Красавица для чудовищного босса

Глава 5

— Это никогда не закончится! — устало бубню себе под нос.

Ощущение, будто демон заранее специально раскидал все документы по разным папкам, а потом приказал рассортировать. В отместку за мою болтливость про его отношения с Фифой.

Бросаю быстрый взгляд на Тимура Игнатовича, который, в отличие от меня, ни капли не устал. Печатает, увлеченно изучает что-то на ноутбуке, ухмыляется, когда чем-то доволен, и хмурится и вздыхает, когда не выходит.

Не знаю, что он там делает, но очень хотелось бы узнать. Только если я шаг от полок сделаю, этот деспот меня взглядом убьет. А я еще так молода. Жить да жить! Поэтому интерес запихиваю куда подальше и продолжаю выполнять поручение.

И все же то и дело бросаю взгляды на босса.

Когда Гринберг сосредоточен на работе, его взгляд кажется таким огненным. Но когда он смотрит на людей, от него веет холодом.

Видно, что для Тимура Игнатовича его компания — это дело всей его жизни. Чего не скажешь обо мне. Я сижу здесь не по собственной воле и занимаюсь какой-то ерундой. Для меня по крайней мере.

Я мечтала о том, чтобы быть дизайнером. Графическим или интерьерным. Создавать красоту. А не папками руки мозолить под недовольным взглядом моего личного рабовладельца.

Чувствую себя его рабыней! Честное слово!

— Белла Борисовна, — неожиданным рыком тиран вытаскивает меня из собственных мыслей.

— А? Что? — роняю папку от испуга. Все листы из нее разлетаются по всему кабинету. Опускаюсь на пол и принимаюсь их собирать.

— С вами все в порядке? Третий раз зову, а вы не отвечаете, — приподняв бровь, сверлит меня взглядом.

А где его традиционное “Косяк, Белла Борисовна! Косяк!”? Нумерацию не помню. Не запоминаю. Зачем заострять внимание на цифре, которая меняется со скоростью ярости моего босса?

— Правда? — продолжаю собирать листы. — Извините, просто я немного задумалась, — оправдываюсь.

— Думать в нашем с вами рабочем тандеме буду я, а вы — исполнять мои приказания, — ядовито кидает. С трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. — В дверь звонят. Идите откройте, — приказывает он, и я без лишних слов слушаюсь и повинуюсь.

Пулей вылетаю из кабинета и бегу к входной двери, то и дело оглядываясь по сторонам.

Мало ли, вдруг Фифу Гринберскую замечу? Но в холле веет холодом так же, как и от хозяина дома.

Интересно, где эта Фифа? Почему так тихо сидит, что ее нигде не слышно? Спит, что ли? Или настолько боится своего господина, что и пошевелиться без его дозволения не может?

Нет! Хочу ее увидеть! Я должна понять, с кем у моего босса исключительно все по любви.

А еще узнать, за что полюбила Тимура Игнатовича эта Фифа! Если она правда его любит, и мой босс не успокаивает себя ложными надеждами.

Открыв дверь, вижу на пороге курьера. Парнишка в фирменном костюме ресторана отдает мне заказ и, попрощавшись, уходит.

Забрав пакет, тут же отмечаю, что пахнет из него сногсшибательно.

Только есть у меня подозрение, что именно я останусь без ужина. В пакете всего два набора.

— Блин, — живот урчать начинает, пока я возвращаюсь обратно. Ставлю пакет на стол. — Этот деспот меня кормить не собирается. Нужно было что-то с собой захватить, — бубню себе под нос, облизываясь от запаха. — Как же вкусно пахнет! — вынимаю из пакета контейнеры и, открыв их, мысленно стонать начинаю.

Душу готова сейчас за еду продать!

Даже чудовищу продам ее!

— Садись, — босс идет ко мне или к столу? Скорее всего, к еде. Я бы сама к ней пришла. — Быстро поедим и пойдем дальше работать, — присаживается на один из стульев и, подтянув один набор к себе, принимается трапезничать.

Присаживаюсь напротив Тимура Игнатовича и еле сдерживаю улыбку.

— Как же вкусно! — пробую первым теплый салат. Несколько минут нежусь в раю, но, поняв, что с голоду я не умру, мозг переключается на другую тему. — Тимур Игнатович, а вы свою Фифу кормить не собираетесь? — вырывается у меня случайно,

Ой!

Прикрываю рот ладонью, осознав, что вновь перешла черту.

Язык мой — враг мой!

Гринберг поднимает на меня вопросительный взгляд, не проронив ни слова. Несколько секунд смотрит на меня, а затем встает и уходит куда-то.

— Пошел за ней! — догадываюсь. — Свое отдаст? Потому что я еще не наелась! За свое драться буду, — ускоряюсь, чтобы, если Фифе мою порцию отдадут, ей меньше досталось. — Помни, Фифа, если бы не я, ты бы осталась голодной, — говорю с набитым ртом.

— ФифИ, — деспот тихо подкрадывается. — Ее зовут ФифИ, — делает ударение на последнюю букву.

Тимур Игнатович присаживается напротив и не сводит с меня взгляда. И его глаза больше не излучают ничего негативного. Наоборот. Они словно потеплели и больше не выглядят такими черными.

Гринберг улыбается?!

Серьезно? Смотрит на меня, и его губы демонстрируют что-то похожее на улыбку?

Этот мужчина умеет улыбаться?

Признаюсь, удивил!

— Я кормлю ее лишь раз в день, Белла Борисовна. Не люблю, когда такие девушки, как моя Фифи, много едят, — произносит он, убрав улыбку, и принимается дальше трапезничать.

Изверг!

Сам ест, а девушку свою голодом морит!

Как же хорошо, что я не хочу ему понравиться!

— Тимур Игнатович, я поела, спасибо! — решаю поблагодарить его, ведь меня он все же покормил, в отличие от своей Фифы. Вдруг она однажды тоже его не поблагодарила, и он теперь так ее наказывает? С этим чудовищем надо держать ухо востро. — Пойду дальше работать! Мне в десять нужно уходить, — собираю одноразовую посуду в пакет.

— А кто сказал, что ты сегодня поедешь домой? — слова босса словно молнией пронзают меня. — Ты останешься у меня. Я тебе комнату выделил, — спокойно говорит, будто это в порядке вещей.

Но я не могу!

Мой отец… Он…

Нет, я не могу остаться! Никак!

— Можете, Белла Борисовна. Можете, — бросает деспот, ухмыляясь. — У нас есть договор. Вспомните его условия, — вновь напоминает об условиях, которые мне так и не удалось прочесть. — Либо вы остаетесь в моем доме и выполняете свою работу, либо ни вы, ни ваш отец в офисе можете не появляться. Знаете почему? — уточняет с той же ухмылкой.