Красный утес

Глава 12. Изнанка

Осенний бал был в самом разгаре, но Кессиди коротала вечер в библиотеке. Дети на бал не допускались, и Кессиди утешала себя тем, что избавлена от необходимости присутствовать в душном зале, заполненном толпой. Кроме того, она успела заранее поглазеть на украшения и на наряды гостей, так что могла представить праздник в своем воображении.

В библиотеке было тихо, лишь изредка снизу доносились отдаленные торжественные аккорды. Кессиди старалась сосредоточиться на чтении, но какой-то сдавленный внутренний трепет не давал ей покоя. Интересно, как там сейчас Констанция? Наверняка блистает в своем шикарном платье и драгоценностях, подаренных маркизой. Возможно, Кессиди чувствует отголоски ее эмоций… Но что могло так ее взволновать? Хотя перед балом она вела себя несколько странно, будто бы настороженно.

Вздохнув, Кессиди отложила книгу и выглянула в окно.

Сад Уолш-холла украсили фонариками. По дорожкам неспешно прогуливались дамы со своими кавалерами. Взглянув на одну из пар, Кессиди обомлела и прилипла к стеклу. Констанция шла под руку со статным молодым мужчиной, в котором Кессиди тотчас узнала Рейнера. Ей не нужно было видеть лицо под маской, чтобы понять, что это он.

Рейнер жив! Слава Богу! Но как он нашел их? И что будет дальше? Радость, охватившая Кессиди, мгновенно сменилась тревогой.

Она хотела открыть окно и окликнуть их, но удержалась. Сперва стоило хорошенько обдумать, как поговорить с Рейнером тет-а-тет и как объяснить ему, кто она и в чем дело, да так, чтобы он поверил.

Но что, если он не поверит? Нет, нет… Рейнер обязательно все поймет. Тем более их с Констанцией внешнее сходство сложно не заметить. Нужно лишь подгадать удачный момент, чтобы он ее выслушал.

А угрозы Констанции в его сторону? Неужели она пойдет на такое? А вдруг решит применить к нему силу? Этого никак нельзя допустить…

Кессиди решила, что в случае опасности она ранит себя, чтобы навредить Констанции. А в самом крайнем случае ранит и Рейнера, лишь бы Констанция не поглотила его, хотя сама мысль об этом казалась ей чудовищной.

Встревоженная своими размышлениями, она медленно сползла по стеклу, провожая Рейнера и Констанцию взглядом. Когда их силуэты скрылись из виду, Кессиди вдруг испугалась. Что, если Констанция решит прикончить Рейнера прямо во время прогулки? Нужно проследить за ними!

Кессиди сорвалась с места и выбежала прочь из библиотеки.

***

Тайком выбравшись на воздух, Кессиди зашла в сад. Она кралась, словно кошка, озираясь и прислушиваясь, скользила из тени в тень, прижималась к живым изгородям, и всякий раз ей удавалось оставаться никем незамеченной. Но она никак не могла найти Рейнера и Констанцию.

Кессиди и сама не заметила, как забрела так глубоко в сад, что ей перестали попадаться прохожие. Гвалт и звуки музыки стихли, а вокруг вдруг появился туман.

Похолодало. Поежившись, Кессиди обняла себя руками. Теперь она шла не таясь, но по-прежнему внимательно смотрела по сторонам. Ее одолевали дурные предчувствия. Сад Уолш-холла будто бы стал больше, чем она его помнила. И декоративный лабиринт, в котором невозможно было заблудиться, сейчас выглядел совсем иначе. Откуда взялись эти глухие живые изгороди?

Молочная пелена окутала Кессиди со всех сторон. Она с ужасом поняла, что потерялась и теперь даже не знает, в какой стороне замок.

Тут поблизости раздался жалобный крик:

— Мэриан! Мэриан Уолш!

Следом послышался сердитый вопль:

— Энтони Брок! Энтони Брок! Энтони Брок!

Перепугавшись, Кессиди побежала куда глаза глядят, но страшные возгласы не утихали. Они преследовали ее. С десяток незнакомых женских голосов.

— Это они! Они!

— Виновны! Виновны! Виновны!

— Мэриан Уолш!

— Энтони Брок!

— Это все они!

Кессиди никак не могла понять, откуда раздаются голоса. Казалось, что они исходят от деревьев, кустов и самой земли, но ведь так не могло быть!

Вне себя от страха, Кессиди выбежала к колодцу Святого Августина. Сейчас он стоял открытым.

«Вот мое спасение», — решила она.

Кессиди бросилась к бортику, заглянула вниз и опешила. Вместо пустого пролета была винтовая лестница. На первой ступени стоял подсвечник с горящей свечой.

Кессиди не знала, что ждет ее там, внизу. Неизвестность пугала, но оставаться в туманном плачущем саду было еще страшнее. Перебравшись через парапет и взяв свечу, она стала спускаться. Кессиди опасалась, как бы голоса не увязались за ней, но с каждым поворотом звуки становились все тише и тише, пока не стихли вовсе.

Лестница привела ее в подземный тоннель. Кессиди тут же припомнила о подземном ходе под замком, о котором Роджер Адам рассказал Констанции. Роджер не нашел здесь ничего примечательного, и это несколько обнадежило Кессиди. Она спустилась сюда, чтобы укрыться от голосов и тумана, и совсем не желала наткнуться на какую-нибудь жуть.

Кессиди медленно шла вперед. В свете свечи над головой вырисовывались древние каменные своды.

Вдруг чья-то ледяная рука мягко коснулась ее плеча. От этого прикосновения Кессиди всю обдало странным холодом. Вскрикнув, она дернулась и свалилась на пол, чудом не выронив свечу. Однако когда Кессиди окинула взглядом стену, со стороны которой до нее дотронулись, то пожалела, что свеча не погасла.

Руки! Руки! Руки! Призрачные руки тянулись к ней из стены, пытаясь схватить.

От страха внутри у Кессиди все сжалось, дыхание перехватило, а сердце бешено заколотилось. Она вскочила на ноги и побежала. Свеча потухла, но Кессиди не остановилась. Еще какое-то время она продолжала двигаться вперед вслепую, иногда ощущая ледяные прикосновения призрачных пальцев.

Внезапно она споткнулась, ее схватили и потянули куда-то вглубь стены, которая оказалась мягкой и вязкой, как мокрая глина.

Кессиди зажмурилась, а когда открыла глаза, то увидела белые призрачные подолы, источавшие тусклый холодный свет.