Кредо Волчицы. Под светом Отца-Солнце

Глава 5.4

Драган замолчал, словно колебался насчёт того, стоило ли вообще продолжать эту тему. И тогда его брат, в очередной раз задумчиво побарабанив пальцами по чему-то твёрдому, всё же пошёл ему навстречу и без всякой язвительности спросил:

– Больно было?

– Нет, я сначала даже ничего не заметил, – сразу же ответил младший Матей, и в его голосе было хорошо различимо облегчение от серьёзного тона Раду, – Только легко так стало, что я сначала решил, будто это потому что я правильно поступил. Он ведь маленький совсем был, года четыре на наши, не больше. Так и погиб бы в этом ручье, если бы я его не вытащил.

– Сам понимаешь, что тебе ещё повезло. Столкнись ты тогда со взрослым, уже вряд ли вернулся бы, – попытался подбодрить своего родича охотник.

Однако едва ли это произвело на Драгана желаемый эффект, поскольку он на комментарий брата лишь досадливо хмыкнул, а затем будто бы снова наклонился к тому и спросил:

– А знаешь, что в этой истории самое странное? Я плохо помню, что было потом. Не помню даже, как домой добирался. Может, меня вообще Роса на себе дотащила. Но я отчётливо помню один момент. И прокручиваю его в голове, наверное, чаще, чем всё остальное. Когда всё закончилось, и этот ребёнок перекинулся в зверя… Я помню, что он медленно подошёл ко мне на своих коротеньких щенячьих лапках. Заглянул мне в глаза, робко так, по-человечески… А потом просунул свой маленький розовый язык между клычками и боязливо лизнул мне руку. Я в тот момент замер так, будто всё тело разом свело, и даже поделать с этим ничего не мог, только смотреть. И казалось, как будто этот момент длился целую вечность, хотя прошла, наверное, всего пара секунд. Ну а после Роса топнула ногой и что-то крикнула, и этот зверёк сразу перепугался и кинулся в ближайшие кусты, так что только ветки следом зашелестели…

– Драг, а ты это к чему сейчас? – непонимающе уточнил Раду, словно сам того не сознавая перебив брата.

На что тот, впрочем, едва ли обиделся, поскольку сперва ненадолго замолк, видимо, обдумывая точную формулировку ответа, а затем совершенно спокойно пояснил:

– К тому, что он не хотел мне вредить, Рад. И что он извинился передо мной за то, что сделал. Я сначала не понимал этого, злился на него, проклинал. И осознал всё уже только потом, когда вырос и поумнее стал.

Судя по скрипу рассохшихся половиц, внезапно раздавшемуся за запертой дверью гостиной, Драган поднялся с кресла и сделал пару шагов куда-то по комнате. Моей первой мыслью в этот же миг стало отпрянуть и сбежать в темноту коридоров, однако уже вторая мысль убедила меня продолжать оставаться в засаде, ведь шаги охотника отдалялись от выхода, а не приближались. По-видимому, он всего лишь захотел рассмотреть что-то на стене или выглянуть в окно, но пока ещё не закончить разговор с братом.

Вот только когда младшему Матею вздумалось вновь открыть рот, его отдалившийся голос стал таким тихим, что нам с Росаной пришлось навалиться на дверь буквально всем весом, чтобы слышать хоть что-то, о чём он говорил.

– Этот волчонок… Как бы странно это ни звучало, но он ведь не был злым. Не хотел мстить мне даже несмотря на то, что с ним сделали люди. Не пытался вгрызться мне в горло своими щенячьими зубками. Он был просто отчаявшимся ребёнком, попавшим в беду. Ребёнком, которому была нужна помощь… – Драган вздохнул и, видимо, повернулся к брату, поскольку стал звучать немного громче. – Знаешь, я вот думаю, а что если мы всё это время ошибались насчёт них? Вдруг мы с ними уже давно смогли бы как-то поладить, если бы хоть ненадолго отложили оружие и попытались понять их?

– Так чего же ты тогда убивать волколаков пошёл, если на самом деле кипятком от них ссышься? – в ответ на неожиданную мягкость родича удивлённо фыркнул Раду.

Тот на некоторое время снова замолчал, будто бы не был готов сразу дать брату желаемое объяснение, а после, словно ему было тяжело это признавать, глухим, не вязавшимся с его внешней харизматичностью голосом произнёс:

– Времена сейчас такие, вот чего. Мир миром, но виновные должны понести наказание.

Старший охотник на невесёлый вывод Драгана ничего не ответил, и в гостиной вновь единовластно воцарилась задумчивая тишина, которую робкое потрескивание поленьев в камине будто бы выделяло ещё сильнее. Должно быть, мужчины опять взяли небольшую передышку, чтобы вскоре вновь продолжить секретничать. Обсудить другие важные дела общества или, может быть, даже самого Волкодава. Поэтому оставлять своё укрытие я пока не торопилась, тем более что и Росана жадно прислушивалась к происходящему и будто бы приросла к двери всем телом, ничем не выказывая беспокойства очередным затишьем…

И тут вдруг яркий свет, лившийся над полом, слегка поугас.

Сразу за порогом комнаты недвусмысленно скрипнула половица.

Моя подельница издала обречённый нецензурный шёпот.

А затем дверные створки разом распахнулись внутрь, и мы с Росаной, лишившись опоры, одновременно повалились на пол, в один миг оказываясь наполовину в пространстве гостиной.