Красота без смысла

IV. Червонец авантюриста

1

Утром голубиной почтой пришло письмо из Южного порта:

Королевство нападает. Будут через 10 дней. Что делать?

Спустя пару минут, отойдя от легкого шока, написал ответ:

Главное – безопасность людей. В остальном даю полную власть. Товары, деньги не так важны.

Я встал из-за стола. Итак, война. Глобальная война, о которой так мечтал в детстве и которой так опасался, будучи взрослым. Идти солдатом я не собирался. Мираж о том, что «наши – хорошие, чужие – плохие», давно развеялся. Я понимал, что зло редко воюет с добром. Обычно противник зла – другое зло. Да, королевство явно не доброе государство, но это не значит, что его жертва добра и милосердна. Империя далека от идеала. Защищать императора я не собираюсь. Вот если б на его месте был Новарт… Тут я осекся, и мои мысли потекли по иному, куда более практичному руслу.

Я стал ходить из угла в угол, обдумывая мысль. Итак, Новарт. Что будет, если вмешается Новарт? Его считают слюнтяем. Поначалу боялись, но человека, который, объединив Север, не взял ни пяди чужой земли, сложно не посчитать мягкотелым. Думают, что он ставленник императора, не поставят на него и гроша в случае войны. Но я-то знаю, я-то знаю… ну или думаю, что знаю.

Знание во время столь глобальной перемены непременно можно обратить в золото. Вопрос: как? Как?

2

Джон дал денег, даже не спросив, зачем они нужны. Выписал чек и протянул мне:

– Больше нет, Серж.

Я взглянул на чек. Суммой значилось десять тысяч золотых. У меня на секунду перехватило дыхание:

– Джон, ты встречался с господином Тронусом?

Он непонимающее покачал головой.

– Помнишь, он на уроке говорил, что надо бы вам с ним встретиться, после того как накопишь десять тысяч?

Джон лишь махнул рукой. Выходя из конторы, я протер платком глаза. Джон отдал все – удивительно щедрый и дружеский поступок.

Я обошел нескольких купцов, включая Домова и Грановски – в мыслях все еще называю эту женщину по девичьей фамилии. Скопилась немалая сумма. Напоследок зашел к Владиславу, с которым пришлось долго объясняться. Воронин был настроен крайне скептически:

– Серж, на что ты надеешься?

– Я уверен в таланте Новарта.

Владислав покачал головой:

– Оставил бы ты эту идею. Королевство захватит юг. Может, еще и запад. Об этом бы и думал – спасал бы филиалы. А Новарту эти бараны-бароны дали тысячу – всего тысячу! – воинов. Что он сможет сделать? Даже к имперскому войску смешно присоединяться.

– Значит, сделает обходной маневр.

– Тысячей солдат? Против всего королевского войска?

– Ну просто считай, что я с детства мечтал о приключениях: как возьму меч, сяду на коня и чего-то там добуду. Считай меня авантюристом.

Было немножко неприятно говорить такую полуправду, но чистую правду от меня люди в последнее время не понимали. Казалось, я стал словно на другом языке разговаривать. Только подмешивая в слова иногда корысть, иногда глупость, получал нечто понятное для окружающих.

3

В преддверии поездки начал брать уроки у мастера-мечника, во время которых неожиданно пришел к пониманию смысла связок. Если раньше просто заучивал приемы, то теперь, вернувшись к обучению после значительного перерыва, неожиданно стал осознавать, почему тут нужно ударить так, а там – так, начал даже импровизировать. Получается, слова Новарта о том, что могу стать настоящим воином Севера, были не просто вежливостью, а правдой. А я тогда не поверил…

Но это все в прошлом. Теперь, подпоясавшись мечом и взобравшись на коня, я направлялся в одиночку на юг. Туда, откуда люди, наоборот, бежали. Меня кольнула совесть: может, присоединиться к Новарту? Но сам же себя одернул: уже поздно, теперь его перемещение будет предельно скрытным. Разделив войско на множество отрядов, он аккуратно, с разведкой будет подбираться к фронту, чтобы нанести неожиданный удар. Я бы на месте короля страсть как боялся быть врагом Новарта, но я не король, а банальный торгаш, стремящийся воспользоваться ситуацией. Пусть боятся другие.

По пути я намеренно останавливался в каждом встречном городке, заезжая в таверну и заказывая небольшой обед. В первых двух селениях меня встретили безразлично, а потом началось… Сначала вопросы задавали лишь формально, интерес проявляли один-два человека, но постепенно напряжение нарастало, и практически вся таверна уже в один голос спрашивала:

– Войска идут? Что? Только северяне? Тысяча??? Всего-то?

Мои ответы разочаровывали людей. Но чем ближе линия фронта, тем больше разочарование сменялось отчаянием, на мою уверенность смотрели как на признак безумия, и я понял: пора. Сверившись с картой и подготовленным списком предприятий близ фронта, я начал посещать их владельцев.

– Это же тридцать процентов от реальной стоимости? – возмутился первый владелец на мое предложение о покупке его бизнеса.

– Так и есть. Но если королевство возьмет эту территорию, у вас останется ноль процентов.

– А вы-то на что надеетесь?

Я честно ответил. Чтобы совесть меня потом не мучала, я предельно честно отвечал на все вопросы. Первые двое предпринимателей отказались, но потом все чаще мне уныло кивали, понимая, что уверенности моей в Новарте они не разделяют, а терять все до последнего гроша им совсем не хочется.

С тридцати процентов я опустил планку до двадцати пяти, а затем и вовсе до двадцати. В списке осталось всего шесть предприятий, одним из которых был крупнейший в империи золотой рудник.

4

Я подъезжал к руднику с некоторой опаской. Еще никогда мне не приходилось общаться со столь богатым человеком по столь существенной сделке. Владелец рудника и без дворянского титула мог состязаться с каким-нибудь виконтом по своему влиянию. Огромный золотой рудник… который я собираюсь купить. Невероятно дерзкий и рискованный поступок с моей стороны. В душе я даже желал отказа от владельца: слишком многое ставлю на кон в случае покупки.