Красавица-дурнушка

Глава 23

Амарисса

— Искупаться бы, – промямлила я.

Кухня остыла, стало зябко, а мокрое платье неприятно липло к телу.

— Да вон тама лохань. – Указала подбородком Матида. – Но ты ж всю воду извела. Водички принеси да и купайся себе на здоровьице!

Я взяла ведро и поплелась к колодцу, но остановилась посреди двора: Хафлстоун вместе с Ульпием чистил хлев. «Рэйдан, потомок знатного рода! Согласился на это. Ещё и так спокоен!» Я настолько изумилась, что целую минуту стояла как вкопанная.

Потом меня ждало ещё одно открытие – таскать воду из глубокого колодца нелёгкий труд, даже если ты крепко сбитая девица. Сначала я чуть туда не свалилась, когда цепляла ведро на ворот. Потом едва не расплескала всю воду, пока полное ведро подтягивала на край колодца. После всех мытарств ещё и тащила эту тяжесть, пыхтя от натуги. «Ну ведьма! Вот удружила».

Сильная мужская рука перехватила ведро.

— Давай я.

Хафлстоун забрал ведро и легко донёс до дома. Внутри меня растеклось тепло – как же приятно, когда о тебе заботятся. Пока была Амариссой, совершенно не замечала, сколько бытовых мелочей окружает меня и сколько же слуги тратят сил, чтобы мне было комфортно.

«Стану Амариссой, буду с Рэйданом подобрее. Ну и с остальными тоже».

Пока ждала, когда нагреется вода, я смотрела во двор через маленькое кухонное окно. Ульпий покрикивал на детей и Матиду, не давал жене ни на минуту присесть. Ни нежного слова, ни ласкового взгляда, ни мимолётной улыбки.

«Нет, я всё-таки дождусь любовь. И не уступлю папе. Не хочу вот так. Без любви и принц мне не нужен».

Занавесив угол в кухне, я пыталась помыться в лохани. Вода быстро остыла, стало холодно, аж дыхание перехватывало. «Где моя ванна и душистые соли? Где ароматная пена и лепестки?» Вместо полотенца Матида выдала мне маленькую тряпку. Я даже думать боялась о её происхождении.

У хозяина я выпросила немного бараньего жира и смазала шелушащуюся кожу на руках. И немного, совсем чуть-чуть, нанесла на волосы – пригладить и придать блеска. «Пусть в теле Лайлы я и не писаная красавица, но поухаживать за собой никогда не лишне. Всегда можно улучшить то, что есть».

Усталое тело просило отдыха. Я так замаялась, что мечтала только о постели. Матида отвела меня на второй этаж, практически чердак, где спали дети. Их уложили на одну кровать, а мне досталась вторая. Я прилегла, но никак не могла устроиться. Большое тело не помещалось в кровати. То ноги торчали, то голова свешивалась. Тощий комкастый матрас, жёсткое одеяло, подушка, размером с носовой платок и такая же плоская, совсем не располагали ко сну. От неудобного положения ломило шею и плечи. Меня пробирал холод, донимала сырость. Не думала, что жить так тяжело. В узком прямоугольнике грязного оконца чернели холмы на фоне синего неба. Только я принялась считать звёзды, как Диона, маленькая пакостница, ударила меня подушкой.

Я подскочила на кровати, щурясь от света и пытаясь сообразить, что я и где я. Диона снова огрела меня подушкой. Я попыталась поймать её и научить вежливости, но она ловко вывернулась и отскочила в сторону, заливаясь смехом.

— Доброе утро, Лайла!

«Утро уже? Кошмар какой! Почему у бедняков такие короткие ночи?»

— Угу, утро доброе, – пробурчала я, снова заваливаясь на кровать.

— А мама сказала, чтобы ты немедленно вставала и помогала. Иди яйца собирай!

Диона показала мне язык и с шумом спустилась по лестнице.

Нехотя поднявшись, я собралась и вышла во двор. Никого видно не было. Солнце уже взошло, и его косые лучи пронизывали утренний туман. Я вздрогнула от прохлады, поплотнее закуталась в кофту. Пожав плечами, подхватила плетёную корзину с порога и, обогнув дом, отправилась выполнять задание.

За домом уже гуляли курицы. Я внимательно осмотрела землю, но яиц видно не было. «Наверное, они в курином доме. Как его? В курятнике!» Я заглянула в покосившийся курятник. Здесь было тесно, темно и пахло очень не хорошо, но я решила во что бы то ни стало принести добычу. Я пробралась внутрь и в сумраке разглядела на длинной подставке небольшие кучи из соломы – своеобразные гнёзда. Их было меньше, чем несушек, поэтому в гнёздах лежало по два-три яйца.

«Яичко. Ещё яичко. – Я шла вдоль подставки и собирала яйца. – Это хорошо, что курицы не видят, а то я даже не знаю, как они относятся к сбору дани. Ого, какое большое яйцо. А здесь… ох, беда!»

В дальнем гнезде, нахохлившись, сидела курица, вся серая, только голова рыжая, словно огненная шапка. Из этой шапки на меня смотрели жёлтые блестящие глазки. У меня волосы встали дыбом от этого зловещего взгляда. Я готова была уже позорно бежать, но смело боролась с собой. «Наверное, в клетке с тигром так же страшно».

Я осторожно наклонилась и увидела, что эта курица для своих посиделок выбрала гнездо, в котором уже лежала целая гора яиц, видимо, снесённых другими курицами.

Я медленно протянула дрожащую руку, и несушка беспокойно заквохтала, приоткрыла клюв.

— Курочка, ну пожалуйста, не щипли меня, – срывающимся шёпотом уговаривала я дикого зверя. – Ну куда тебе столько яичек? Дай возьму.

«Боже!»