Красный утес

Глава 8. Туманный предел

Констанция не знала, как долго они с Кессиди неслись сквозь колдовской туман, едва поспевая за большой черной птицей.

Стоило сове вместе с Кессиди появиться в дубовой роще, как посреди тихой туманной ночи вдруг разыгралась настоящая буря.

Констанция и Кессиди бежали, не разбирая пути, постоянно рискуя врезаться в дерево, исцарапаться о ветви или споткнуться о корни. Тем временем ветер все усиливался, а с неба стали падать крупные капли дождя.

Позади что-то страшно грохотало. Их преследовали. Констанция не знала подробностей, но догадывалась, что в землях фейри что-то пошло не так. Как бы там ни было, лист с Мирового древа остался при ней, ведь Кессиди вернула птица, а не скрытые в тумане.

Уколы от действия проклятия все чаще давали о себе знать, так что, когда они наконец-то пересекли границу Амбер-Клифа и выбрались на проселочную дорогу, Констанция рухнула на колени, выбившись из сил.

Кессиди бросилась к сове и, кажется, о чем-то заговорила с ней, но Констанция слишком устала и не различала слов. Она только с удивлением отметила, что буря стихла так же внезапно, как и началась.

***

— Вот и все, дитя. Сумрак позади, опасность миновала, так что настала пора прощаться, — заговорила Шейла, приземлившись на молодую яблоню.

— Спасибо тебе за все! Я никогда тебя не забуду. — Кессиди протянула руки к птице, коснувшись мягких перьев кончиками пальцев. Она готова была ее обнять, только не могла дотянуться.

— Взаимно, милая Кесс. Не горюй! Быть может, еще свидимся. И возьми обратно медальон. Вдруг пригодится. — Сова склонилась, словно в поклоне.

— О нет, — замотала головой Кессиди. — Полагаю, мы еще не скоро вернемся в Амбер-Клиф, а может, не вернемся вовсе, однако…

Она замолкла на полуслове и обернулась в сторону Констанции, что сидела на дороге в нескольких ярдах от них с Шейлой. Казалось, темная половина полностью ушла в собственные мысли и ей не было никакого дела до их с совой разговора.

— Однако? — тихо спросила Шейла.

— Я бы хотела, чтобы медальон оказался у одного человека, — прошептала Кессиди. — Он родом из Амбер-Клифа и, возможно, захочет вернуться домой, но без ключа ему не пройти сквозь туман. Я не знаю, где он сейчас, но если тебя не обременит отыскать его, то…

— Имя, — прошептала Шейла, прервав ее объяснения. — Назови его имя, и я выполню твою просьбу.

— Правда?! — заволновавшись, Кессиди чуть повысила голос, но сразу спохватилась, закрыв ладошками рот. — Ох, Шейла. Я буду тебе так признательна, только мне совсем нечем отплатить.

— Не в службу, а в дружбу, — подмигнула сова. — Ты не представляешь, как долго мне пришлось томиться в той проклятой комнате, где все вверх дном! Так что почту за честь помочь тебе в любом деле!

Кессиди разулыбалась, принявшись горячо благодарить новую приятельницу. Впервые с момента разделения с Констанцией она почувствовала какое-то воодушевление и надежду.

— Так как его зовут? — спросила Шейла, спрыгнув на самую низкую ветвь.

— Рейнер Циммерн, — шепнула Кессиди сове на ухо и крепко обняла ее.

— Погоди, дитя, — засмеялась сова, тихонько захлопав крыльями. — Ты меня задушишь!

Сговорившись о деле, они с Шейлой простились.

Черная сова взмыла в воздух, махнула на прощание своими могучими крыльями и скрылась в неизвестном направлении.

***

Стояла глубокая ночь. С чистого неба сияли плеяды звезд.

Оказавшись за границами туманного Амбер-Клифа, Констанция некоторое время испытывала только радостное моральное облегчение, какое обычно посещает людей, успешно завершивших важное и сложное дело. Это чувство слегка отдавало пьянящим духом свободы.

Констанция свершила свое возмездие, свое долгожданное правосудие. Все ее враги были повержены, все планы исполнены. И даже боль в груди от проклятия Инес больше не досаждала ей.

Но тут она задумалась о том, что же им с Кессиди делать дальше? Куда идти? Где и как жить?

Эти мысли вновь лишили ее только-только обретенного покоя. Ни на ближайшие часы, ни на ближайшие месяцы и года у Констанции вдруг не оказалось никаких планов! Она так привыкла продумывать все заранее, что сейчас почувствовала себя еще более потерянной, чем прежде.

Констанция обняла свои колени и уставилась куда-то вперед, удрученная раскинувшейся перед ней неопределенностью.

Она не знала, сколько просидела так, но внезапно на дороге возник низенький щуплый силуэтик.

Не прошло и минуты, как к ней пружинистой походкой подошел лорд Кёрн.

Наверное, впервые в жизни Констанция была рада его видеть.

— Вот и вы! — бодро заговорил он, хитро улыбнувшись. — А я уж заждался! Должен признать, вы превзошли все мои ожидания!

— Вот как, — отозвалась Констанция, не приняв предложенной ей руки и самостоятельно поднявшись на ноги. — А вот я до сих пор не знаю, чего ожидать от самой себя! Недавно решила, что я уже не жилец, а все оказалось иначе!

— Ах, я что же, забыл упомянуть? — невинно отозвался Кёрн. — С годами памяти все меньше. Я чудно сохранился, но уже очень и очень немолод, так что не будьте ко мне строги. С другой стороны, раскрой я сразу все карты, было бы не так интересно, — усмехнулся он. — Да-а, вас не убьет ни стрела, ни кинжал, ни пуля, ни большинство ядов, известных на данный момент людям. Но это не значит, что нужно бездумно бросаться на шпагу или глотать отраву. Вы сильны, но все еще уязвимы. Вы способны пережить большинство ударов и ран, что смертельны для обычных людей, однако на восстановление нужно время, а лучше энергия извне. Вы понимаете, о чем я?

— Да, милорд.

— Остерегайтесь огня и серьезных ранений, — продолжал он. — Все-таки зачем чувствовать боль, когда можно не чувствовать? И живите долго и счастливо, — на последний словах он криво улыбнулся. — Кстати, как вас теперь величать?

— Мисс Редфелс, — холодно ответила Констанция.

— А имя?