Котики для мисс Ведьмы

Глава 10. Второе испытание

Меня разбудило настойчивое, почти физическое ощущение — на меня смотрят. Не с привычной ненавистью или презрением, а с холодным, изучающим любопытством, словно я редкий экспонат в музее. Не открывая глаз, я просканировала комнату своим шестым чувством — злобы не было, лишь тихое, сосредоточенное внимание. Что ж, пора встречать гостя.

Я тяжело приподнялась на локте, и мой взгляд столкнулся с тем, кого я списала на галлюцинации от переутомления. Он сидел в кресле у окна, залитый утренним светом, и выглядел так, будто сошёл с обложки журнала для ведьм о «Топ-100 самых желанных фамильяров».

Его существование в моей убогой реальности было статистической погрешностью, розыгрышем судьбы.

— Э-э… — блестяще начала я, мозг лихорадочно пытался проснуться окончательно. — А ты… всё ещё здесь? — в голове пронеслись обрывки воспоминаний: спасение из канализации, временная связь, деньги на брата…

Я была на сто процентов уверена, что он исчезнет, прихватив мои жалкие сбережения. Это было бы логично.

Я нахмурилась. Связь между нами была тоньше паутины — несколько дней без энергообмена, и её как будто и не было. Да и любой уважающий себя фамильяр мог разорвать её одним усилием воли.

Коты — создания гордые и свободные, их не удержать на цепях долго. Разве что на брачных, да и те не вечны.

— Ты… привязала меня, — его голос звучал почти испуганно. Он и сам, кажется, не мог в это поверить.

Я зависла, пытаясь осознать масштаб этой фразы.

— И… ты хочешь сохранить эту связь? — спросила я, садясь на кровати и смахивая с лица непослушные рыжие пряди. Такого поворота я точно не ожидала. Я готовилась к краже, к побегу, но не к этому.

— А разве не должен? — теперь он смотрел на меня с тем же недоумением. — Ты сильная ведьма из одного из могущественных Домов. Я думал, мы договорились: ты даёшь защиту мне и моему брату, а я — своё послушание. Я ошибся?

Я с раздражением потерла лицо, глянула на магические часы на стене и едва сдержала крепкое словцо. Ужин пролетел мимо, до следующего испытания — считанные минуты.

И тут меня осенило, как гром среди ясного неба — я даже имени его не знаю! Спасла от голодной смерти, связала магией, вынудила выложить всю свою печальную историю, а самое элементарное упустила!

— Я слабо представляю, как именно я могу спасти твоего брата, но попытаться готова, — вздохнула я, сгребая в кулак свою медную гриву. Резинка куда-то запропастилась. Привычка не прятать волосы всё ещё была новой и вызывающей. — Но есть нюансы.

Вызывающий вырез на платье задрался куда выше, чем ему положено, обнажив бедро. Я рывком поправила его, делая вид, что так и задумано — мол, это мой дерзкий стиль. Котик — пусть пока будет Безымянный — смотрел на меня с тихим, непроницаемым изумлением.

— Твой Дом в десятке сильнейших, — констатировал он, как нечто само собой разумеющееся.

— Послушай… как тебя, собственно, зовут? — начала я, чувствуя, как жар от стыда разливается по щекам. Говорить надо было быстро, испытание ждать не станет.

— Дориан, — его имя прозвучало, как струна, тихо дрогнувшая в тишине. Элегантно. Слишком элегантно для моей комнаты.

— Дориан, — повторила я, вставая. — Ты, должно быть, меня не расслышал или не понял в прошлый раз. Я — брак. Сбой в системе. Моя магия — это неуправляемый шторм в стеклянном сосуде. Я — живое напоминание о позоре для этого Дома. Связываясь со мной, ты не получишь ни защиты, ни влияния — только проблемы. Если я сегодня или завтра провалю испытание, меня вышвырнут отсюда, как мусор. И тогда уже мне понадобится защитник, а не тебе. Так что из меня покровитель так себе.

Я выложила всё как есть. Без прикрас и сладких обещаний. Пусть знает правду, прежде чем примет решение. Но он не бросился к двери. Он сидел, молчал, и в его глазах, цвета летнего неба, копилась какая-то своя, кошачья, неспешная дума.

— Ладно, у меня нет времени на эти реверансы, — огрызнулась я, пробираясь к выходу. — Бери деньги из того мешочка и проваливай к брату. Мне некогда.

Не дожидаясь ответа, я выскользнула из комнаты, даже не попытавшись привести себя в порядок.

Я пронеслась по знакомым, ненавистным коридорам, заглушая ропот пустого желудка и навязчивый шепот сомнений где-то глубоко внутри.

— Асмадель! — голос матери прозвучал, как удар хлыста, разрезавший воздух зала. — Вновь опаздываешь! Быстро в круг!

Сегодня нас не разводили по углам, будто хотели, чтобы мы видели поражение друг друга во всех красках. На полированном полу мелом были начертаны руны. Моя, как и следовало ожидать, означала «Перелом». У Берты — «Сила», у Лиринель — «Дух», у Греты — «Воля».

Мило. Хорошо ещё, что не нарисовали «Отбросы» или «Позор».

— Испытание началось!

Знакомое ощущение — мир поплыл, краски поблёкли, звуки исказились. Когда серая пелена рассеялась, я стояла одна в огромном, пустом зале. Тишина была оглушительной. И именно в этой тишине я поняла — всё не так. Стены... на них были новые портреты. И не только ведьм.

Десятки пар кошачьих глаз смотрели на меня с полотен, которых здесь никогда не было. Воздух пах не пылью и стариной, а озоном и тайной.