Котики для мисс Ведьмы

Глава 14. Выяснение отношений

Проснулась я от странного, непривычного ощущения пустоты. Лучи утреннего солнца, пробивавшиеся сквозь пыльное окно, золотили пылинки в воздухе.

Приподнялась на локте и уставилась на Дориана, который благополучно свернулся калачиком... на голом, холодном полу, подложив под голову собственный свитер.

— Эй, а почему ты не котик? — спросила я, скептически оглядывая его длинные, нескладные в такой позе ноги, явно не помещавшиеся на моём крошечном коврике. — Неужто решил, что паркет полезнее для позвоночника? Или моя кроватка не заслужила такой чести?

Он непонимающе поднял на меня заспанные, синие-синие глаза, потом потянулся с такой истинно кошачьей, пластичной грацией, что у меня в груди что-то ёкнуло — тепло и тревожно. Спал он, к слову, в тех же самых потрёпанных джинсах и футболке, в которых и появился. Чёрт. Теперь я чувствовала себя настоящей тиранкой, устроившей ночлег для гостя на голых, неласковых досках.

— Доброе утро, госпожа! — его улыбка была такой же солнечной, безоблачной и ни капли не обиженной. — Я бы сбегал за завтраком, но не уверен, что мне позволено бегать по вашему дому. Не хочу создавать вам проблем.

Я нахмурилась, ощущая легкий укол совести. А ведь он прав. После моих вчерашних панических намёков на кровожадную родню он, наверное, боится высунуть нос из комнаты, как мышонок из норы.

— Завтраком я сама распоряжусь, — отмахнулась я, спуская ноги с кровати и чувствуя, как холодный пол обжигает босые ступни. — Меня больше волнует твой ночной мазохизм. В чём подвох?

Дориан потупился, и его длинные, тёмные пальцы нервно затеребили растянутый край футболки. Сердце ёкнуло уже по-настоящему, сжавшись от дурного предчувствия. Неужели боится? Моей магии?

— Я не умею, — прошептал он так тихо, что я скорее угадала по движению губ, чем расслышала.

— Что? — переспросила я, наклоняясь ближе, и мои растрёпанные рыжие кудри упали ему на колени.

Он вздохнул, словно признаваясь в смертельном грехе, и его плечи сгорбились под невидимой тяжестью.

— Моя мать... у неё было не так много сил. Она не могла позволить себе часто подпитывать мои превращения. Так что я... я просто не научился. Не практиковался. Тогда, в канализации, это вышло случайно, от страха и отчаяния.

Я замерла на секунду, переваривая эту информацию, а потом... потом меня прорвало. Я залилась таким искренним, оглушительным, почти истеричным хохотом, что схватилась за живот и едва не свалилась обратно на кровать.

— Боги! — выдавила я сквозь слёзы, катящиеся по щекам. — Встретились два бракованных экземпляра! Из меня — ведьма-разрушительница, а из тебя — фамильяр-недоучка! Наша команда просто образец магического неблагополучия!

Дориан надулся, как сыч, скрестив руки на груди, но терпеливо ждал, пока я не выдохнусь и не утирая мокрое лицо рукавом пижамы. Я, наконец, отдышавшись, легонько ткнула его в упругое плечо.

— Ладно, не кисни. Спросить мне, по правде говоря, не у кого. Но я могу попробовать стащить из библиотеки какую-нибудь «Азбуку для юных фамильяров» или «Превращения для чайников». Хотя... — в голове мелькнул наглый образ Ликия с его хищной ухмылкой. Если этот проныра каждый вечер умудряется гулять по крышам, то наверняка знает пару трюков. — В общем, будем решать проблемы по мере поступления. А сегодня ты сам попробуй. Просто представь, что ты маленький, пушистый, беззаботный и у тебя есть великолепный хвост. Но спать на полу — это перебор. Понял?

— Не беспокойся, — он пожал плечами, и тень улыбки вернулась на его лицо. — Пол тёплый. Я привык к худшему. Гораздо худшему.

В этот момент он откинул со лба непослушную чёрную прядь, и я... я просто зависла, глядя, как солнечный зайчик играет в его волосах и подсвечивает длинные, тёмные ресницы. Чёрт возьми, он был до неприличия, до боли красив. Это было несправедливо. Я с силой тряхнула головой, прогоняя дурные, совершенно неуместные мысли.

— Нет, — заявила я твёрдо, поднимаясь во весь рост. — Для меня это неприемлемо. Я не настолько плохая хозяйка, чтобы мой... мой... временный компаньон спал на голых досках, как последний бродяга.

Я покраснела, вспомнив, что уже проспала общий завтрак, и на обед мне являться обязательно, если я не хочу новых упрёков.

— Так, — я спрыгнула с кровати и решительно направилась к шкафу, выуживая из потайного кармашка свой скромный кошелёк. — Бери ещё денег. Сбегай в город, купи себе... — мой взгляд самовольно скользнул по его фигуре, от широких плеч к узким бёдрам, и я постаралась не задерживаться на том, как джинсы облегали его формы. — ...нормальной, человеческой одежды. И всего, что тебе нужно. Мыло, зубную щётку. Ты же не собираешься вечно ходить в том, в чём из канализации вылез? Хотя пахнешь ты, надо признать, уже гораздо приятнее.

Я сунула ему в руку несколько монет, схватила первый попавшийся комплект одежды и, не глядя на его ошарашенное, тронутое лицо, ретировалась в ванную, бросив на прощание:

— В конце концов, я тебя за хвост не тащила! Не понравятся условия — всегда можешь уйти! Свободен!

Дверь захлопнулась с оглушительным стуком, оставив его в одиночестве посреди комнаты. Я прислонилась спиной к прохладному косяку, чувствуя, как бешено и громко стучит сердце, будто вырываясь из груди.

Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт. Теперь у меня на попечении ещё и беспомощный, не умеющий превращаться красавец-котик. Что, скажите на милость, может пойти не так в этой великолепной, безумной ситуации?