Красавица и вампир

боцман

После чего девушка закрыла глазки и погрузилась в сон. На нее все еще действовало, подмешанное в питье снотворное;

Азалия-Мангуст была в ярости, её еще не успевшие огрубеть девичьи ступни обожгло жаркое пламя факела, кроме того пират на свою беду попытался ткнуть принцессе огнем в лицо. И это стоило ему жизни, рассвирепевшая Азалия рубанула с такой силой, что срубила и факел, и голову, попутно с длинной бородой.

  Жертвой оказался старший матрос и заодно помощник кока Ддаляж. Весьма паскудный тип, и то, что он был при этом пьян, не могло служить оправданием.

  Пьяные пираты ахнули и загудели как разбуженный улей. Азалия-Мангуст поёжилась, в курс её обучения боевым искусствам не входило, хождение босиком по углям. Да и вообще она еще не настолько искушена в битвах, чтобы стоически переносить боль. Вместе с тем юная босоногая принцесса-беглянка, от природы имела весьма приличную скорость движения и срубила обидчика, прежде чем сообразила: что, пожалуй, это не самая лучшая идея.

   Хотя с другой стороны, так варварски прижечь девушке, пусть даже её принимают за мальчишку ножки, мог лишь последний поддонок, и ему нельзя было не ответить! В противном случае, можно навсегда стать изгоем всей шайки. Азалия-Мангуст воскликнула:

  - Он меня и оскорбил действием, он же и получил награду! - Девушка показа обожженную пяточку. Чтобы не было, так больно ей приходилось ступать на носочки.

  Старший боцман Крисс принял соломоново решение:

  - По обычаю павшего брата с молитвой за борт, после чего продолжим пирушку. Ну, а по утру, капитан решит, наказать ли юнгу за самозащиту и каким образом.

  Пираты одобрительно загудели, Ддаляж не пользовалась популярностью в отличие от юнги. Его непристойные шутки, в том числе и едой многих достали. А вот мальчик, уже за короткое время пребывания успел приобрести некую любовь. В частности действительно ходовые качества бригантины благодаря его идеям, заметно выросли, и шестьдесят орудий громадной каравеллы оказались бессильны против шестнадцати более легких пушек пиратской посудины.

  Впрочем, старший боцман чтобы все были довольны, продолжил:

  - Но поскольку ты юнга убил нашего товарища по оружию, и своего морского брата, то в знак примирения: должен спеть ему поминальную песенку собственного сочинения. С ней мы проводим его в путь.

  Флибустьеры одобрительно зашумели. Картофельный медведь, кожаном жилете, все же вставил:

  - А если нам не понравиться?

  Старший боцман Крисс рыкнул:

  - А вот в этом случае мы выпорем юнгу! Причем хорошенько выпорем, как за убийство, так и за бездарное пение!