Крах стихий

4

1 месяц 238 года стихий, Ванор

В лицо ударил отрезвляющий холодный ветер вперемешку с легким снегом. Снежинки оседали на коротких пепельных волосах, сливаясь с ними, а затем тая.

— Увидимся на корабле, — попрощался Белд и оставил Ванора одного.

Тот ничего не ответил, задумчиво смотря перед собой. Он накинул на голову капюшон и пошел по заснеженной дороге в глубь города, прочь от окраины в поисках Велайи. После вчерашнего снегопада жители трудились в поте лица, пытаясь убрать снег с дорог и крыш деревянных домов. Многие люди здесь, в Айборе, знали Ванора, поэтому некоторые прохожие с ним здоровались. В ответ он лишь сдержано кивал.

К центру города дома становились все выше и располагались ближе друг к другу. Деревянные здания сменялись сделанными из камня, но все они были похожи: без узоров, украшений, как будто построены по одному строгому плану. Отличали их лишь люди, что находились вокруг, да хозяйство, которое они вели. Наконец Ванор дошел до центра и остановился на большой, вымощенной из камня площади перед металлическими воротами, за которыми возвышался огромных размеров дворец с бирюзовой отделкой из мрамора и гранита. Возле, на площади, люди умудрялись даже в такой мороз торговать. В частности рыбой. Её легко достать из пролива, окружающего королевство Сильвир, поэтому люди здесь, в большинстве своем, занимались рыбалкой. Лишь особые смельчаки отправлялись на охоту в заснеженные леса, не боясь замерзнуть. Особенно зимой.

Ворота охраняли стражники, облаченные в серые доспехи, состоящие из металлических пластин. На груди и плечах виднелся герб в виде морды полярного тигра с раскрытой пастью. Один из них окинул Ванора взглядом, а после, узнав, тут же поклонился и открыл ворота, разрешая тому пройти на территорию дворца.

— Велайя здесь не проходила? — поинтересовался Ванор. Хотя он был уверен в положительном ответе.

— Проходила, проходила.

Получив подтверждение своей догадки, Ванор шагнул за порог и уже скоро брел по длинным коридорам, отделанным бирюзовым мрамором и освещенным уличным светом через арочные окна. Вдоль стен тянулись посеребрённые колонны, удерживающие потолок. Дворец был наполовину пуст. Здесь дозволялось жить только тем, кому доверяла Велиам: некоторым ноитам, солдатам и прислуге. Остальные же, служащие королевству, жили возле дворца в казармах в менее королевских условиях.

Ванор оказался возле знакомой двери с замысловатыми узорами и изображениями лаванды, что сама Велайя когда-то давно изобразила на ней. Она до глубины души любила эти растения, которые росли лишь в Драгоме. Ванор громко постучал, но не стал ждать ответа. Знал, что он его не услышит, поэтому прошел в комнату. Большая кровать в центре у стены была аккуратно застелена, над ней нависал роскошный, расшитый золотом и изумрудами балдахин. Огромный шкаф располагался во всю стену напротив и вмещал в себя кучу нарядов на любой случай жизни, а в углу стоял небольшой туалетный столик в цвет шкафа.

Велайя сидела на просторном подоконнике, обнимая себя за колени. Подол её зеленого платья с золотой вышивкой свисал вниз. Ей всегда хотелось привнести в снежный Сильвир весенних красок, поэтому цвета нарядов, которые она выбирала, были яркие и красочные. Она даже не взглянула на Ванора, прижимая что-то к груди. Он догадывался, что именно.

— Уходи.

Ванор был готов к такому ответу, но все же сделал с точностью наоборот — подошел к ней и остановился в нескольких шагах. Если она захочет, чтобы он ушел, он так и поступит, но для начала ему нужно было извиниться.

— Велайя, прости.

Она вскинула на него взгляд. Велайя не плакала, но глаза немного покраснели, а на лбу залегла морщинка. Её рыжие волосы, поблескивающие под лучами солнца, локонами спадали на лицо, скрывая её глаза.

— И все? Это все, что ты хочешь мне сказать? Очередное «прости»? Я устала вечно слышать от тебя и Велиам «нет». Устала!

Ванор присел рядом с Велайей на подоконник и аккуратно, почти невесомо коснулся её руки своей. Она замерла, словно боясь пошевелиться. Её тонкие брови распрямились, а выражение лица со злого сделалось печальным.

— Велиам переживает за тебя. Как и я, — попытался объяснить Ванор, вглядываясь в её подрагивающие длинные ресницы.

— Я не маленькая. Далеко не маленькая.

— Я знаю. Но для неё ты всегда будешь младшей сестрой, которую она будет стараться оберегать.

— А для тебя?

Между ними повисла тишина. Ванор уставился в пол и старался не смотреть на Велайю, а та глядела на него с надеждой, но понимала, что ответа не получит. Сколько между ними было таких моментов? Но каждый раз оба боялись переступить черту и признаться друг другу. Было легче держать дистанцию, находиться на расстоянии вытянутой руки, хоть иногда это и приносило боль. А так хотелось сделать шаг. Разрушить стену, что они сами возвели между друг другом. Стену из недосказанности и смущения.

— Я тоже буду тебя оберегать. Всеми силами, — признался Ванор с легкой улыбкой. Хоть это наверняка и было не совсем то, что хотела услышать Велайя, но все же ей и этого оказалось достаточно. На её лице расцвела улыбка, и она уткнулась лицом ему в плечо, придвинувшись ближе. В нос ударил такой родной успокаивающий запах лаванды. Ванор аккуратно коснулся рыжей пряди и заправил её за ухо. От легкого, почти невесомого прикосновения щеки Велайи тут же покрылись румянцем. Она вдруг разомкнула сомкнутые руки, и Ванор увидел, что она все это время прижимала к себе: небольшую деревянную фигурку в виде растения, отдаленно напоминающего лаванду. Мелкие трещины заполняли все пространство фигурки, верхушка и вовсе давно отвалилась. На губах Ванора невольно промелькнула улыбка.

— И зачем ты её хранишь?

Велайя аккуратно провела пальцем по шероховатому дереву.

— Она мне дорога, — просто ответила она.

— Ты могла бы её хотя бы починить. Я же изначально сделал её плохо. Такими темпами она скоро развалится. — Ванор хотел было коснуться фигурки, но Велайя снова прижала её к груди и вдруг вскочила с подоконника, скорчив недовольное лицо.