Красавица-дурнушка

Глава 20

Рэйдан

«С каждым годом дом всё дряхлее. Требуется ремонт. До следующей зимы нужно обязательно разобраться с крышей, протечек всё больше».

Я опустил воротник – становилось жарко – и посмотрел в ясное голубое небо, на тёмные ели, тянущиеся справа, и на песчаную дорогу впереди, укатанную крестьянскими телегами.

Мысли как водоворот затягивали в пучину уныния и тревоги.

Как ни старался смягчить новость, но тяжёлого разговора с мамой избежать не удалось. Я храбрился, делал вид, что пустяки, но она лишь укоризненно качала головой. Мама сразу поняла, в какую дурную ситуацию я попал. Она порывалась отправиться к Дариушу или хотя бы написать ему письмо, чтобы убедить в моей невиновности, но я отговорил: хоть маму и господина Больдо связывает давнее знакомство, он сейчас слишком удручён потерей и вряд ли прислушается к её словам.

Когда я спросил маму о ведьмах, она сразу вспомнила о той, что находилась ближе всего – ведьме номер три в списке Кайда. «Отсюда полтора-два дня пути, – сказала мама. – Помнишь, когда Иста заболела и никак не могла оправиться, отец вместе с управляющим ездил к ведьме, снадобье просил. Ну и нрав, говорил, у неё. Ты, сын, осторожней будь. Дай благословлю. Материнское благословение иной раз сильнее колдовства будет. Храни тебя Бог. И ты храни себя».

Дорога нырнула в густые еловые заросли. Мы всё больше углублялись в темноту и прохладу леса, и Агат настороженно нюхал воздух. Я погладил его между ушами, успокаивая, и бросил взгляд на Лайлу. Мы уже как час отъехали от дома, но она не проронила ни слова. Лайла уже не выглядела такой измученной, как вчера, но всё равно казалась странной, дёрганой, иногда как будто впадала в забытьё.

«Может, ведьма как-то и на неё подействовала?»

Дамское седло не вызвало у неё ни вопросов, ни затруднений, хотя я думал, что крестьянки если и ездят на лошадях, то по-мужски. «Предыдущая хозяйка пыталась привить своей служанке манеры? Зачем? Впрочем, едет она немного скованно. Верховые прогулки явно не её стихия.

Лайла заметила мой взгляд.

— Ты, наверное, злишься на госпожу Амариссу? – первой начала разговор она.

— Нет, – рассеянно ответил я. – Она же не виновата.

— Ну… на другое злишься, наверное, – промямлила Симпл.

— Нет, и на другое не злюсь. Тебе Ния что-то про неё насплетничала? Амарисса, конечно, взбалмошная, но не так ужасна, как могло тебе показаться. Она добрая, умная и в любой ситуации умеет найти положительную сторону или хотя бы увидеть забавное. Мне нравится в ней это. Многим бы не помешало такое качество.

«И мне от души жаль Риссу. Надеюсь, ведьма не мучит её. Хотя не удивлюсь, если это Амарисса мучит ведьму капризами». Я невольно улыбнулся. Амарисса избалованная, но бойкая и упрямая, так просто не сдаётся.

«Если бы можно было повернуть время вспять. Как же тяжело на сердце».

К полудню мрачный ельник сменился солнечным сосняком. Под ногами лошадей захрустел суховатый мох.

Я заприметил небольшой пятачок, свободный от деревьев, и решил, что он вполне годится для привала.

— Пора сделать остановку.

Лайла сразу повеселела, с удовольствием слезла с лошади и принялась ходить туда-сюда, разминая затёкшие ноги. Агат и Солнышко отошли пастись к ближайшим кустам.

Я сгрёб сухие сучья, валяющие вокруг, в кучу.

— Ты разводи костёр, – скомандовал Лайле, – а я наберу ещё хвороста.

— Я?! – Лайла удивилась до глубины души.

— Не понимаю, что тебя так изумляет. Вон, сухие иголки собери вместо трута. Кремень и кресало тут. – Я бросил на сучья небольшую сумку и развернулся, чтобы уйти.

— Стой!

Я с недовольством повернулся к Лайле. Она, закусив губу, смотрела на меня испуганными глазами.

— А давай я пойду за хворостом.

— Это ещё почему?

— Ну я… огня боюсь. Вот. Боюсь огня, и всё тут. Бывало, даже от свечки в обморок падаю.

— Да неужели? – Я сложил руки на груди и прищурился. – Что-то я вчера не заметил.

— А я храбрилась. – Лайла выпрямилась и уверенно кивнула.

«Нет, что-то с этой девицей явно не так. Служанка, которая боится зажжённой свечки? Ерунда какая».

— Ну хорошо, – решил я пойти на поводу у Симпл. – Иди за хворостом. Только не задерживайся. Сучья быстро сгорят.

Довольная Симпл завертела головой, не зная, куда идти. Потом неуверенно побрела и с опаской углубилась в чащу.

«Ещё и леса боится?!»

Я быстро развёл огонь и соорудил костёр. Время шло, но Лайлы не было.

«Так и знал, что не справится».

Я подбросил в костёр остатки собранных сучьев, со вздохом выпрямился и пошёл туда, где последний раз мелькнула светлая кофта Лайлы.

Я увидел её не сразу. Зато услышал.

Глубокий голос, пробирающий до мурашек, пел о любви и нежной грусти так, что я остановился как вкопанный. Послушав несколько минут, аккуратно раздвигая ветки и выбирая, куда ступить, чтобы невзначай не вспугнуть певунью, я пошёл на звук.