Кот в мочиле и Саша

Часть 10 Одна ведьма – неприятность, а три – стихийное бедствие.

10.1

Хорошо, что сегодня был выходной день, и никуда не нужно было идти. Маре, конечно же, потому что я специально распланировала свой приезд подобным образом.

Ночью она принялась мастерить для Эппы домик, смахивающий на скворечник, в своей спальне.

Я пыталась достучаться до ее здравого смысла, акцентируя внимание на том, что летучие мыши спять вверх ногами, и следует беспокоиться только о пищеварении этой летающей собаки. Потому что если она начнет гадить прямо в спальне, то скоро Маре придется спать в гостевой. И у Эппы будет не какой-то там скворечник, а полноценная спальня.

Возможно, она не отказалась бы от своей безумной идеи, но из-за стенки раздраженно забухал в стенку сосед.

Только после этого Мара вступила в дискуссию с фамильяром и та ей сказала, что идеально будет, если спать они лягут рядом. Для закрепления связи.

Я тут же прокрутила в голове варианты и вспомнила кованую вешалку внизу. Мы заволокли её в спальню и поставили впритык к кровати. Эппа тут же повисла вниз головой, укутавшись крыльями. Её мордочка качалась недалеко от головы Мары, и это было так мило!

Михе, допущенному в спальню Мары, было всё интересно. Он нюхал и изучал мебель, а затем забрался в шкаф, и затаился в нём, следя за тем, как мы обустраивали быт Эппы.

Не известно, для чего он это сделал, но искать нам пришлось его хором. И только из-за того, что я не отпускала Мару, нам помогла Эппа, приведя к его схрону.

Он тут же начал возмущаться. Я сделала внушение и пообещала, что если он не угомонится, то оставшееся время будет на диете, благо еду здесь можно купить какую хочешь, и мы не в лесу. Кот вышел из комнаты. будто одолжение сделал. Нет, не так, он царственно покину опочивальню хозяйки. 

Угомонились мы ближе к утру. Спали не долго, в дверь Мары кто-то настойчиво забарабанил ближе к девяти.

- Неужели у ведьм в этом мире карма такая? По всему выходит, что они сумрачные существа, и нет чтоб им дать поспать, простые смертные норовят разбудить пораньше, будто считают, что у той рабочий день с девяти.

Сначала я растолкала подругу, потом мы спустились вниз, я завернула на кухню, а она – открывать дверь.

- Мара, доброе утро, — донесся до меня мужской голос. Я замерла и удивленно высунула нос из кухни.

Кнопа и ее муж стояли в прихожей, причем наша третья подружка выглядела чопорно и порядочно, под стать мужу.

- Мара, на вас вся надежда, — не сочтите за наглость, но меня вызывают в управление – а у нас запланированный шопинг, — мужчина мялся в дверях, косясь на недовольное выражение лица второй половины.

- Может вы составите компанию душечке?

- Да, без проблем, через часик могу.

Он взял жену за руку и заглядывая ей в глаза принялся извиняться, — но кто же знал, душечка, чрезвычайное происшествие, Вулки Главного съел что-то и теперь лежит, и воет, я должен разобраться.

- Вулки? – я не сдержалась и вышла в прихожую.

Муж Кнопы, увидев меня дернулся. Окинул нас троих сканирующим взглядом и вздохнул.

- Надеюсь, что ты не влезешь в какую-нибудь неприятность. Распродажи, примерки, — вы же тоже любите покупки, девочки?

- Очень, — кивнула я, — вот приехала специально, такие скидки бывают раз в году.

- Точно, а меня вызвали, — поэтому должен откланяться, и надеюсь на вас, — глянул он на нас с Марой по очереди.

Еще целую минуту после того, как за ним захлопнулась дверь, мы стояли тихо, вслушиваясь в звуки, доносящиеся с улицы, и только после этого Кнопа отмерла.

- Девочки, как же я рада вас видеть! – и стащила с головы шляпу, больше похожую на котелок, с соском сверху.

- Вы даже не представляете сколько сил я вбухала в разработку этой операции, — давайте чаю попьем что ли, а то я так нервничала, что не позавтракала.

- Мы не нервничали, но тоже не позавтракали еще.

На слово завтрак со второго этажа прибежал Миха. Обнаружив нового нахлебника, принялся ворчать, норовя занять своей толстой задницей стул у стола.

- Пугáвка, ты зачем ему всех вулкулаков отдала? Он же помещался на этих зверюгах. Распродал большую часть, нахваливая так, будто ты их селекцией занималась лет десять минимум. Троих у нас в поместье оставил, дрессирует, заставляет нас с сыном сидеть у них в загоне по часу каждый день. Вот делать мне нечего, как по вечерам смотреть на их игры. Но малому нравится. Аукает, норовит на них залезть, у меня иногда сердце из груди выскакивает, когда он в их играх пытается принять участие. Это же дикие звери!

- Ну, не совсем дикие. Они все понимают, прекрасно поддаются дрессуре. Им можно поручить достаточно большой перечень задач. А главное – они преданные.

- Так это ты моему мужу напела эту считалочку?

Да не пела я ничего. Он приехал рано утром, и начал втолковывать, что восхищение жены зверьём, живущим в Смрадном лесу очень дорогого стоит. А особенно ценно лично для него то, что отыскали тебя и в лоно семьи вернули.

— Вот дура я, — застонала Кнопа, — нужно было признаться, а не придумывать крайних.

- А я тебе говорила! – поддакнула Мара, — а ты заладила, не поймет он, нужно переключить его внимание на посторонний объект.

- Так они же так классно пели! – зажмурилась Кнопа.

Я выставила тарелки с завтраком на стол, Миху же поманила на пол.

- Да пусть сидит, — Мара встала и вышла, вернулась она на кухню со стулом, и заработала признательные гляделки от моего кота.

— Это так на тебя не похоже, — протянула Кнопа.

- Что? – подняла взгляд от своей тарелки Мара.

- Ну, животное, за столом! И ты за стулом сама пошла, а не согнала его на пол!

- А, вот кстати, — я попыталась рассказать причину такого невероятного превращения.

- Я сама, м Мара кивнула на тарелки, — после завтрака.

- Что сама? – у Пуговки глаза засветились любопытством.

«Расскажу и покажу, почему я так благосклонно воспринимаю эту меховую рожу.»