Котенок, дочь медведя или одиночка со значком.

Глава 2.

На работе нас посадили рядом с миловидной женщиной — оказалось, это жена шефа участка. Её звали Нюра, а шефа — Дин. Она заняла нас с Ирой, и мы сами не заметили, как уже что-то рисовали и разукрашивали. Видно, опытная мать. Вскоре нас ещё и на дневной сон уложили обеих. Мы обернулись на стуле и свернулись общим клубочком.

— Опаньки, ещё один батистовый котенок, черненький.

Услышала я сквозь сон, кажется, его зовут Януш. Меня едва касаясь, погладили по головке.

— Она такая крошечная, даже мои дочки были крупнее при первом обороте, — вздохнула Нюра.

Через некоторое время сквозь сон я уловила запах Димы. Он тихо сказал рядом:

— Мила, смотри, какие крошки. Это Ира, а это Юля.

Потом он отошёл, и я не слышала, о чём он говорил. Проснулась я на коленях у Димы в виде котёнка. Потянулась, выпустив когти в его ногу.

— Ай, милая, осторожно с коготками. У тебя они очень острые.

Рядом мигом оказалась Нюра и помогла вытащить мои застрявшие когти из штанов Димы. Забрала меня к себе на руки и поцеловала в нос. Дима потер пострадавшие места и пошёл к целителю. Я проводила его удивлённым взглядом.

— Твой вид называется батист, и у твоего вида самые острые когти.

Женщина как-то поняла, что я сейчас превращусь, и придержала меня, чтобы я не упала.

— А что я могу порезать? — спросила я, вися у неё на руках.

Она посадила меня себе на бедро и обняла. С удовольствием обняла её и принюхавшись поняла: она кошка.

— Много что, но шкуру любую проткнёшь.

— Я собакам шкуру попортила, а у Иры не получилось.

— Собакам? — удивилась Нюра.

— Там, где нас держали на ночь, выпускают двух больших собак, — объяснила Ира, — и мы на ночь сами прячемся в клетки, чтобы они нас не съели. Эти гадины проверяют каждую ночь, закрылись мы или нет. Одна к Юле лапу засунула, чтобы проверить дверцу, она её когтями цапнула и рассекла кожу. У меня так не получилось, хотя у меня когти острее, чем у волчат.

На это нам ничего не сказали, но я видела, как полицейские переглянулись. Дин вышел из своего кабинета и подошёл ко мне с Нюрой и Ирой.

— А где Дима?

— К целителю пошёл, у Юлечки очень острые коготки.

— Да, точно, — шеф чуточку смутился, — детки это только познают.

Дима вернулся через пару минут, и шеф его обрадовал.

— Есть два свободных места в садике, там, где мои котятки. Можем сейчас подъехать вместе.

— Нюр, поедешь с нами?

— Да, конечно. Девочек явно нужно поддержать.

— В садике хорошо, кормят, — вздохнула Ира.

Взрослые переглянулись. Они явно сдерживали много слов, не предназначенных для детских ушей.

В садике сначала оформили какие-то документы на меня с Ирой, назвали нас сестрами, а Диму — нашим отцом. Придётся привыкать, наверное. Поживём — посмотрим. Если нас не вернут тому психу, придётся привыкать к нему как к отцу. И раз я попала в тело ребёнка, нужно как-то адаптироваться, а то сойду с ума… Особенно учитывая, что в пятьдесят это тоже ещё дети.

— Юленька, я вас буду забирать после садика, — сказал Дима. — Сегодня вы останетесь буквально на три часа, а потом я приду за вами.

— А если нет? — спросила я раньше, чем подумала.

— Значит будут звонить мне и Нюре, — сказал Дин. — Я всё же начальник твоего отца. И вон мои кнопки летят, может, подружитесь.

К нам и правда подбежали трое девочек, а потом ещё двое ребятишек. У Дина с Нюрой в садик ходило трое младших детей, среди них были две дочки-близняшки. А ещё одна парочка, подбежавшая к нам, была друзьями этих троих детей — близнецы, медвежата Миша и Таня. Эта весёлая компашка увела нас в группу играть. Я больше сидела и наблюдала за детьми.

Воспитателей и нянь предупредили, что мы с Ирой уже превращаемся, и поэтому нужно следить, чтобы нас не задавили — особенно одного крошечного котёнка. Я пока больше молчала, а за нас двоих болтала Ира.

Приход Димы я ждала у окна с новыми друзьями. Они тоже родителей выглядывали. За тройкой детей Дина и двумя медвежатами пришла няня, это нам Мия сказала. А ещё брата и сестру забирают из школы, которая находится в этом же большом здании.

Первой пришла няня наших друзей, и мы с Ирой напряглись и испуганно посмотрели на воспитательницу.

— Наташа, не уходи с детьми. У твоих подопечных друзья появились, и им пока страшно оставаться одним. Подождите вместе их отца.

Ждать пришлось недолго — минут пятнадцать. Дима явно спешил к нам, был запыханный. Мы, не прощаясь, убежали к нему и уже с его рук махали новым друзьям «пока».

— Как в садике?

— Хорошо, — спокойно ответила Ира. — Кормят очень вкусно! А ещё у нас друзья появились! Их няня домой забрала.

— Юль, что скажешь?

А я просто обняла его за шею. Горло сводило спазмом, и я не могла говорить. Я всё же ощущаю себя не взрослой теткой, а мелким испуганным ребёнком. Вот как так, а? Благо от меня ответа не требовали — могла помолчать.