Красавица-дурнушка

Глава 7

Амарисса

— Вы все тут домашние тираны!

— Не дерзи, следи за язычком, – строго погрозила мне Вехта.

В углу комнаты стоял диван с яркой броской обивкой. Вот я на него и бросилась, зарывшись головой в декоративные подушечки.

Утро было ужасным. Настроение было ужасным. Всё на свете было ужасным. Ещё и Вехта без конца бухтела о моём поведении. Я уже не слушала её. Мне столько дней предстоит просидеть в заточении, ещё наслушаюсь. И хуже всего, что сегодня Лега́, лучший мастер во всём Фладенра́те, выставляет новую коллекцию платьев. Я обязательно намеревалась быть на этом показе. «Неужели я всё пропущу и прослыву самой отсталой девушкой города? Нет, эти мысли невыносимы. И меня наказали не справедливо!»

— Конечно, я буду вести себя хорошо, – ответила я на очередной ворчливый вопрос нянечки.

«Конечно, буду. Но завтра. А сегодня… Сегодня мне во что бы то ни стало надо показаться в мастерской Лега. У отца выпрашивать отпустить бесполезно. Он так сердито говорил вчера, теперь не отступится. Значит, возьму всё в свои руки, и всенепременно окажусь на показе. А потом хоть потоп».

— Ну что ты как небушко дождливое, смурное да серое? Прими волю отцовскую, прав он, – бесконечно продолжала бурчать Вехта. Её увещеваниями можно людей пытать. И тут я сообразила, что делать.

— Я так расстроена, нянечка. – Я тяжко вздохнула, а потом ещё раз. Вдруг Вехта не услышала с первого раза. – Ведь сегодня же я обещалась быть у баронессы Иви́рии. Ты же знаешь, как почтенная старушка ко мне привязана. А теперь придётся расстроить её своим невниманием. Представляю, как она будет сокрушаться.

Я опустила свои красивые глазки в пол и затрепетала ресницами.

— Ох-ох. Разве можно расстраивать старушку? – Вехта пожевала губами.

— Да и папа огорчится. Ведь из-за него я не поеду. А он так печётся о том, какое впечатление мы производим.

Я испустила самый горестный вздох на свете. Немножко стыдно было обманывать пожилую няню, но они первые начали, разве можно так жестоко со мной обращаться.

Вехта уставилась в окно, что-то сосредоточенно обдумывая.

«Ну же, Вехточка, милая нянечка, помоги, соображай быстрее».

— Посиди-ка тут. Поговорю с отцом.

Я изобразила лучезарную радость на лице и бросилась обнимать Вехту. Она вернулась нескоро, но принесла хорошую весть: отец разрешил посетить баронессу Ивирию, раз визит уже запланирован. «Тем более, – нянечка повторила слова отца, – негоже отказываться от полезных связей в обществе».

Вехта уже направилась вниз приказать заложить экипаж, но я поспешно возразила:

— Нет-нет, не надо. Мне столько предстоит сидеть дома, хоть чуточку прогуляюсь. Пусть меня сопроводит горничная.

Пришла Ния, помогла мне переодеться. С выбором образа спешить нельзя. На показ обязательно явится Юлана, и, если что не так, обсмеёт меня с ног до головы. Пометавшись между двумя нарядами, один другого краше, я остановила выбор на ярко-синем платье с длинными шифоновыми рукавами и роскошной ажурной юбкой. Особенно хорошо на мне смотрелся кружевной лиф. Он красиво подчёркивал грудь и плотно облегал тонкую талию, делая меня похожей на изящную статуэтку. В который раз я порадовалась, что мне есть, что положить в декольте, в отличие от Юланы, плоской как доска. Дополнило наряд золотое колье с мелкими сапфирами, пара колечек и элегантный гребешок с цветами, вырезанными из слоновой кости.

Вскоре мы с Нией уже вышли из дома и бодро зашагали к особняку престарелой баронессы. Она жила далековато от нас. Но, самое главное, близко от портновской мастерской Лега. Это меня волновало куда больше.

Ния была рада-радёшенька, что я взяла её с собой, и оживлённо тараторила всю дорогу. Она миленькая, хорошенькая, но не очень умная девушка. Впрочем, работу свою знает, и нос в мои дела не суёт. Очень ценное качество в слугах! Я рассеянно улыбалась, слушала и думала, как бы её недалекость и желание поболтать использовать в своих целях.

Мне и нужно-то всего полчасика. Улизнуть в мастерскую Лега, перекинуться парой слов с гостями, кому-то улыбнуться, кому-то пожать руку, послушать комплименты в свой адрес. Появлюсь на сегодняшнем показе хоть на чуточку, и всё: моя репутация модной девушки будет спасена, а папа ни о чём не узнает. Я уже мысленно потирала руки.

Баронесса Ивирия встретила меня с распростёртыми объятиями. Она искренне привязалась ко мне, когда я была ещё девочкой, и всё норовила взять меня под опеку. Сама она уже в свет не выезжала, но очень любила поболтать о прошлом, как и все старушки.

— Ния! Иди в людскую. Я думаю, у тебя будет полно времени поговорить со служанками баронессы Ивирии. Я ведь не спешу и с удовольствием задержусь на чашку чая. – Я обворожительно улыбнулась баронессе.

— Конечно, дорогая! Я буду только рада. – Сиятельная старушка расплылась в беззубой улыбке. – Проходи в белую гостиную. Была ли ты на приёме у барона Эртина? Говорят, даже фейерверки были. А графиня Лазо́т, судачат, пришла в поддельных бриллиантах.

Баронесса увлекла меня в обсуждение всех известных ей сплетен, на ходу сочиняя дополнительные. Я её не осуждала, понимала, старушке просто скучно, муж умер, дети и внуки давным-давно выросли, разъехались, здоровье не позволяло ей отправиться в путешествие или посещать приёмы, вот и развлекала себя баронесса как могла.