Краткий анализ "Мастер и Маргарита" Книга 2

Самозванный ученик без учителя

При исследовании отношений между Иешуа Га-Ноцри и Левием Матвеем выявлено расхождение в наименованиях ими как самих себя, так и другой стороны. Если бывший сборщик податей дважды заявлял себя учеником, то бродячий философ ни разу не называл, ни себя учителем, ни Левия Матвея своим учеником.

Кем же являлся в романе Левий Матвей бродячему философу?

Глава 29-я («Судьба мастера и Маргариты определена»)

В ней бывший сборщик податей представился Воланду учеником Иешуа Га-Ноцри.

«— Ну, говори кратко, не утомляя меня, зачем появился?

— Он прислал меня.

— Что же он велел передать тебе, раб?

— Я не раб, — все более озлобляясь, ответил Левий Матвей, — я его ученик».

Из беседы дьявола и бывшего сборщика податей становится ясно, что последний и Иешуа оба после смерти оказались на небе в свете, а точнее — в лунном свете.

«— Он прочитал сочинение мастера, — заговорил Левий Матвей, — и просит тебя, чтобы ты взял с собою мастера и наградил его покоем. Неужели это трудно тебе сделать, дух зла?

— Мне ничего не трудно сделать, — ответил Воланд, — и тебе это хорошо известно. — Он помолчал и добавил: — А что же вы не берете его к себе, в свет?

— Он не заслужил света, он заслужил покой, — печальным голосом проговорил Левий».

Таким образом, нахождение Левия Матвея в свете (правда, тут нужно обязательно уточнить, что не в каком-то вообще свете, а именно в лунном), вместе с Иешуа Га-Ноцри вроде бы подтверждает, что бывший сборщик податей действительно ученик бродячего философа.

Глава 26-я («Погребение»)

В ней прокуратор проявил свое знание, что Левий Матвей полагал себя учеником Иешуа Га-Ноцри.

«Левий отрицательно покачал головой, а прокуратор продолжал:

— Ты, я знаю, считаешь себя учеником Иешуа, но я тебе скажу, что ты не усвоил ничего из того, чему он тебя учил».

Себя же Понтий Пилат назвал поклонником бродячего философа.

«— Тебя зарезать мне не удастся, — ответил Левий, оскалившись и улыбаясь, — я не такой глупый человек, чтобы на это рассчитывать, но я зарежу Иуду из Кириафа, я этому посвящу остаток жизни.

Тут наслаждение выразилось в глазах прокуратора, и он, поманив к себе пальцем поближе Левия Матвея, сказал:

— Это тебе сделать не удастся, ты себя не беспокой. Иуду этой ночью уже зарезали.

Левий отпрыгнул от стола, дико озираясь, и выкрикнул:

— Кто это сделал?

— Не будь ревнив, — оскалясь, ответил Пилат и потер руки, — я боюсь, что были поклонники у него и кроме тебя. <…>

— Кто это сделал? — шепотом повторил Левий.

Пилат ответил ему:

— Это сделал я».

А откуда прокуратор узнал, что Левий Матвей не такой же поклонник Иешуа, как и игемон, а ученик Га-Ноцри?

Глава 2-я («Понтий Пилат»)

В ней арестованный Иешуа на допросе у прокуратора дал путаные показания в отношении бывшего сборщика налогов.

Вначале бродячий философ назвал его «одним с козлиным пергаментом», который ходил за ним и записывал его речи.

«— <…> Я вообще начинаю опасаться, что путаница эта будет продолжаться очень долгое время. И все из-за того, что он неверно записывает за мной. <…>

— Нет, нет, игемон, — весь напрягаясь в желании убедить, заговорил арестованный, — ходит, ходит один с козлиным пергаментом и непрерывно пишет. Но я однажды заглянул в этот пергамент и ужаснулся. Решительно ничего из того, что там написано, я не говорил. Я его умолял: сожги ты бога ради свой пергамент! Но он вырвал его у меня из рук и убежал».

Из этих высказываний Иешуа Га-Ноцри видно, что бродячий философ и бывший сборщик податей ранее не были знакомы, да и в описанный момент остаются далекими. Можно сказать, что Левий Матвей похож на поклонника Иешуа Га-Ноцри, который следит за своим кумиром, не приближаясь и не вступая в тесные отношения.

Затем бродячий философ поменял свои показания и назвал бывшего сборщика податей спутником.