Костяная паучиха

Глава 10. Мия

Кровать была неудобной, постельное бельё сырым и с запашком, а в матрасе, похоже, кто-то копошился – и хорошо, если мыши, а не клопы или черви. От стен веяло холодом, словно сейчас середина зимы, сколько бы Мия ни жалась к огню камина, никак не могла согреться.

“Проклятье, – кутаясь в пахнущее сырой псиной одеяло, ругалась она. – Я же мёртвая! Я не должна мёрзнуть!”

Порадовавшись, что мертвецам сон не нужен, Мия провела ночь, накапливая энергию. Пусть по капле, но едва ли у церковников найдётся ещё один ненужный послушник.

Но сколько бы она ни медитировала, силы не прибавлялось. Должно быть, это влияние Проклятых земель. Животные первыми почувствовали Проклятье, от того в замке ни одной кошки, а во дворе нет собак. Растения держались чуть дольше, бежать они не могли и медленно умирали.

Понимал это караванщик, потому поспешил уехать, не остановившись в замке для отдыха.

В какой-то момент, хотя Мия не заметила, чтобы на улице стало светлее, в комнату впорхнули служанки. Бледные, тощие девицы, страдающие малокровием. Они согрели воды и помогли обмыть тело, подкрасили лишённое красок лицо, помогли облачиться в новое платье и собрали волосы в замысловатую причёску. На шею повязали платок в несколько слоёв, а когда Мия высказала удивление, рассказали о модных веяниях столицы.

“Не всё ли равно в этом захолустье, что носят в столице? – подумала Мия, поправляя белый шёлк платка. – Впрочем, не мне, большую часть жизни прожившей в лесу, судить об этом”.

Завтракали в узкой зале, убранной в белых и жёлтых цветах, словно это могло разогнать сумерки, павшие на замок из-за туч. Церковники были уже тут. Стоило Мие войти, как инквизитор вцепился в неё взглядом, словно она у него денег заняла и все тридцать пять лет не отдаёт.

Словно в насмешку, слуги посадили их напротив, окончательно испортив аппетит мастеру инквизитору.

Мия вежливо разрезала блюдо на несколько кусочков, но есть не стала. Мёртвые не испытывают голода, а те, что испытывают, становятся её работой и должны быть упокоены. Даже если бы она нуждалась в пище, всё равно не смогла бы есть под столь суровым взглядом.

Страха перед инквизитором Мия не испытывала. После того, как выяснилось, что это он отсёк ей голову, Мию подмывало хлопнуть того по плечу и бросить какую-нибудь глупую шутку по этому поводу. Как можно злиться на того, кого она буквально заставила поднять меч.

Злилась она за пробуждение, но недолго. Отчего-то церковники не взяли с собой ни одного мага, и единственное, что не даёт поотрывать им головы, это нелюбовь Мии к бессмысленным убийствам и украденное сердце.

Кстати о сердце!

– Для человека, что украл сердце мёртвой девы, вы какой-то хмурый, – обратилась она к инквизитору, и тот замер от неожиданности, не донеся ложку до рта. – Ну же, улыбнитесь, вы первый в истории мужчина, которому это удалось!

Мия улыбнулась ему самой обаятельной из своих улыбок. Возможно, сказался недостаток опыта, в прошлом у неё было не слишком много поводов для улыбок, инквизитор бросил ложку и скорчил такую хмурую гримасу, что, казалось, вот-вот надорвётся, не выдержав уровня хмурости.

– Вам бы следовало помолчать, – после паузы выдавил он.

Граф и гости с любопытством поглядывали на них. Похоже, иного развлечения во время завтрака не подразумевалось.

– Отчего же? – наклонила она голову набок. – Неужели Костяная Паучиха не в кандалах и в одежде вызывает у вас такое сильное несварение?

Епископ рядом подавился и тоже изобразил хмурый взгляд. Мия намеренно дурашливо оскалилась в ответ.

Граф Виланд, сидящий во главе стола, закашлялся, пытаясь скрыть улыбку.

После завтрака гостей пригласили в отдельный кабинет, куда подали пирожные и кофе. Откуда у графа деньги на заморские зёрна? Мия слышала о кофе, читала о нём, но вживую увидела впервые.

Епископ Арно попробовал и, поморщившись, отставил в сторону. Мастер инквизитор сделал глоток, с удивлением посмотрел на крохотную белую чашку, налил ещё и развалился в кресле. Граф Виланд кофе проигнорировал, упал в своё огромное кресло у камина и поднял бокал. Словно соткавшийся из теней, за его спинкой возник эльф и наполнил сосуд густым красным вином.

Кожа покрылась мурашками, среди ароматов кофе и алкоголя Мии почудился запах крови.

– Как вам замок? Достаточно ли расторопны слуги? Нравится ли вам наша кухня? – спросил Виланд, раскрутив вино в пузатом бокале и выпив всё в один глоток.

Нетерпение?

– Всё прекрасно, благодарю, – сцепив пальцы на животе, отозвался епископ

– Я заметил, что вы ничего не поели? – обратился Виланд к Мие.

– Вы знаете одно из моих прозвищ, но не знаете, почему я не ем и не нуждаюсь во сне? – невольно улыбнулась она.

К чему эти расшаркивания?

– Давайте перейдём к сути? – первым не выдержал мастер инквизитор и тут же бросил Мие: – А вам стоит подождать за дверью.

– Только если вы составите мне компанию, – уже привычно оскалилась она, заведя руки за спину.

Потерев пальцы, Мия создала крохотного белого паучка и отпустила ползать по комнате.