Кот, который шел назло всем

Термометр, Весы и Зародыши Величия**

**Глава 18:

Утро в Империи встретило их непривычной тишиной и чистым солнечным светом, льющимся в окно. Ни треска мусорных баков, ни злобного рыка дворняг, ни скрежета машин. Только тиканье часов, далекий гул города и... два разных по тембру храпа. Один – низкий, басовитый, с перекатами, как далекий гром (Барис, распластавшийся на диване, заняв вселенскую вмятину). Второй – тонкий, посапывающий, с легким присвистом (Черныш, свернувшийся в черный шарик на своей подушечке у края трона).

Лена проснулась первой. Не от будильника, а от этого странного, нового ощущения **покоя**. Она лежала, слушая дуэт храпов, и смотрела на рыжую гору на диване. Под слоем чистой шерсти все еще проступали ребра, были видны белые повязки на самых глубоких царапинах, но его грудь поднималась ровно и глубоко. Он *спал*. По-настоящему. Не в полудреме настороженности, а в глубоком, восстановительном сне победителя. Рядом черный шарик тоже дышал ровно, его крошечные лапки иногда подергивались во сне – наверное, гнался за мухой-мечтой. Лена улыбнулась. *Они дома.*

Тишину нарушил Черныш. Он проснулся внезапно, сел на подушечке, широко раскрыв зеленые глаза, полные удивления и легкой паники.
— Где я? — прошептал он, озираясь. Потом увидел рыжую гору, и паника сменилась восторгом. — Ваше Величество! Мы дома! В королевстве! И тут... тут тепло! И пахнет... — он втянул носиком воздух, — ...не мусором! А чем-то... вкусным? И... и чистотой? — Он осторожно слез с подушечки, подошел к краю дивана и ткнулся носом в простыню. — Мягко! И не колется! Ура!

Его восторженный писк разбудил Бариса. Император не открыл глаз сразу. Он потянулся всем своим длинным телом, выпуская когти и впиваясь ими в диванную ткань с блаженным скрежетом. Потом разомкнул челюсти в титанической зевоте, показав острые, чуть пожелтевшие клыки, и наконец приоткрыл один желтый глаз.
— Кто... кто осмелился орать в королевских покоях на рассвете? — прохрипел он, голос все еще слабый, но с явной попыткой восстановить привычный тон. — А, это ты, Пятитысячник. Нашел небо на полу? Или опять холодильник заурчал?

— Нет, Ваше Величество! Просто... просто я проснулся! И тут так хорошо! — Черныш запрыгнул обратно на диван, но не посмел приблизиться к Императору, сев в почтительном отдалении. — А что мы будем делать сегодня? Ловить мух? Исследовать королевство? Искать врагов?

— Сегодня, — Барис тяжело перевернулся на другой бок, подставляя солнцу менее пострадавший бок, — мы будем... спать. Восстанавливать императорские силы. А ты... — он приоткрыл второй глаз, — будешь вести себя тихо. Как мышь. Немой мышь. Идеальная мышь. Понял?

— Понял! — Черныш кивнул с энтузиазмом, тут же забыв про обещание. — А что там за дверь? Та, которая не холодильник? Там тоже королевство?
— Кухня. Там рождается еда. И туда без приглашения не ходят. Особенно пажи. — Барис закрыл глаза, давая понять, что аудиенция окончена. — Тишина.

Но планам на спящий день не суждено было сбыться. Дверной звонок прозвучал как сигнал боевой тревоги. Барис вздрогнул, приподнял голову, уши насторожились. Черныш вжался в диван, испуганно глядя на входную дверь.
— Кто это?! Враги?! Львы на колесиках?!

— Спокойно, это доктор, — сказала Лена, уже выходя из кухни. Она выглядела бодрее, но тени под глазами выдавали бессонные ночи. — Ветеринар. Он пришел проверить вас, героев. Все будет хорошо.

Появление ветеринара – молодого, улыбчивого парня с огромной сумкой – внесло в Империю хаос.

**Барис vs. Термометр:** Это была эпическая битва. Как только врач достал электронный термометр, Барис, забыв про слабость, превратился в рычащего, шипящего дракона. Он выгнул спину, распушил хвост (который все еще напоминал облезлую метлу) и издал предупреждающий рык: "*Держись подальше от королевского зада, смертный! Я не позволю осквернить святыню этим... этим холодным штыком!*" Потребовались усилия Лены, папы и лакомого кусочка курицы, чтобы удержать его достаточно долго для быстрого замера. Термометр пискнул, показав нормальную температуру, но взгляд Бариса говорил: "*Это личное оскорбление. Я его запомнил. И эту штуковину тоже.*"

**Черныш vs. Весы:** Для котенка все было в диковинку. Весы он воспринял как интересную игрушку. Когда врач поставил на пол маленькие электронные весы и жестом пригласил Черныша, тот подошел с любопытством, обнюхал, а потом... запрыгнул! И стал топтаться, пытаясь понять, что происходит. Весы запищали, показав жалкие 1,2 кг.
— Ой! Оно пищит! — обрадовался Черныш. — Это музыка? Я тяжелый? Я как настоящий лев?
— Как очень маленький, но боевой лев, — улыбнулся ветеринар, записывая данные. — Молодец.

Осмотр Бариса был тщательным. Врач качал головой, видя следы истощения, заживающие раны, слушал сердце и легкие (Барис бурчал, но терпел под рукой Лены), ощупывал суставы.
— Он чудом выжил, — констатировал врач. — Сильнейшее истощение, обезвоживание, стресс, паразиты... Но сердце – богатырское, дух – несгибаемый. Антибиотики для профилактики инфекции в ранах, обработка от блох и глистов (снова возмущенный рык Бариса), усиленное, но *очень* дробное питание. И главное – покой. Много покоя. Он должен отъесться и восстановить силы. Шерсть отрастет, раны заживут. Но это займет время. Месяц, а то и больше.

Осмотр Черныша прошел быстрее. Котенок оказался относительно здоровым, просто очень худым, обезвоженным и напуганным. Те же обработки, усиленное питание, наблюдение.
— Порода? — спросил папа, пока врач делал Чернышу укол витаминов (котенок пискнул, но стойко выдержал, глядя на Лену с полным доверием).
— Здоровье хорошее, а порода... — врач улыбнулся, глядя на Черныша, который после укола решил исследовать его сумку. — ...самая что ни на есть дворянская. Дворянин с помойки. Или, как говорят ученые, беспородная домашняя кошка. Но с характером, вижу. И с покровителем.

После ухода ветеринара и приема первых таблеток (спрятанных в кусочке курицы для Бариса и в пюре для Черныша), настало время **установления правил.**