Ковен мадам Ии

Дом, милый дом! (3)

Я ехала впереди, указывая дорогу. Поддерживая Ланса магией, изредка оборачивалась, чтобы не потерять из виду Сюзанну и Моник. Моник скакала уверенно, подгоняя свою лошадь, а вот Сюзанна в седле держалась неуверенно, напоминая деревянную куклу. Следы страха еще читались на ее лице.

Когда дом показался слишком близко, а Сюзанна и Моник уже не могли свернуть не туда, я пришпорила лошадь.

— Жак! Жак, все в порядке, выходи! — резко притормозила уже у самого крыльца. Лошадь даже взбрыкнула, раздраженно тряхнув головой. — Жак, духи Ашеита тебя раздери, мне нужна твоя помощь. Живее!

Входная дверь тут же грохнула. Жак выскочил как ошпаренный, сжимая, почему-то, в руках одно из поленьев как дубинку. Убедившись, что за мной никто не гонится и нет никакой опасности, он перестал выглядеть таким обеспокоенным.

— Он ранен, нужно занести его в дом.

Поленье отлетело в сторону. Закатав рукава, Жак поспешил мне на помощь. Когда Сюзанна и Моник доехали до дома, мы с Жаком уже отнесли Ланса на кухню, уложили его прямо на стол. Нужно было хорошо осмотреть рану, а крови могло быть много. Жак тоже это понимал. Он живо разводил огонь и ставил кастрюли с водой греться. Я же, вытирая испачканные руки старым полотенцем, уже сбегала за лекарствами и травами. Заодно присмотрела что-то из инструментов. Если рана так долго не затягивалась и кровила, был риск, что что-то мешало.

— Ланс, потерпи… — Моник, скинув плащ, стояла возле парня и сжимала его руку. — Сейчас… Сейчас все исправим! Ты будешь здоров.

Сюзанна, бледная как смерть, не знала, как ей быть. Она хотела помочь, но вид крови ее пугал. Меня саму тоже, но я умела собираться и управлять своим страхом.

— Нужно много воды и… Моник, поправь меня, если я ошибаюсь, но ты стихийник, так? Что ты умеешь?

— Вода, лучше всего управляю водой, — Моник смотрела мне в глаза, уверенностью и решимостью напоминая меня же в молодости. — Как я могу помочь?

— Есть кое-что, что можно сделать. Этому тебя вряд ли кто-то учил. Я сама пробовала всего лишь раз.

— И что же? — казалось, что Моник понимала, о чем я сейчас скажу. — Только не говорите, что это…

— Кровь. Ты поможешь остановить ее. Рана серьезная, что-то мешает, уверена. Это что-то и вызвало заражение. Думаю, что нанесли рану не мечом, оружие обломилось и осталось там.

— Если не меч, то что же?

— Что-то хоть немного острое, что можно было усилить магией. Может прозвучать безумно, но это мог быть и меч, только деревянный. Заклинание его смертельно заострило, но дерево довольно хрупкое, — я сильнее закатала рукава и обратилась к Жаку. — Держи его, крепче. Отвар усмирит боль, но не уберет ее полностью.

Зубами открыла один из пузырьков и силой влила зелье в рот Ланса. Парнишка совсем бредил, мотал головой, дергал руками и ногами. Жак взял Ланса за другую руку и помогал Моник удержать раненного в относительном спокойствии.

Рана и правда была серьезной. Органы не задеты. Отбросив в сторону страх и отвращение, я дотронулась до воспаленной и кровоточащей кожи. Ощущения малоприятные, Ланс и вовсе чувствовал себя еще хуже.

— Моник, давай…

В крови есть вода, но применять магию так — не одобрялось. Очень не одобрялось. Чего уж тут темнить, даже те, кто ходил по ту сторону грани, не рисковали так. Сейчас же не было выбора.

В ране и правда были щепки и кусочки дерева. Они застряли и сидели очень крепко. Пока Моник с моей помощью сдерживала кровь, я доставала все прямо пальцами, щедро выплескивая всю накопленную магию. Ланс изредка вскрикивал, но тут уже Сюзанна стала помогать. Налила теплой воды в небольшой таз и принялась обтирать лицо Ланса.

— Моник, не увиливай, — я прикрикнула на девушку. — Не время манерничать!

— Это… гадко!

— Знаю! — огрызнулась и зло посмотрела на нее. Я не такой сильный стихийник, могла лишь направлять Моник, подсказывать и ставить рамки для заклинаний. А девушка упрямилась. — Он без тебя не справится. Хочешь, чтобы Ланс умер? Нет? Тогда переступи через себя.

Я откидывала щепки прямо на пол, раздраженно смотря, как кровь тонкой струйкой стекала на стол. Скапливаясь лужей, немного отвлекала и раздражала.

Наконец, последняя щепка покинула тело Ланса. Можно было уже заживлять рану. Немного прижечь, чтобы кровь спеклась. Накладывая особую мазь, сжимала края. Это должно было обеззаразить рану. Еще нужно было дать выпить Лансу пару лекарств и, приложив чистый отрез ткани, сделать тугую повязку.

Боль уходила, Лансу становилось легче. После нескольких глотков укрепляющего зелья, парнишку перестало так сильно трясти.

— Ничего, Ланс! Ничего… Немного осталось. К вечеру придешь в себя.

— А вот я — нет… — Сюзанна, дрожа как лист на ветру, все еще была бледной. — Впервые такое вижу.

— Когда ты была больной, держалась хорошо. Ничего, Сюзанна, привыкнешь. Кровь — не самое страшное, что может быть. Зато Ланс будет жив и здоров.

Передвинув Ланса дальше, там, где стол был более чистым, я взялась снова за полотенце и принялась стирать кровь. Открыла большой пузырек с лемкой, кислой водой, убрала все следы.