Костяная диадема

Глава 10 Первые неприятности

Уже был апрель, я была одной из лучших студенток на потоке, так как усердно занималась, плюс занятия с Мари и прочитанный материал не могли не помочь. Я иногда разговаривала с прадедушкой, и он даже объяснил пару родовых фокусов, точнее не сложных, но удобных заклинаний. Мы всё так же занимались с Мари в бешеном темпе. Ал показал мне боевые заклинания и, как и обещал, вопросов не задавал, а я, увидев, поняла, где тянула не те нити и почему у меня не получалось, так что всё наладилось.

Вот и сейчас я возвращалась с экзамена по контролю над нежитью первого класса. Я сразу пошла в душ, а потом отключилась в своей машинке.

Я выхожу из общежития и иду в сторону леса, чтобы Мари увеличился и мы полетели заниматься, как вдруг меня окружают магистры и начинают атаковать. Я сразу выставляю щиты, причём довольно сильные.

— Ты не должна этого уметь!

— Отдай его нам, и тебя пощадят! — кричат они, а я ставлю щит сильнее и судорожно соображаю, что мне делать, как вдруг пробивают мой щит, и вот секунда — сложное заклинание летит прямо в мою шею, ещё одна — и Мари горит в чёрном огне, ещё одна — и он осыпается пеплом, а я плачу и сметаю магистров чистой тьмой. Тут что-то тыкается мне в живот, и я просыпаюсь.

«Началось», — печально говорит Мари и указывает на комнату, тут вокруг моя тьма, и я вся мокрая.

«Было страшно?»

«Да, а потом была злость. Сильная».

«Надо контролировать, твоё испытание началось. Тебе нельзя срываться, особенно во сне. Днём тоже придётся стараться, чтобы никто не понял твоё состояние».

«Значит буду», — устало сказала я и, поняв, что ещё ночь, упала обратно на подушки.

Я полтора месяца ходила дёрганная и злая, постоянно всё и все раздражало, хотелось спать и вообще… Мари теперь был постоянно со мной и несколько раз вешал высшую иллюзию меня на меня же, когда я сорвалась на слишком довольных парнях во время завтрака. Я всё говорила и говорила, но меня, к счастью, не слышали, так как дракончик вовремя посуетился. Я старалась не показывать своё состояние, но было действительно трудно, так как тренировки стали ещё сложнее и жёстче, потому что мне нужно было избавляться от магии, чтобы не разнести всё к чертям.

Сейчас был конец года, и, к счастью, все были слишком заняты своими хвостами и сессией, чтобы обращать на меня внимание, но друзья пару раз спрашивали, точно ли всё в порядке. Я ссылалась на ПМС — все вопросы резко отпадали, а потом все были заняты собой. У меня уже всё сдано, так как половина стоит автоматом, а остальное я сдала одной из первых.

Вот и сейчас, закончив отвечать на карточку по нежити первого и второго класса, услышала:

— Зачёт. Похвально такое рвение в учебе, адептка Грей. Это у вас последний предмет? — участливо спрашивает Де Файре, а я хочу, чтобы он заткнулся и пойти спать.

— Да, — максимально вежливо отвечаю я, чтобы он не понял, как сейчас близок к смерти. Он как-то заинтересованно-удивлённо посмотрел и, вернув себе прежний вид, сказал:

— Что ж, тогда удачных каникул.

Я сразу же вышла и вернулась к себе в комнату. Спустя три часа сна-кошмара я была всё ещё злой и не выспавшейся, но документы были уже в деканате, так что ректор удивился, но знал, что я не пойду на Землю, а останусь тут у друга на ферме. Пока студиозы ещё сдавали последние предметы, я отправила магпочтой записки Алу и Элу, что уехала, и, собрав необходимые вещи, вышла, пока никого не было. Комната моя на все шесть лет обучения, так что можно не переживать.

Я дошла до крайнего полигона, тут никого не было, поэтому я произнесла заклинание невидимку, и после этого Мари слетел с моей шеи на землю и начал увеличиваться, только в этот раз не в два метра, а в свои настоящие десять.

«Лететь далековато, так быстрее», — пояснил он, а мне было как-то всё равно, так что я залезла на опущенную шею, перекинув спортивную сумку за спину, села между шипов, и Мари взлетел.

Через какое-то время я заснула, и это был, наверное, самый спокойный сон за последние пару месяцев. В полёте я вообще ощущала себя гораздо легче.

Мы приземлились прямо возле входа в огромный замок с пятью башнями со шпилями. Он был в готическом стиле, но довольно простым при этом величественным.

— Вау, — протянула я.

Я сначала осмотрелась снаружи. Тут, наверное, был сад, так как скамеечки из резанного дерева остались. Собравшись с силами, подошла и положила руку на дверь. Я хотела её открыть, но она открылась прямо передо мной. Я зашла в просторный холл, напротив была лестница, а по бокам — широкие коридоры. Потолки были очень высокими, как и окна: довольно узкие, но их много и все доходили до потолка.

Я пошла направо, было такое чувство, будто я в прошлом, и тут ходят десятки, сотни некромантов по этим коридорам и наполняют замок магией смерти. Я шла мимо комнат, решив оставить их на потом. В конце правого коридора были огромные резные двери, а сам коридор уходил налево. Я решила открыть дверь, но тут опять они сами открываются, предугадав моё желание, и я попадаю в обеденную.

Тут, как и во всём замке, темные каменные стены, но при этом висят огромные красивые гобелены. Подсвечники в углах комнаты и хрустальная люстра вверху, но она немного вычурная. Мне кажется, тут было бы атмосфернее, если бы остались только свечи, а люстра исчезла.

— Как? — вслух спросила я.

— Добро пожаловать, истинная Де Виль, — говорит женщина в возрасте, но при этом она стройная и ухоженная, выглядит просто прекрасно, о чём я и сказала.

— Спасибо, милая, давно мне такого никто не говорил. Я — дух-хранитель этого замка и подчиняюсь только тебе, так что стоит тебе приказать — и я сделаю, особенно это касается убранства замка. Он твой по праву.

— Просто мне показалось, без этой люстры тут сохраняется атмосфера…

— Некромантов, — добавляет она. — Сразу видно, кто ты. Её добавили Де Файре когда-то давно. А твои праотцы не могли терпеть ничего подобного, истинные некроманты.