Красотка Рози

ГЛАВА 1

В «Красотке Рози» кухонный чад смешивался с табачным дымом, крепким запахом виски, лошадиного пота и немытых тел. Сквозь слои сизой дымовой завесы огни свечей в люстре казались огромными, тусклыми и размытыми. В темном углу бренчал на расстроенном пианино тапер, на низком помосте, игравшем, вероятно, роль сцены, задирали юбки сомнительного вида девицы. Сидевшие за столами ковбои (или бандиты, черт их здесь разберет!) на девиц обращали мало внимания, а вот Роуз заметили.

— Эй, Джон, глянь, какой красавчик, — заорал один, тыча в ее сторону кружкой. — И деньжата водятся, как раз в твоем вкусе.

— Да он небось только от мамкиной сиськи отцепился, нельзя его кнутом-то. Помрет с одного удара.

Джон оказался устрашающего вида громилой со шрамом во все лицо, и взгляд у него был неприятный, пронизывающий. Роуз торопливо отвернулась. Никогда еще собственное телосложение и лицо, из-за которых она выглядела не просто моложе своих лет, а едва повзрослевшим мальчишкой, не казались ей настолько неуместными. Как и идея отца упаковать наследницу в мужской костюм, отправляя на переговоры в дикие прерии. Как раз и пришлась к случаю его планомерная муштра — шляпу носить вот так, а трость держать вот эдак, и когда ты в брюках, изволь не семенить, как в платье до пола, а идти нормально! И задницей не виляй!

— На Долли похож, и рожа такая же блаженная, — сказали от следующего столика. Роуз надвинула шляпу на глаза и тут же чуть не запнулась о выставленный в проход сапог.

— Долли — это малышка твоя?

— Овца это его.

Хохотали они так же, как общались — громко, во всю глотку, оглушительно хлопали ладонями по столам, звенели кружки, пенилось пиво, остро пахло виски.

— Эй, ты! Откуда такой вылупился?

— Молчит, зараза. Чего молчишь? Гордый?

— Да у него одни штаны как все мое ранчо стоят, гляди, Бенни. Слышь, малец, может, хлебнешь с нами? Мы не жадные, на дилижанс тебе монет оставим.

Роуз аккуратно огибала чужие ноги в грязных сапогах, обходила усыпанные пеплом столики, пока не отыскала более-менее чистый и свободный, в самом углу, подальше от всех. Протерла платком стул, хотя вряд ли здешним стульям это могло хоть как-то помочь, села, поддернув брюки, и постаралась дышать пореже. Почему холеный красавец Вайтмор выбрал именно это злачное место, было загадкой. У Роуз всё здесь вызывало отвращение, и она предпочла бы уйти как можно быстрее, но…

Но его светлость Марк Контело, наместник Его Величества в Новых Землях, был слишком заинтересован в контракте. Его влияние простиралось на все восточное побережье, однако здесь, на Западе, пока что правили другие. Вайтмор мог позволить себе диктовать условия. Хотя выбор такого места для переговоров был похож скорее на плевок в лицо.

Что ж, потому сюда и послали именно Роуз — она умела легко и естественно улыбаться в ответ на подобные плевки. Туда, где требовалось надавить, шел отец, а то и сам сэр Контело. Что касается Роуз, в силовых переговорах она была бесполезна, зато дипломатию разводить умела. Сэр Контело считал это ценным качеством, отец презрительно кривился, но использовать не стеснялись оба.

Роуз исподтишка оглядывала зал. Нарваться на новый шквал насмешек не хотелось совсем. Интерес здешних завсегдатаев еще не исчез, только немного поутих. Вайтмор опаздывал, и это тревожило. Тем более что тот самый Джон демонстративно пересел ближе. Втиснулся за хлипкий столик, потеснив горбоносого ковбоя, и смотрел, а исходившая от него угроза чувствовалась всей кожей.

— Что будешь пить, красавчик? — рыжеволосая девица сверкнула белыми зубами и наклонилась так, что все богатое содержимое ее декольте оказалось как на ладони. — Есть хороший виски, для тех, у кого водятся деньжата.

— Джин, солнышко, это мой гость!

Роуз обернулась на знакомый голос. Вайтмор махал рукой от дверей. Улыбался счастливо и открыто. Будь Роуз понаивнее, наверняка устыдилась бы, что думала о нем так нелестно. Но Рио Вайтмор был очень непростым человеком. Он умел производить впечатление, располагал к себе и вызывал доверие с первой секунды, но и отец, и сэр Контело считали его одним из самых предприимчивых и опасных землевладельцев Запада. Роуз кивнула, перехватив его взгляд.

— Привет, ребята, — сказал тем временем Вайтмор и под дружный гомон ковбоев двинулся через зал. Похоже, здесь его любили. Никто не пытался упрекнуть за щегольской костюм и роскошную белую шляпу, никто не приставал с дурацкими шуточками. Просто он здесь свой, подумала Роуз. И это — важное дополнение к той характеристике, которую дал Вайтмору отец.

Вайтмор не приобнял Джин за талию, не ущипнул за щеку, он сделал совсем другое — бережно взял за запястье и поцеловал руку, словно знатной даме. Эффект оказался мгновенным. Девица залилась краской от щек до внушительного бюста. Вайтмор предпочел не заметить ни обожающего взгляда, ни зазывно приоткрытых губ. Он сел напротив Роуз и сказал как ни в чем не бывало:

— Неси самое лучшее, из личных запасов хозяйки. Мы с мистером Хайдом собираемся заключить грандиозную сделку. Это обязательно надо отметить.

— Значит, предварительные условия вас устраивают? — уточнила Роуз. Она совсем не рассчитывала на быстрый успех переговоров. Вернулась неясная тревога — предчувствие не то опасности, не то подставы. Даже в том, как Вайтмор произнес это «мистер Хайд», вдруг почудился подвох. Может, он как-то догадался, что представитель сэра Контело на самом деле никакой не представитель, а представительница?