю, а потом… потом ничего не могу вспомнить.
— Потом у тебя был обморок, неудивительно. О чём они только думали, не нужно было вываливать на тебя столько информации сразу. Думаю, что у любого бы на твоём месте была такая же реакция. Обморок в твоём случае — это защитная реакция организма.
— От чего?
— От шока, разумеется, ты узнаёшь, что все люди на твоей родной планете погибнут, и при этом ничего не можешь с этим поделать. Обморок — как защитная реакция организма на шок.
— Сколько, ты сказала, я проспал?
— Десять часов.
— Что с Землёй? Ядро ещё не угасло?
— Нет, пока ещё нет.
— Слушай, неужели нельзя ничего сделать?
Лия подходит ко мне и садится рядом на кровать:
— Вообще-то, можно, но у всего в этом мире есть своя цена. Нельзя получить что-то, не пожертвовав чем-то. Насколько мне известно, ты так и не увидел Марс во всей своей красе?
— Нет, похоже, что я вообще не был за пределами этого здания, если не считать тот раз, когда только прибыл на планету.
— Понятно, как я и думала, на вот, надень. — Она протянула мне пластмассовые очки.
— Что это, игрушка какая-то? Или что-то вроде бинокля? Аврелий мне уже давал нечто подобное, чтобы рассмотреть город.
— Просто надень, а потом я тебе всё расскажу.
— Хорошо. — Я делаю, как она говорит. Надеваю очки, перед глазами сразу же появляются изображения. Большое здание со стеклянными стенами, во дворе которого бегают дети, наверное, это школа. Монорельс, люди на улицах, площадях, в торговых центрах, в парках. На лавочке сидит женщина, она держит в руках ребёнка, легонько качая из стороны в сторону, убаюкивает малыша, рядом с ней стоит коляска.
— Смотри, Паша, внимательно смотри. Это всё люди, живые люди, может быть живущие лучшей жизнью, чем на Земле, более совершенные в эволюционном плане, но внешне мы ни капли не отличаемся от вас.
Всё так, как она и говорила, если заменить футуристические пейзажи, строения, сооружения Марса, то можно бы было подумать, что мне показывают обычную жизнь людей на Земле. Лия сняла с меня очки:
— Всё, хватит, я думаю, ты увидел достаточно, а теперь пойдём.
— Куда?
— Не задавай лишних вопросов, пойдём же, ну, у нас мало времени!
Мы идём по длинному коридору, Лия держит меня за руку, я молча следую за ней. Она хочет мне показать что-то ещё? Смешанные эмоции переполняют меня, стоит ли с ней поговорить, пока мы идём, или лучше следовать за ней молча?
— Слушай, почему ты не сказала тогда?
— Сказала что?
— Ну, что ты дочь Аврелия, старейшины.
— А это бы что-то изменило?
— Не то чтобы… я не знаю.
— Раз не знаешь, не задавай глупых вопросов.
— Да, но мне сказали, что меня женить на тебе собираются, вообще-то.
Она резко остановилась перед лифтом и, обернувшись, спросила:
— А ты сам этого хочешь?
— Ты очень симпатичная.
— Хм, ещё бы. — Она однобоко ухмыльнулась.
— Но я же совсем тебя не знаю.
— Так! — Она прислонила указательный палец к моим губам. — Хватит пустой болтовни. Заходи. — Лия указала на открывшуюся дверь лифта.
Спустившись на нижние этажи, мы снова очутились в том же помещении, где я был ранее. Зал совета старейшин. Лия не отпускала мою руку, я продолжал следовать за ней.
— Слушай, а это правильно — так заходить сюда? Не думаю, что старейшинам понравится, если они узнают. И откуда у тебя допуск? Швейцар мне сказал…
— Я же просила, хватит пустой болтовни, ты же уже знаешь, кто я.
— Да, но даже если ты дочь…
— Так, всё, т-с-с-с. — Лия отпустила мою руку, в воздухе появилась панель управления, такая же, которая была тогда перед моей ма… у Артемии в ложе старейшин.
Я стоял и молча оглядывался по сторонам, всё ещё испытывая волнение, вдруг нас кто-то заметит… Лии понадобилось больше времени для ввода данных с панели управления, чем старейшинам в прошлый раз. Наконец-то всё затрясло, стена перед нами опустилась, открылся проход в соседнее помещение.
— Быстрее, у нас мало времени! Они скоро прибудут. — Она вновь схватила меня за руку, мы побежали в зал, где было расположено два ядра.
Оказавшись на месте, Лия вновь провела рукой по воздуху, появилась ещё одна сенсорная панель, ввод данных занял у Лии около минуты. Должно быть, второе ядро всё-таки работает? Старейшины обманули меня, но зачем?
— Запомни, Павел, это самый главный выбор в твоей жизни. От того, какое решение ты примешь, будет зависеть, кому жить, а кому умереть.
— Погоди, как это?
— Молчи и слушай. Эти две кнопки на панели: первая отключает Марс от ядра, вторая приводит в движение телепорт на подвижной платформе.
— Я думал, ты хочешь отправить второе ядро.
— Второе ядро не готово, тебе же сказали.
— Но тогда же…
— Всё правильно, либо девять миллиардов менее развитой цивилизации на Земле, либо один миллиард людей на Марсе. Подумай хорошо, но недолго. Спасёшь Землю — умрёшь сам и погубишь нашу планету. Откажешься от спасения Земли, сможешь ли тогда жить с мыслью, что у тебя был шанс спасти девять миллиардов, но ты им не воспользовался?
— Как это, почему я должен принять такое решение?! Такой ценой?
— А кто… как не ты? Единственный в Солнечной системе сын землянина и марсианки.
— Что мне делать?
— Я сделала всё, что могла, дальше решение только за тобой. Ты видел через очки, что мы точно такие же люди, как и вы. Мы тоже живём, радуемся и грустим, мы тоже испытываем боль, страдание, мы тоже имеем право на счастье, на жизнь. Пожертвуешь ли ты Землёй, чтобы мы продолжили жить, или же принесёшь в жертву нашу, более развитую цивилизацию, вместе с тем совершив акт самопожертвования — величайшей добродетели?
Подскажите мне кто-нибудь? Что я должен сделать?! Как же так? Кто-нибудь. Удача, мне нужно чуточку удачи, где ракета, где мой талисман? Кто-нибудь: Анфиса, Артур, Руслан… Шарлотта?! Моя голова трещит по швам, от боли я падаю на колени. Лия больше не разговаривает со мной, она просто смотрит на меня сверху вниз. Лия, что мне делать? Я не могу произнести ни слова. Спасите меня от этого кошмара! Лия? Её лицо начинает мелькать, из раза в раз вид меняется, то это лицо самой Лии, то это лицо Шарлотты, то Анфисы, то Юли из моей далёкой студенческой жизни… И какое-то ещё одно до боли знакомое лицо, но я не могу вспомнить, у всех общие очертания. Помогите мне кто-нибудь, где моя ракета-брелок, верните её… Стас?! Стас! Я снова смотрю на лицо Лии… Саша, Саша, это ты? Нет, я не хочу назад, я не хочу.
— Тревожные переживания!
— Снова?!
— Блокировка воспоминаний, делайте срочно!
— Блокировка не проходит.
— Тогда откат!
— Откат тоже невозможен!
— Да не может такого быть! Всегда же получалось!
— Что делать-то? Прекращаем?
— Нет, попробуйте ещё раз, осталось же совсем немного.
Я встаю с колен. Лия молчит, не двигается. Точнее, это уже не Лия, передо мной другое лицо, лицо человека, которого я любил, которого потерял. Я крепко обнимаю её, как в последний раз, как бы я хотел сделать это в реальном мире. Прости, прости, что пытался жить чужой жизнью, прости, что хотел убежать от прошлого. Это невозможно… это всё невозможно.
— Не проходит! Ни блокировка, ни откат, ничего не работает.
— Да вы посмотрите, он уже во второй раз плачет, давление поднимается, снова.
— Нужно завершать. Даёте добро?
— Да, прекращайте, отключайте его, снимайте шлем, отсоединяйте провода, быстро врача сюда!
«Угроза стабильности». «Угроза стабильности». «Симуляция прервана».
Саша, Саша… как же я скучаю.