Котец твоему спокойствию, чудовище!

9

Кот что-то пробубнил себе под нос и с гордым видом аристократа, запрыгнул на стол и виляя попой направился к тарелке герцога.

– Что ты собрался делать, неугомонный? – поинтересовалась я.

– Есть. Думаешь ты единственная оголодавшая?

Я не стала ему ничего доказывать и спорить. По-моему, это было бесполезное творчество. Причем, я так и не выяснила характер привязки. Вот сейчас поем и пойду лягу спать, просплюсь и примусь за месть. Этот герцог еще пожалеет! Если ему все-равно на ком жениться, так пусть выбирает из местных. Богатый, молодой, со странностями, но последнее уже можно как-то стерпеть.

Он обращался ко мне как к баронессе, насколько я помню, это низший титул аристократии. Правда, в этом мире может быть иная логика. Ну даже если так, чего он привязался к этой Анн Мерсье? Уверена, в его герцогстве много желающих удачно выдать свою дочь замуж.

С этими мыслями, я не заметила как съела свой ужин, и как мой блохастый предатель доел содержимое тарелки хозяина поместья.

Выйдя из-за стола, я бросилась убирать посуду, но, не разобравшись, куда ее ставить и где мыть, а также вспомнив, что я, так сказать, госпожа и негоже мне руки марать, направилась к выходу, к той самой двери под портретом. Показав язык портрету и послав изображенного на нем на три буквы, я покинула столовую, пропуская кота вперед.

Признаться, такая гробовая тишина пугала. Вспомнилось прошлое, мне как сироте после приюта выделили однокомнатную квартиру в свеже выстроенном доме. Очень быстро два сданных дома переросли в целый городок. С одной стороны было удобно, что теперь под боком был и магазин, и спортивный зал, и автобусы ходили часто. Но, с другой, чем больше становился район, тем больше было проблем. Гоняющие день и ночь на мопедах и машинах, громко играющая музыка, орущие соседские дети, пытались перекричать телевизор других, шарканье тапок соседей выше. В общем, тишина мне только снилась.

Сейчас было настолько тихо, что я слышала стук собственного сердца. От этого становилось страшноватенько. Нужно было первым делом узнать есть ли в этом мире что-то по типу автоматической музыкальной шкатулки или может в магическом мире было что-то покруче. Я открыла дверь в покои, где недавно переодевалась. Довольный кот вошел внутрь. Закрыв дверь на шпингалет и на всякий случай подставив стул, направилась к кровати. Прилегла, стала рассматривать висевший над головой балдахин. Мысли мести крутились в голове, они рукой сняли весь сон и усталость.

Я привстала и посмотрела на Морисса, который с довольной мордой вылизывал лапу, сидя на полу. Его наглость не знала границ, но, признаться, он был единственным, кто хоть как-то ориентировался в этом безумном мире.

– Ладно, блохастый, давай начистоту. Ты знаешь, что за проклятие на герцоге? И почему он так уперся в эту чертову свадьбу?

Кот фыркнул, словно я спросила что-то из ряда вон:

– Аня, я кот, а не хранитель герцогских тайн. Моя хозяйка, ведьма, сказала: найди девчонку, приведи к герцогу, выдай замуж. Всё. Остальное – не моя забота.

–Ну, конечно, – я закатила глаза. – А то, что я не Анн Мерсье, тебя не смущает?

– Смущает, – признался Морисс, прищурив глаза. – Но хозяйка не ошибается. Если она выбрала тебя, значит, ты зачем-то здесь нужна. Может, ты и есть та, кто снимет проклятие.

– Проклятие? – я вскинула бровь. – Так, погоди, ты знаешь больше, чем говоришь. Выкладывай, что за беда с герцогом?

Морисс зевнул, потянулся и спрыгнул на пол, явно наслаждаясь моим раздражением.

– Ладно, ладно, не шипи. Слухи ходят, что герцог в молодости знатно погулял. На двадцатилетие напился так, что боги решили его проучить. Прокляли его и всё поместье. Днем он – чудище, слуги – мебель, а поместье ветшает. Говорят, только настоящая любовь может это исправить. Ну, знаешь, как в сказках.

– В сказках? – я чуть не поперхнулась. – Ты серьезно? Я должна влюбиться в этого надменного типа, который орет и стучит кулаком по столу? Да я скорее в тебя влюблюсь, блохастый!

– Мяу, я польщен, но ты – не в моем вкусе, – кот ехидно ухмыльнулся. – А если серьезно, Аня, герцог не такой уж плохой. Он просто... запутался. Двенадцать лет в этом кошмаре кого угодно сделают нервным.

Я задумалась. Если верить Мориссу, герцог не просто богатый маг с дурным характером, а человек, запертый в ловушке. Но это не моя проблема!

Я хочу домой, в свою квартиру, к Полинке, к нормальной жизни, где коты не говорят, а мебель не здоровается.

– Хорошо, – сказала я, складывая руки на груди. – Допустим, я остаюсь на день. Что мне делать? Сидеть и ждать, пока этот Клод явится вечером и начнет снова орать?

– А ты не сиди, – Морисс хитро прищурился. – Ты же хотела ему насолить? Вот и начни. Поместье большое, возможностей для пакостей – море.

Я ухмыльнулась. Идея мне нравилась. Если герцог думает, что я буду послушной невестой, он сильно ошибается. Русские девушки так просто не сдаются!

– Отлично, блохастый. Пойдем искать, где тут можно похозяйничать.

Мы с Мориссом двинулись по коридору, который выглядел так, будто его не убирали лет сто. Паутина свисала с углов, пыль покрывала все поверхности, а где-то вдалеке послышался подозрительный скрип. Я замерла.